Глава 11

Вечером, после прохождения полосы, возле выхода из лабиринта трое студентов приходили в себя и ждали еще одну тройку, которая, по всей видимости, явно заблудилась. Но так как друзья проходили только седьмой этап, то никто особенно сильно за них не волновался. Сами разберутся, не маленькие. Тем более семерку они проходят уже не в первый раз. Тор сидел с закрытыми глазами на голой земле, привалившись спиной на дерево. Рядом на поваленном стволе спина к спине сидели Вульф и Ланка. Они уже отдышались и сейчас просто наслаждались минутами отдыха.

– Вот честное слово, это несправедливо, – вдруг заговорила Ланка. – Вот у меня в мире куча литературы написано, про то, как представительницы моего мира попадали в другое измерение, где есть магия. И все как один, учились в магических академиях. Представляете, например, Маша Пирожкова, шла по дороге, споткнулась, потеряла сознание, а очнулась в другом мире. Некоторые в своем теле, а некоторые в теле какой-нибудь Матильды. А дальше у них начиналась не жизнь, а сказка. Они, все такие крутые, были зачислены на те факультеты, куда хотели и в них непременно влюблялся ректор. Брутальный красавец с черными, как вороново крыло волосами и черными глазами. Ну, в крайнем случае, декан факультета боевиков. Или на самый крайний случай, при большом исключение, все-таки студент. Но обязательно, как минимум наследник престола. А им, на минуточку, на момент попадания было шестнадцать-семнадцать лет. И вот такие красавцы-мужчины тридцати пяти-сорока пяти лет, просто головы теряли от этих вертихвосток. Носились с ними как с переметными сумами. Смотрели на них с тоской и вожделением. А эти матрешки спасали мир. Он ей: «Ты куда?!». А она ему в ответ: «Бороться со вселенским злом». Им говорят: «Не лезь куда не надо. Там опасно». А они в ответ «Нет, мы идем спасать мир и грудью закроем амбразуру. Это вы маги и боевики годами, проходящими подготовку, ничего не можете. А мы вас сделаем на два щелчка, покусаем как Тузик грелку». И носились они, такие крутые, по миру раскрывая заговоры. Так еще умудрялись в промежутках между эпическими сражениями с заговорщиками и наемными убийцами за год всю библиотеку академии, написанную веками, перечитать, освоить владение мечом и магии научиться. И бал. А как же без него. Они обязательно должны были блистать на балу. Это с учетом того, что в моем мире данным давно не учат танцевать. Танцоры, конечно, есть, но их единицы. Но наша Маша-Матильда обязательно должна открывать бал. И с блеском затмить всех своей грацией и красотой. А еще главной их заботой была проблема девственности. Вот не хотели они с ней никак расставаться. Её демон на жертвенный алтарь затащил, распял. Но всё, сейчас поимеет. А тут красавец-ректор, чуть ли ни сквозь стены за ней ломится. Всех демонов побеждает и её прижимая к могучей своей груди выносит на свет божий. А она ему в ответ: «Я не могу быть с тобой. Ты на меня сердито смотришь, а мне нужна свобода. Ах, и спать я с тобой не могу, это не прилично». И лежал он с ней рядом еле сдерживаясь от своих желаний и думал, какое счастье то ему подвалило. Как он без неё все годы справлялся с нечистью и заговорщиками?! И ждал годами, когда она все-таки ляжет к нему в постель после грандиозной свадьбы. И красавец-декан боевиков не отстает. Сверлит ректора коричневым взглядом, обещая морду набить, так как влюблен по самые уши. До последнего надеется, что она в постель не к ректору залезет, а к нему. Так как нет в их мире достойных женщин, вот только эта способна завладеть сердцем настоящего мужчины.

Тор хмыкал в кулак, ожидая продолжения столь эпического монолога, а вот Вульф уже ржал во все горло. У Ланки периодически пробивались стенания по поводу нового мира. Но что бы с такими подробностями, это было в первый раз. Друзья знали, что сейчас её не остановить.

