Глава 22

Утро в день удочерения было наполнено особым, торжественным волнением, похожим на предвкушение самого главного праздника в жизни. Авель, одетая в новое платье цвета небесной лазури, кружилась перед зеркалом, заставляя подол трепетно взлетать.

— Я похожа на дипломата с важной миссией? — серьезно спросила она, склонив голову набок.

Космо, словно чувствуя значимость момента, терся о ее ноги, его шерсть переливалась гордым, почти царственным золотым оттенком. И этот цвет был лучшим подтверждением: Авель была абсолютно здорова, ее щеки порозовели, а в глазах не осталось и следа от былой болезни.

— Ты выглядишь как принцесса, солнышко, — сказал Марк, его обычно громкий голос сейчас звучал приглушенно и нежно. Он с непривычной осторожностью поправил шелковый бант в ее волосах.

— Принцесса с двумя папами-королями, — с полной уверенностью заявила она, заставляя Тайлера рассмеяться. Его лицо, обычно сосредоточенное, сейчас светилось беззаботной радостью.

— Самые могущественные короли на Кайросе, — подтвердил он, подхватывая Авель на руки и заставляя ее взвизгнуть от восторга. В другой руке он держал официальную папку с документами, но сейчас она казалась не сводом законов, а пропуском в наше общее будущее.

Путь в Зал Регистрации Семейных Актов на аэролете пролетел как одно мгновение. Мы парили над сияющими куполами столицы, и мне казалось, что весь город улыбается вместе с нами.

Само здание поразило своим величием. Это был просторный, залитый светом дворец с витражными потолками, где вместо ангелов и святых были выложены мозаикой созвездия, сияющие над Кайросом. Воздух был напоен тихой, торжественной музыкой.

Процедура была недолгой, но каждая ее секунда отпечатывалась в памяти.

Когда регистратор, женщина с добрыми глазами, попросила Марка и Тайлера подтвердить их волю, они сказали «да» одновременно.

Их голоса — низкий баритон Марка и бархатный бас Тайлера — слились в идеальной, абсолютной уверенности.

Авель, ставя свою маленькую ладонь на сенсор для биометрической подписи, прошептала так, что слышали все в зале:

— Теперь у меня самая большая и самая лучшая семья на свете.

Когда на огромном голографическом экране появилась запись: «Авель Ренделл-Ванс. Законная дочь Марка Ренделла и Тайлера Ванса», — по моим щекам беззвучно потекли слезы. Но это были слезы абсолютного, кристального счастья, омывающие душу.

«Небесный сад» встретил нас музыкой струнного квартета и головокружительной панорамой.

Ресторан, медленно вращающийся на вершине небоскреба, открывал вид на парящие мосты, изумрудные купола биосфер и бескрайние, уходящие к горизонту долины. Кайрос лежал у наших ног, сияющий и прекрасный.

— За нашу семью, — Тайлер поднял бокал с искрящимся местным вином, цветом напоминающим жидкое золото. — За наше прошлое, которое мы преодолели, и за наше будущее, которое мы построим.

— За нашу девочку, — добавил Марк, с непривычной церемонностью чокаясь своим бокалом со стаканом детского сока Авель. — И за ее маму, которая, как талантливый капитан, собрала наш разрозненный экипаж в одну команду.

Мы пробовали изысканные блюда, где земные рецепты чудесно сочетались с пикантными кайросскими приправами. Авель с восторгом рассказывала, как накануне Космо, поддавшись охотничьему инстинкту, попытался поймать голографическую бабочку и с комичным мявом провалился сквозь нее, шлепнувшись на пол.

В нашем общем смехе, в теплом свете, в этих любящих взглядах заключалась вся наша победа над прошлым.

— А что будет, когда каникулы закончатся? — спросила Авель, доедая десерт в виде миниатюрной планеты, посыпанной блестящей, как звездная пыль, крошкой. — Я пойду в школу?

Тайлер обменялся со мной и Марком взглядом, полным общих, тщательно выстроенных планов.

— Мы уже присмотрели несколько вариантов, — сказал он. — Есть, например, Академия Первооткрывателей. Там есть крутейший курс по ксенобиологии. Как думаешь, тебе понравится изучать местных шестилапых жуков и растения, которые поют на ультразвуке?

— Еще бы! — глаза Авель загорелись азартным огоньком. — Я буду как сестра Сай! А можно мне записаться еще и на кружок пилотирования? — она посмотрела на Марка с таким обожанием и надеждой, что могла растопить ледяное сердце.

Марк рассмеялся, и его грубоватое, привыкшее к суровости лицо озарила по-настоящему счастливая улыбка.

— Думаю, мы можем договориться о нескольких уроках на учебном симуляторе на «Зодиаке». Но сначала, солнышко, придется освоить скучную арифметику.

— А на выходных, — перебила я, чувствуя, как переполняюсь нежностью и радостью, — я предлагаю всем отправиться в поход.

— Может быть, к Озерам Сияния, — предложил Тайлер, — Хронос-9 сообщает, что в эту лунную фазу местные биолюминесцентные водоросли светятся особенно ярко. Это будет похоже на полет сквозь самое сердце Млечного Пути.

— Да! — обрадовалась Авель, подпрыгнув на стуле. — И возьмем с собой Космо! Он, наверное, будет светиться вместе с ними.

— Обязательно возьмем, — улыбнулся Тайлер. — Это будет наше первое большое семейное путешествие.

— А где мы будем жить? — спросила я. — Может, снимем уютный домик на берегу?

Марк вдруг слегка смутился и потер ладонью шею.

— Вообще-то… в тех краях, у Озер Сияния, живут мои родители. И они уже давно, чуть ли не с нашего первого дня, безумно хотят познакомиться со всеми вами. Так что я думаю, пора.

Я от неожиданности даже приоткрыла рот.

— Почему ты раньше не сказал об этом? — обидчиво, но беззлобно толкнула его в плечо. — Мы что, не выглядели как презентабельная семья?

— Дел было выше крыши, да и ты сама прекрасно знаешь, какой вихрь нас крутил, — оправдался он. — Но сейчас, когда мы со всем разобрались и стали одной сплоченной командой… Самое время ехать и пройти главный экзамен — знакомство с родителями.

— Что ж, тогда и мои не отстанут, — с легкой усмешкой вмешался Тайлер. — Моя мать уже засыпала меня голосовыми сообщениями с вопросами, когда же она наконец-то увидит свою названную внучку. Может, они приедут на Озера?

Марк кивнул, его смущение сменилось деловой уверенностью.

— Дом у моих родителей большой, места хватит всем. Так что да, пусть приезжают. Устроим настоящий семейный саммит.

— Ура-а-а-а! — Захлопала в ладоши Авель, ее смех звенел, как самый радостный колокольчик. — Теперь у меня будет два дедушки и две бабушки! — Она внезапно замолкла, на ее лице появилось выражение крайней серьезности, и она спросила с важным видом: — А котики у них есть?