Глава 16

Мне кажется, я не успеваю даже до конца выдохнуть «ещё», как Дайгрон уже поднимает меня на руки, будто я невесомая. Его губы находят мои, и весь мир мгновенно взрывается на сотни миллиардов звезд, меня топит в этих ощущениях, заставляет пульс заходиться в бешенной пляске.

Дайгрон жадно целует мои губы, прижимает меня к себе так, словно боится, что я сбегу обратно на Землю или просто растворюсь в воздухе, если он на долю секунды отпустит меня.

Но я не планирую, напротив, цепляюсь за его плечи. Внутри всё вспыхивает, горячей волной проходит от низа живота к кончикам пальцев.

Дайгрон опускает меня на простыни, и накрывает своим горячим и тяжелым телом. И это отдельное удовольствие — быть прижатой им, распластанной под ним. Я отдаюсь ему полностью, наслаждаюсь, тяну его к себе, обнимая за шею и обхватывая ногами, чтоб прикасаться каждой клеточкой тела к его, сильному и мускулистому. Не отпускать.

Его ладони скользят по бокам, сжимают, гладят. Я выгибаюсь навстречу, и он рычит мне прямо в шею, низко, вибрирующе, от чего по моей коже бежит целое море мурашек.

Он входит в меня одним плавным движением, и я задыхаюсь от того, как идеально мы подходим друг другу. Как будто я создана именно под него. Он двигается мощно, уверенно, но каждый толчок отзывается внутри меня волной тепла, которая поднимается всё выше, выше… Я цепляюсь за его спину, шепчу что-то бессвязное, и он низко шепчет:

— Ты моя, Дария. Моя! — на каждом выпаде, словно это самый надежный способ донести до меня это просто убеждение — вколочиваясь с этими словами в мое тело.

Если б я могла о чем-то думать в этот момент, то наверняка я б подумала что-то вроде «да пожалуйста! Забирай всю, я согласна!», но все мысли отключаются, оставляя только ощущение полёта.

Я лечу. Прямо в космос. Звёзды взрываются за закрытыми веками, тело дрожит, как струна, натянутая до предела, а потом рвётся в самом сладком месте. Кричу в мужское плечо, чтобы не разбудить соседние планеты. Дайгрон следует за мной через пару глубоких толчков, прижимаясь в конце так сильно, что кажется, мы срастаемся в одно существо.

Лежим, тяжело дыша. Он целует меня, нежно. Невесомо, с благодарностью за подаренное наслаждение.

— Ты невероятная, — шепчет он, зацеловывая мое лицо.

Я в ответ только улыбаюсь, потому что говорить пока не получается. Кажется, я превращаюсь в желе. Улыбающееся.

Приятная томная дрёма подхватывает меня и уже хочет унести в сладкий сон, но только кажется кое-кто против.

Кровать прогибается с другой стороны. Эйрдан. Он не торопится. Он вообще никогда не торопится. Ложится рядом, проводит кончиками пальцев по моей руке, от запястья до плеча, спускается вниз, рисуя сложные узоры из прикосновений и поцелуев на груди и животе, и я уже снова горю.

Совсем по-другому. Медленнее. Глубже.

Он целует меня так, будто у нас впереди целая вечность. Ласково, исследующе, будто хочет насладиться сполна каждым мигом и каждым прикосновением.

Его ладони скользят по животу, по бёдрам, и я сама раздвигаю ноги, приглашая. Он входит плавно, и я вздыхаю от того, как нежно он меня заполняет.

Если с Дайгроном это был ураган, то с Эйрданом — это тёплое море ночью. Он двигается медленно, глубоко, каждый раз замиранием глядя мне в глаза. Я тону в его взгляде, в его дыхании, в том, как он шепчет моё имя, будто я самая долгожданная, самая любимая:

— Дария… моя Дария…Девочка моя, сладкая…

Я обхватываю его ногами, притягиваю ближе. Откуда только силы берутся? Но мои мужья так действуют на меня, что я словно сама не своя, хочу ещё и ещё.

Мы движемся в одном ритме. И когда меня накрывает следующий оргазм, на этот раз это мягко, словно погружение в морские глубины.

Эйрдан следует за мной с низким стоном, потом прижимается лбом к моему лбу и выдыхает моё имя.

Мы лежим втроём. Я посередине, как начинка в самом вкусном бутерброде вселенной. Дайгрон гладит меня по волосам, Эйрдан по спине. Я почти засыпаю, когда над ухом отчетливо раздается:

— Мяу?

Потом второе, выше тоном.

Я замираю. Но глаза всё равно не в силах открыть. Ну или хорошо, в силах, но пока боюсь посмотреть в глаза своим мужьям. Хотя, с другой стороны, что такого? Они привели к дом меня, а я кота… и кошку ещё.

Открываю один глаз. Наблюдаю, как Эйрдан приподнимается на локте, всматриваясь в коридор, потом обводит взглядом комнату, останавливается на комоде.

— Дария, у тебя ведь был один кот?