– Чего вы ржёте как кони?! – возмутилась девушка. – Где я вас спрашиваю, красавец-ректор или декан боевиков? Что же они такую красоту не видят, что ли? Хотя, что тут можно углядеть? – Ланка скептически окинула свою фигуру. – Красотка! Кикиморы-болотные нервно курят в сторонке.

После прохождения полосы, вся одежда ребят была залита какой-то густой черной, смердящей жижей. На телах висели ошметки уничтоженных животных и растений.

– Нет, ну вот скажите, есть справедливость в мире? – продолжала стенать Лана. – Ни ректора-красавца, ни декана-боевика, тоже красавцем должен быть между прочим, ни принца. Нет в жизни счастья. Сидишь после изнуряющих тренировок мокрая по уши и в грязи. Счастливая только от того, что есть пять минут подышать спокойно. А руки? Это разве руки девушки, – подняла она перед собой ладони, все в порезах и мозолях от оружия. – Это руки целителя? Где маникюр и маски для кисти? С такими руками только в рыцарских железных перчатках на бал идти. А как же эпическая фраза после грандиозного сражения – «И положила она свои маленькие ладони ему на грудь, и прильнула к нему в порыве нежности». Вы себе представляете, вот эти грязные ладони на грудь положить и головой, в которой черт знает, что застряло, прикорнуть?!

– Ну, ректора-красавца, мы тебе не обещаем, по той простой причине, что он у нас ну никак по эталону не проходит. Лет так сто назад, может и можно было его красавцем назвать, хоть и с трудом, но тогда он ректором не был, – отсмеявшись, начал успокаивать Лану Вульф. – Да и декан боевиков, тоже с красотой подкачал. Хотя брутальным мужчиной его назвать все-таки можно. Но у него жена есть и трое детей. С принцем тоже не сильно склеиться. Это в Имперской академии их пруд пруди. А у нас как-то с этим делом скромно. А вот зато герцогского сыночка я тебе обеспечить могу. Даже прямо сейчас.

– Это как? – встрепенулась Лана.

– Да вон к нам Эрик направляется собственной персоной, – Вульф кивнул в сторону быстро приближающегося дракона.

Эрик, как всегда, одетый с иголочки, нес в руках листы бумаги и решительным шагом направлялся к Ланкиной тройке.

– И каким ветром к нам такого красивого мужчину занесло? – пропела Ланка. – Губки бантиком, бровки домиком, а глаза то, глаза, то какие?! С поволокой. И вдруг к нам сирым и убогим. Счастье то какое.

– Всем здравствуйте, тренируетесь? – поинтересовался он, сверкнув глазами в сторону Ланки.

– Нет. Цветочки собираем, – отозвалась Ланка садясь прямо на бревне и спуская ноги, – вот чуть-чуть опоздали, не успели к вашему эпическому появлению нарвать, а то бы букетик подарили.

– Вот язва, – усмехнулся парень, но в глазах у него плясали смешинки. – Как вы её терпите?!

– Я тебе по секрету скажу, мучаются, но терпят. А куда же им бедолагам деться. От судьбы не уйдешь, – продолжала разглагольствовать Ланка. – Тем более если имя у той судьбы – Ректор Гладиус. И попробуй не вытерпи, полетишь ты в свободное путешествие по весям и землям. Так что они и рады бы в рай да грехи не пускают. Это твоей тройке с тобой повезло. И красота телесная, и доброта душевная, и умный, и веселый. И бровями червленый, и губами союзный. Еще и летать можешь. И где такие товарищи водятся?

– Не обижайся на неё, она сегодня в ударе, – рассмеялся Вульф. – Ланка таким образом стресс после тяжелых тренировок снимает.

– Так стоит себя так надрываться, все равно не выиграете, – становясь серьезным, проговорил Эрик. – Слишком слабый у вас третий игрок. Вы какой уровень сейчас освоили? Восьмой?

– А давай поспорим, что у нас все получиться, – насупившись, буркнул Вульф.

– Не интересно спорить, когда заранее знаешь результат, – проигнорировал предложение Эрик.

– А ты попробуй? – томно подтягиваясь, предложила Ланка. – Не бывает заранее известных результатов в соревновании. Бывают не те предложенные ставки. Может рискнешь?

