Глава 8

— Айрис, — начинает Трой тихим тоном, — ты должна понять одну вещь. На Фалларисе мужчины никогда не создают семью просто так.

— Но мне показалось, что, — я сглатываю, — вы не особо-то и сопротивлялись заключить со мной брак.

Зейн усмехается, его темные глаза мерцают.

— Это потому что брак для нас — это наша сила и продолжение нашей жизни.

Трой кивает.

— До тридцати пяти лет каждый мужчина обязан создать семейный союз. Если он остается один…

— Он считается слабым, — продолжает Зейн. — Неполноценным, не способным защитить свой дом и продолжить род.

— И что бывает с теми, кто не женится? — с любопытством спрашиваю я.

Трой смотрит мне в глаза и отвечает серьезно:

— Они теряют права на землю, лишаются доступа к службе и им запрещено носить оружие.

Зейн добавляет:

— А тех, кто нарушает закон, отправляют на границы, на шахты, на холодные форпосты. На тяжелые работы, с которых никто не возвращается.

У меня холодеют пальцы.

— Это жестоко.

— Это защита нашего вида, — мягко отвечает Трой. — Айрис, у нас все иначе, чем у вас.

Зейн касается моего запястья, где светится свежая отметка.

— Фалларийцы неполные без женщины. И это не метафора.

Трой смотрит на свои руки, будто вспоминая что-то очень личное.

— Наше тело, наша сила, все раскрывается полностью только после укрепления связи. После ночи, когда брак утвержден не документом, а телом.

— Поэтому вы выглядите иначе?

— Да, — гордо отвечает Зейн. — С женой мы становимся сильнее, выносливее и здоровее.

А потом он игриво улыбается уголком губ.

— И гораздо более опасными.

Трой нежно касается моей щеки.

— Одинокий мужчина после 35 лет начинает угасать. Его сила уходит, но не сразу, а медленно. Он как дерево без корней: стоять может, но внутри пустеет.

Я невольно кладу ладони им на грудь, туда, где бьются их сердца.

— Получается для вас брак — это спасение?

Зейн качает головой.

— Верно.

Трой наклоняется ближе, его дыхание пролетает по моей щеке.

— Ты не случайная женщина рядом. Ты — та, кто сделал нас полноценными.

Его слова звучат так сладко, страшно и величественно одновременно.

— Мы не просто твои мужья, Айрис, — тихо говорит Зейн, его пальцы скользят по моему запястью. — Мы твоя сила, а ты — наша.

Я медленно выдыхаю, позволяя всему услышанному осесть внутри.

— Теперь все ясно, — шепчу я, чувствуя, как важная головоломка встала на место.

Но тут же моя уверенность сдувается.

— Простите за моего Хрушу, — произношу смущенно. — Зои рассказала, что он там устроил. Я надеюсь, ущерб не слишком серьезный?

Трой тихо посмеивается.

— Твой питомец оказался удивительно юрким.

— Не извиняйся, — по-доброму улыбается Зейн. — Живое существо защищало себя и выражало характер. Это достойно уважения.

Я выдыхаю от облегчения.

— Он в порядке и скоро его принесут. Кое-кто, правда, в корпусе по обеспечению чистоты теперь в легком шоке, но они это переживут.

Я закрываю глаза на секунду и улыбаюсь.

Спасибо богам всех миров, Хруша жив. И не в клетке, и не в наморднике (Надеюсь!).

— Можно спросить? Ваши испытания, зачем они нужны?

Зейн садится на край кровати, его голос становится серьезнее:

— Женщина на Фалларисе — это не просто спутница.

Трой добавляет:

— Внешнее притяжение — это только начало. Настоящая ценность заключается в том, что ты принесешь в жизнь своих партнеров и в жизнь мира.

Я удивленно приоткрываю рот.

— То есть я получаю двух невероятных мужчин и взамен должна что-то дать?

— Не должна, — мягко поправляет Зейн. — Способна. И испытание показывает это.

Внутри появляется гордость за саму себя.

— И у всех испытания разные?

Трой кивает.

— Кристалл видит глубинные качества, скрытые силы, потенциал. Он раскрывает путь каждой женщины так, чтобы она стала сильнее. Чтобы мы увидели ее истинную природу.

Зейн смотрит прямо на меня, и его взгляд пронизывает.

— Ты пришла с даром. Твое испытание не просто проверило тебя, оно показало нам, что ты способна из ничего приготовить вкусное блюдо. Поверь, на Фалларисе это очень важное умение. Мужики любят вкусно поесть.

Зейн чуть наклоняет голову, его взгляд становится внимательным.

— А теперь твоя очередь откровенничать с нами, Айрис.

У меня внутри все замирает. Трой прислоняется к стене, расслабленно скрещивает руки на груди, но глаза светятся интересом.

— Мы готовы поспорить, что на Земле у тебя нет отбоя от мужчин.

Блондин мягко улыбается, и это делает его еще опаснее:

— Ты красива и умна. И ты можешь из пустоты сотворить вкус, который заставляет сердце остановиться. Это не остается незамеченным.

Я нервно сглатываю.

— Я…

Слова застревают в горле.

Моя правда совсем не о романтике и мечтах. Она о страхе, о несправедливости и о том, что меня загнали в угол.

Зейн встает с кровати и подходит ближе:

— Почему ты прилетела на Фалларис? Что заставило тебя оставить свой мир?

Я отвожу взгляд.

Как они отреагируют? Скажут, что я меркантильная? Или что я прилетела сюда не за ними, а за спасением?