Глава 14

Мой первый рабочий день в разгаре. И я изо всех сил стараюсь не обращать внимание, что моя сумка дрожит так, будто в ней два миниатюрных (на самом деле — не очень!) реактора собираются произвести запуск межзвёздного корабля.

— Не сейчас, — шепчу я сквозь зубы, тревожно похлопывая её ладонью. — Вы два маленьких предателя. Вы же обещали не мешать! Мамочка работает.

Сумка вибрирует ещё сильнее.

Роботесса-администратор и мои клиенты старательно делают вид, что ничего странного не происходит.

Видимо, на Тауронсе считается нормой, что у психологов взрывоопасные, или по крайней мере,шумные аксессуары.

После обеда я едва успеваю сделать вдох, когда дверь открывается снова.

И в кабинет входит женщина. Но какая-то слишком…Тихая. Бледная. Словно тень, что движется только благодаря тому, что мужья пытаются её держать.

Они выглядят потрясающе: два рослых красавца, широкоплечие. Только нервные, с глазами полными паники.

— Она…угасает, — хрипло произносит первый.

— Мы не знаем, что делать, — добавляет второй, и голос у него ломается. — Она почти не говорит. Не ест. Не реагирует на нас! И не ругается.

— Даже замечаний не делает! — восклицает первый в полном отчаянии.

Да уж, симптомы не очень.

Я прошу её сесть. Женщина опускается на диван так, будто тело принадлежит не ей, просто подчиняется командам извне, словно запрограммированное.

Сглатываю нервно. Я уже видела депрессию. Поверьте, бывали такие случаи, что потом неделями не шли из головы. Но это…это точно что-то другое. Будто из нее вынули батарейку, что придает жизненные силы, и она угасает. Медленно, но неотвратимо.

— Дышите со мной, — прошу я тихо. — Вдох… выдох…

Женщина пытается. Но у неё дрожат губы, а дыхание больше похоже на шелест слабого ветерка. Похоже, что я тут бессильна, просто совет ей точно не поможет, как и её мужьям.

Я поднимаюсь, собираясь принести воды, когда…

Сумка под моим столом шевелится очень уж активно.

Еще раз.

Ещё.

И прежде чем я успеваю воскликнуть: «Нет, сидеть!», из неё вырываются два сияющих пушистых комочка судьбы. Крупных таких комочка. Буквально два кома.

Неон и…Фиона.

Пара, объединённая силой урчания и гормонов.

Они выпрыгивают на середину кабинета, по всей видимости устав тихонько (точней, совсем не тихонько) сидеть в сумке. Синхронно выгибают спины, одновременно задирая хвосты. Идут прямиком к женщине, будто сговорились заранее.

— Стойте! — шиплю я. — Нет! Это… не протокол! Это вообще не терапевтический метод!

Они меня, конечно, игнорируют. Им плевать на протоколы и на методы кожаных.

Сначала подходит кошка. Просто прыгает на колени несчастной женщине и укладывается клубочком. Следом к пушистой атаке подключается Неон. Он лезет клиентке под руку, практически вынуждая гладить его за ухом. И начинают урчать.

Не так, как обычно.

Это что-то…

Глубокое.

Низкое.

Плотное, как вибрация воздуха при мощном раскате грома.

Мужчины застывают, наблюдая, как их жена вдруг поднимает руки и гладит пушистых нахалов. Потом вдруг замирает, а потом… медленно, будто вспоминая, как пользоваться лёгкими, делает глубокий вдох.

Её плечи расслабляются, цвет возвращается к лицу.

Я стою с открытым ртом и ничего не делаю. Просто смотрю, как мои кошки — мои кот и кошка! — творят чудеса.

И тут в кабинет врывается администратор-андроид.

— Что за… — начинает она, но обрывается на полуслове. — О. Боги. Это… пара альт-био?

— Пара чего? — переспрашиваю я неуверенно. — Неон точно альт-био, или как-там-его? А Фиону я вчера…

Андроид подходит, наклоняется, сканирует их и выдыхает так, будто у роботов тоже бывает паническая атака.

— Это… невероятно. Пара альт-био. На Тауронсе!

— Ну конечно, — вздыхаю я. — А я думала, что нашла обычного котика. Причём «котик» оказался кошкой.

Роботесса качает головой:

— Они лечат женскую энергию. Их урчание гармонизирует внутренние поля. На Тауронсе эффект также усиливается атмосферой. Если женщина на грани угасания… они могут восстановить её за минуты.

Я смотрю на женщину. Она улыбается.

Улыбается!!!

То самое лицо, что десять минут назад было серым и безжизненным, теперь светится.

Мужья — оба! — чуть не падают в обморок от счастья! Не верят своим глазам. Я бы и сама не поверила, но вот она, перед моими глазами, та же самая, что еле передвигалась, теперь улыбается и благодарит.

Правда, за что меня благодарить — непонятно. Её же не я лечила, а коты. Действовали парно и слажено.

Получается, что они тоже на работе? Интересно, им тоже нужно трудовой контракт подписывать, как и мне?

И брачный тоже? Ох, всё-таки жизнь в другой галактике полна сюрпризов и непонятностей. Надо будут у мужей уточнить, как тут правоотношения котов оформляются, тем более, если это кот и кошка, да еще какие-то целительные и редкие.

После окончания первого рабочего дня, я добираюсь до дома на аэротакси. Вот говорят, что работа психологом — это вам не лопатой махать. А на Тауронсе в центре брачного уреругирования так и вовсе утверждали, что не нуждаются в моих услугах.

А по факту? У меня и минуты свободной не было. И я устала. Ощущаю себя, будто меня хорошенько прополоскали в центрифуге и отжали на максимальных оборотах.

Мне перемещение в эту галактику почему-то проще далось, чем первый рабочий день.

Мечтаю, что сейчас приду домой и упаду на диван.

Главное сейчас дотащить сумку, из которой доносится мурчание в два горла.

Ох ты ж! Мне же еще надо придумать речь для своих мужей, которые еще вчера предлагали избавить Неона от страданий одиночества, отведя его к ветеринару. А тут вот новости — вести к ветеринару больше не надо. И вообще, судя по какому-то подозрительному шороху в сумке, скоро мне надо будет искать информацию во всемирной сети, насчет того через сколько у альт-био появляются котятки.

Вздыхаю. Возвращаюсь к обдумыванию фраз-заготовок для приветствия мужей, вернувшихся с работы:

— Ребята, у нас пополнение…

— Это не то, что вы думаете…

— Это рабочая необходимость…

— Это кошка, она так смотрела, я ничего не могла сделать…

— Может вы и не заметили, но она уже здесь переночевала…

Ничего не звучит убедительно. По крайней мере, на мой взгляд. Но больше придумать ничего не успеваю, потому что стоит аэротакси припарковаться на крыше нашего пентхауса, и распахнуть свои двери, как передо мной оказываются два мужских силуэта.