Ланка спрыгнула с бревна и, уперев руки в бока подошла вплотную к Эрику с таким видом, как будто она не в грязном замызганном комбинезоне была, а в вечернем платье. Дракон смотрел на Ланку и улыбался во весь рот. Глядя ему в глаза снизу-вверх и ехидно улыбаясь, девушка проговорила на манер земных цыганок:

– А ты предложи ставку. Может и сговоримся. Если предложение поступит заманчивое, то и цель оправдает средства.

– Забавная ты, – смеясь, проговорил он и тут же поинтересовался. – А что бы ты хотела в случае выигрыша?

– Полетать! – не задумываясь, ответила Ланка.

– Что? Не понял, что ты хочешь? – наклонился к ней ниже Эрик.

– Ты перекидываешься в дракона, и мы с тобой летаем, – Ланка склонила голову на бок и внимательно смотрела на парня.

– А как ты себе это представляешь? – он смотрел на неё не отрываясь. – Ты же не удержишься на мне?

– Да ради того, чтобы еще хоть раз в жизни испытать ощущение полета, я найду, как себя на тебе удержать. Тебе трудно понять Эрик, у тебя крылья за спиной. Ты в любой момент расправил их и полетел, – вдохновенно продолжала Лана. Она уже и забыла, что стоит перед парнем грязная как чучело. Она просто на момент вспомнила, чувства, которые испытывала во время полетов на малых кораблях. Лицо воодушевилось, глаза вспыхнули азартом. И, стоящие рядом ребята невольно залюбовались девушкой. – А я! А я задыхаюсь без неба. Мне оно по ночам снится, – и Лана сникла, в глазах появились слезы. Но девушка быстро справилась с навалившейся на неё ностальгией.

– Ну что, согласен? – уже спокойно, с какой-то безнадежностью в голосе спросила Лана.

– А если проиграете, что взамен?! – хитро прищурив глаз, поинтересовался Эрик.

– Да что я тебе могу предложить?! – развела руками Ланка. – Скажи свои пожелания, а я рассмотрю их.

– А хочешь, если мы проиграем, то будем петь на любом мероприятии, которое ты нам назначишь? – неожиданно вмешался Тор.

– Вы согласитесь петь на публику ради этой девчонки? – недоверчиво поинтересовался Эрик.

– Ну а чего не спеть?! – хмыкнул Вульф. – Невелика цена, за то, чтобы увидеть её счастливую моську. Тем более премьера у нас уже состоялась на флагштоке. Так что нам уже ничего не страшно. Да и проигрывать мы не сильно хотим.

– Хорошо, если вы выиграете внутренние соревнования, я её покатаю, – Эрик выпрямился в полный рост и скрестил на груди руки. – А если проиграете, то будете петь на том мероприятии, которое я выберу. По рукам?

– По рукам, – подтвердили Вульф и Тор,и вокруг их рук засветилось алое пламя. Подтверждая магическую клятву. – А ты с чем пришел? Не просто так ведь нас искал.

В этот момент из лабиринта показалась еще одна тройка. Аскольд, Хильда и Лаурэль. Все трое злые, грязные и раздосадованные. Золотые волосы Хильды приобрели болотный цвет, из сапог хлюпала вода. Аскольд был не такой грязный, но зато на нем не было сухой нитки. Как будто его прямо в одежде искупали в колодце. Притом опускали с головой. А вот цвет одежды Лаурэля не смог бы предсказать даже провидиц. Она вся была в кусках грязи и тины. Дружный хохот приветствовал вновь прибывших.

– Да!!! Знатно вас потрепало, – сквозь смех проговорила Лана. – И кто напортачил в этот раз?

Аскольд с Хильдой, не сговариваясь, посмотрели на Лаурэля. Тот потупил глаза. Видно было, что тема ему не приятна. Эльфы всегда с трудом признавали свои ошибки. И очень переживали, когда совершали их. Лаурэль не был исключением. Поэтому сейчас зло сверкал глазами на стоящую рядом с ним компанию и молчал.

