Глава 29. Суд

В здание Межгалактического суда я вошла в сопровождении мужей. Норан и Анор шли чуть впереди, Роан – позади.

На входе двое бионических роботов попросили нас пройти в комнату для дезинфекции. Оказалось, что представители Совета Галактики были очень восприимчивы к микробам. Поэтому каждому, кому предстояло оказаться с ними в одном помещении, требовалось соблюдать санитарные нормы.

Перешагнув порог белоснежного, стерильного медицинского блока, нас попросили раздеться до гола. Так как я была женой своих мужчин, нас не стали разделять. Мы вошли в комнату для семейных пар. И стоило мне избавиться от одежды, как мужья моментально на меня среагировали. Их тела заискрили, а налитые члены стали по стойке смирно.

Я невольно облизнула губы, скользя взглядом по их рельефным, возбужденным телам. Не будь мы в здании суда, то точно бы облюбовали ближайшее кресло.

Но, ситуация обязывала сдержаться.

– Встаньте за красную линию и ожидайте, когда вас вызовут, – механический голос наполнил блок. Впереди возвышалось медицинское устройство в форме вертикальной капсулы под пять метров в высоту. Вдоль стен тянулись голографические экраны с памяткой, как представитель той или иной расы должен расположиться в капсуле.

Я встала перед линией, ожидая, когда меня вызовут. Было жутко некомфортно и стыдно от осознания, что кто-то за стеклянной перегородкой может за нами наблюдать.

– Расслабься, – успокаивающе прошептал Анор, кладя ладони мне на плечи. Его горячее достоинство уперлось в мою спину. – За дезинфекцией следят роботы-репликанты.

Я облегченно выдохнула, чувствуя, как тело подрагивает. Нервы натянулись до предела от неизвестности. Мы до конца не были уверены в том, какой вердикт суд вынесен в отношении Арх’Сара. Ведь если его признают невиновным, то была огромная вероятность, что я снова окажусь в его ледяных лапах.

Мужья предусмотрели такой исход и решили, что в случае чего один из них убьет Арх’Сара. Но за подобное преступление, в лучшем случае мужа ждала Галактическая тюрьма, в худшем – казнь.

Я понимала, что не смогу допустить подобного. Не смогу потерять одного из них. Поэтому была готова стать игрушкой Арх’Сара, пожертвовать собой, только бы мои мужья жили.

– Встаньте внутрь ограничительного круга, – вырвал из мрачных мыслей механический голос, когда стеклянная крышка капсулы отъехала в сторону. – Положите ладони на светящуюся панель.

Я сделала так, как сказали, и через миг вокруг меня закрутилась центрифуга. На голографическом экране секунды пошли на спад и когда достигли 0:00, то я вышла в уже другую комнату. Ее стены и пол пульсировали энергией, вокруг моего тела материализовалась белоснежная мантия. Она автоматически подстроилась под мой размер.

Спустя пару минут Норан, Арон и Роан оказались рядом со мной. Их тела также укутали белые мантии.

– Может, прикупить такие же домой? – нервно хихикнула я, покидая медицинский блок.

– Предпочитаю ходить по дому голым, – подмигнул Норан.

– Но для тебя обязательно куплю, – улыбнулся Анор.

– Чтобы потом сорвать, – Роан призывно облизнул губы.

Я покраснела до кончиков ушей.

Идя за репликантом по светлому, сводчатому коридору с мраморными колоннами, мы остановились перед голографическими дверями. Они были настолько высокими, что мне пришлось задрать голову.

Репликант, в образе жгучей брюнетки с фиалковой кожей, ввела какие-то данные у себя на планшете. Двери, как по щелчку, исчезли. Перед нами предстал энергетический мост, ведущий в бескрайнюю пропасть.

– Слушание по делу Повелителя ледяной планеты начнется через пять минут, – механически проговорила брюнетка. – Ваша платформа П456.

С каждым шагом пространство вокруг наполнялось светом. И если еще миг назад я думала, что иду в объятия мрака, то сейчас убедилась в обратном.

В воздухе, над зияющей пропастью, парили сотни сферических платформ. В каждой из них стояли представители инопланетных рас в белых мантиях. О чем-то переговаривались, спорили.

– Наша платформа, – мягко заключил Анор, когда к нам подлетела сфера.

Роан подал мне руку, помогая взобраться. И когда мы вчетвером оказались внутри, то нас унесло к остальным сферам.

Я испуганно вцепилась в руку Норана, когда увидела под собой прозрачный пол и бесконечную пропасть. Стало настолько страшно, что поджилки затряслись, а тело прошиб ледяной пот.

– Не бойся, – Норан обнял меня за талию, крепко прижимая к себе. – Я тебя держу.

Но от его слов легче не стало.

Спустя пять минут, как и говорила репликант, началось слушание. Я не видела лиц судей и представителей Совета Галактики. Их сферы парили над нашими головами.

Зато сферу Арх’Сара я видела отлично. Она парила прямо напротив нас. Повелитель ледяной планеты не сводил с меня взгляда. Смотрел так, что по коже бежали ледяные мурашки.

Сначала вызвали Арх’Сара. Его сфера взметнулась ввысь, на уровень Совета и судей. Разумеется, он начал отрицать все обвинения, что ему были предъявлены. Затем по очереди начали спрашивать моих мужей. Но в отличие от Арх’Сара, наша сфера оставалась на месте. Будто тем самым Совет хотел принизить нас, указать, что мы недостойны находиться с ними на одном уровне.

Мужья честно отвечали на вопросы. Предоставили немало материалов, которые все могли лицезреть на голограмме. Некоторые фрагменты были настолько ужасными, что я отвернулась. Меня попросту затошнило от вида изуродованных, насмерть замерзших женщин.

Арх’Сар был чудовищем! Но невозмутимо продолжал все отрицать. Будто это не его рук дело. Будто он весь из себя такой бедный и несчастный. И вообще будто сноурки похищали его девушек.

Присутствующие понимающе закивали, преисполняясь к нему чувством жалости.

И дело шло к тому, что мои мужья лжецы и насильно похитили меня. Но вдруг, как по взмаху волшебной палочки, появилось видео. На нем была я: на коленях, перед обнаженным Повелителем. Он насильно склонял меня к близости. Затем появилось еще несколько записей, на которых были незнакомые мне женщины. Всем им удалось сбежать от Арх’Сара и выжить.

Но и тут Повелитель сказал, будто это видео ненастоящее, и он впервые видит этих женщин.

Суд взял двадцатиминутный перерыв, для вынесения решения. Мы же остались ждать, надеясь, что правда окажется на нашей стороне.