– Вы что, тоже готовитесь к соревнованиям? – удивлено подняв брови, спросил Эрик, – Хильда, а твои братья знают, чем ты здесь занимаешься?

– Они знают, что я здесь учусь и этого достаточно, – отбрила его девушка и с вызовом добавила. – А вот как проходит само обучение, им знать не следует. И я надеюсь, что некоторые знакомые с детства драконьи морды не будут посвящать их в такие подробности.

– Ну вы даете? – рассмеялся Эрик. – Драконьи морды не будут посвящать твоих братьев в тонкости обучения, но ты мне будешь должна. А вот что с тебя стребовать, я потом придумаю. Хорошо, что сейчас вы все здесь. Не надо будет бегать и искать вас, чтобы сообщить новости. Вы знаете, каждые полгода по традиции в академии проводится бал. Каждый год его готовят и за него отвечают студенты четвертого курса, – только он это проговорил, как раздался взрыв хохота. Тор и Вульф не сговариваясь развернулись в сторону опешившей Ланки. У нее было такое недовольное и кислое выражение лица, что ребята еще больше развеселились.

– Лана все как в сказке, – сквозь смех выдавил из себя Вульф. – Почти красавец-принц есть, бал есть, осталось с невинностью вопрос решить.

– Бааал, – недовольным тоном протянула Ланка. – Классика жанра. С одной поправочкой. Я не танцую.

Вульф с Тором уже просто захлебывались от смеха. Ланка подошла к Эрику, аккуратно, чтобы не испачкать, взяла его под локоть и, поднявшись на цыпочках тихо в ухо сказала.

– Ты на них внимания не обращай, мужчины нервные, стрессами замученные. Тяжелое детство, деревянные игрушки к полу прибитые. Вот они и не могут справиться с эмоциями, – говорила Ланка, гладя Эрика по рукаву камзола. При этом у нее был такой тон, что уже и Аскольд с Лаурэлем не скрывали улыбки. А Хильда за месяцы, проведенные в академии уже давно привыкла к шуткам подруги и только хмыкнула, с интересом наблюдая за реакцией Эрика.

– У кого игрушки к полу были прибиты? – вытаращил он глаза сначала на Ланку, а потом перевел взгляд на хохочущих парней. – Что вы мне голову морочите?! Я пришел с вами серьезный вопрос решить. А вы тут с ума сходите.

– Эрик, солнышко, да не обращай на них внимание, – примирительно проговорила Ланка, не отпуская при этом рукав камзола. – Ну что с них взять?! Давай обсудим твой вопрос. Вот и Хильда нам поможет. А они сейчас успокоятся.

– Я хочу обсудить кое-какие моменты бала, – уже спокойно продолжил Эрик, поглядывая в сторону Тора и Вульфа. – Мы сейчас начали подготовку и хотели бы включить музыкальные номера в сценарий.

– Ты не совсем по адресу пришел, – вздохнула Лана. – Бал – это совсем не то что я, например, готова обсуждать. И не то мероприятие, что вызовет повальный интерес.

– Почему ты так говоришь?! – возмутился Эрик. – Балы в академии всегда славились своей роскошью и размахом.

– Вот о роскоши и размахе я и говорю, – наконец отпустив рукав, и прямо глядя в лицо парню продолжила Лана. – А сколько студентов не приходит на это мероприятие? Я думаю не меньше половины. Бал – подразумевает шикарные платья, богатые украшения, красивые прически. А многие девушки могут себе позволить такую роскошь?! Это для тебя, или вон для Хильды ничего не стоит попросить папочку и вам пришлют любые наряды. А у многих таких денег нет. Вот у меня, например, группа двенадцать человек. Ну парни пойдут. Они все из зажиточных семей, а вот девушки все, навряд ли. Две-три из восьми. Да и из комнаты, вон Хильда может пойти, ну и Элла из кожи вылезет, чтобы сходить. Только чего это ей будет стоить, она сама еще не подозревает. И так почти в каждой группе и каждой комнате.

– Но бал – это ежегодная традиция, и мы не можем его отменить, – задумчиво произнес Эрик, –Приглашено очень много высокопоставленных гостей.

– Отменить не можем, – продолжила Ланка, опять садясь на бревно. – Но провести его для всех возможно. Объявите не просто бал, а бал-маскарад. Можно какой-нибудь тематический или цветовой. Например, белый. Что бы все пришли в белых костюмах, и лица тоже должны быть закрыты белыми масками. Само-собой запретите дорогие украшения. Вот и устроите всем студентам вечеринку. И вас запомнят, как тех, кто провел что-то необычное.

– А это идея, – внимательно глядя на Лану, промолвил Эрик, глаза его загорелись ярким блеском, он смял бумаги, с которыми приходил. – Ладно, я пойду предложу своим. Помозгуем, – и он развернулся уже уходить. А потом резко остановился и ехидным голосом поинтересовался. – Ланочка, а что парни про невинность говорили? Можешь пояснить?!

Ланка сверкнула в сторону парней гневным взглядом. Они оба сразу сделали вид, что их здесь нет, и что они вообще заняты серьезным делом. Отдирают от Лаурэля грязь. «Ну гаденыши,– подумала девушка, – сейчас я вам устрою».

– Да ничего особенного, – постаралась как можно безразличней ответит Лана. – Мне просто Тор с Вульфом, перед твоим приходом пытались объяснить, когда мужчина теряет невинность. Тор говорил, что для этого надо первый раз переспать с женщиной. А Вульф доказывал, что достаточно первый раз самого себя удовлетворить.

Хохот после этих слов потряс всю округу. Кто где стоял, там и сел. Хильда слезы, выступившие у неё на глазах от смеха, размазала по всему грязному лицу. И у неё получился такая боевая раскраска, которая вместе с зелеными волосами превратила её в самую настоящую ведьму. Лаурэль хохотал, аж всхлипывал. Лана впервые видела, как он смеётся. Обычно парень вымученную улыбку из себя еле выдавливал, а тут развеселился. Аскольд просто сел на землю и закрыл голову руками. Периодически отрывая их от лица, он бросал взгляд в сторону хохочущего Тора, и он снова впадал в истерику.

– Ребята, – отсмеявшись обратился к ним Эрик, – Выиграйте, пожалуйста Шартана, уж очень хочется с вами поехать на соревнования. К вашей компании еще Арда добавить, и по крайне мере в часы отдыха мы точно расслабиться сможем. А не будем как бирюки возле костра сидеть и друг на друга смотреть.

Вся компания выдвинулась в сторону общежития. Ланка и Хильда шли чуть-чуть впереди остальных мужчин.

– Хильда, тебя братья то вправду не убьют, если узнают, что ты здесь тренируешься? – поинтересовалась Ланка у подруги.

– Нет, не убьют, – спокойно ответила девушка. – Они прекрасно знают, что я все равно занималась бы здесь боевкой. Главное не нервировать мать, поэтому мы все делаем вид, что я, как ты говоришь девочка-девочка. Да и Эрик, если что прикроет. Как бы я на него не бурчала, он, как и братья всегда на моей стороне был. Тебе он нравится?

– Кто, Эрик? – переспросила Ланка. – Да нормальный парень вроде. Я же с ним мало общалась. Как я могу судить?

– Если в одну команду попадете, ближе познакомишься. Если сравнивать всех моих братьев, то он и Ульрик, самые адекватные и классные. – Хильда тяжело вздохнула. – Лана тебе очень сильно хочется на этих соревнованиях выступать?

– Да нет. Я уже как-то переросла эти развлечения. Но мужиков подводить не хочу. А ты что хочешь вместо меня выступить?

– Да мы рассматриваем вариант самим заявку подать. Если до конца года дойдем до одиннадцатого уровня, то может и заявимся. Хотя ни у Аскольда, ни у Лаурэля особого желания нет. Особенно это удивительно по отношению к Аскольду. Обычно оборотни во всем соревнуются между собой. А Аскольд абсолютно спокойно относится к тому, что Вульф лидирует.

За неспешными разговорами девушки дошли до своей комнаты.