Глава 12

Глава 12

Я помнила крушение шаттла и взволнованный взгляд Уотса. Искин уже начал обратный отсчет, а потом все померкло. Оказывается, я потеряла сознание, но поняла это, только когда вновь очнулась. Капсулу трясло, а бортовой компьютер сообщил о приближении поверхности неизвестной планеты.

— Температура облицовки достигла критической, — равнодушно сообщил компьютер, сквозь хрипы в системе, — двигатели выведены из строя, остатки энергии переведены на щиты. Приготовьтесь к жесткой посадке.

Мне можно было только молиться звездам, все остальное зависело крепости спасательной капсулы. Фиксирующие ремни плотно облегали тело, вдавливая меня в жесткую кушетку. В голове творился, какой-то сумбур. Помнила шаттл, лицо капитана, нападение, жуткую тряску и свое странное самочувствие, но хуже всего, результаты медицинской проверки. Не было ни единого шанса на ошибку.

Одна ночь с незнакомцем, обернулась катастрофой. Теперь путь на Рион был закрыт для меня, как и на любую из планет, где правительство не матриархальное. Если власти галактики узнает об обмане и фальсификации данных, Хью отправится на рудники, а меня запрут в лаборатории, в лучшем случае.

Приземление удалось прочувствовать всем телом. От удара об твердую почву, капсула подлетела вверх, а потом снова удар и полная тишина. Все приборы и датчики повредились, теперь эта умная машина, была не более чем куском железа, кривого и бесполезного. Голова все еще гудела, но самочувствие значительно улучшилось. Тошнота прошла, только слабость в теле напоминала о странном припадке, случившемся на шаттле.

Застежки ремней заклинило, с первого раза отстегнуть их не удалось, как и дотянуться до рычага, открывающего капсулу в экстренных ситуациях. Поняв, что без помощи мне не выбраться, я мысленно взвыла. Оставалось надеяться, что капсула капитана приземлилась где-то рядом. На это указывали звуки за пределами моей импровизированной тюрьмы.

Удивительно, что при такой скорости свободного падения и силе удара, я осталась жива. Технологии в галактике поражали, но все новейшие разработки доставались флоту, армии, либо правительственным шаттлам, на гражданских судах, спасательные капсулы прошлых поколений, они точно не выдержали бы такой посадки.

Пока я пыталась прикинуть, чем можно срезать ремни, если нельзя их отстегнуть, проблема решилась сама собой. Ну, как решилась?! Крышка капсулы заскрежетала, а потом, прямо на моих глазах, она отлетела, вместе с частью корпуса. От ослепительно яркого света пришлось зажмуриться, но уже спустя секунду, стало понятно, что мое спасение, дело рук местного жителя.

Полуголый мужчина, вызывающий ассоциацию с дикарем, удивленно хлопал глазами, а его рука, высоко занесенная с огромным кулаком, так и замерла в воздухе. Предполагаю, этот самый кулак, должен был отправить меня в бессознательное состояние, но так и не долетел до цели.

Мы оба были в шоке, разглядывая друг друга, как нечто диковинное. Нижняя часть его тела скрывалась бортами капсулы, но верхняя… Обнаженный загорелый торс, покрытый выпуклыми татуировками, в виде странных узоров, тянулся от кистей, покрывал обе руки, шею, грудь, почти весь пресс и заканчивался, не доходя до подбородка. Огненные волосы мужчины, были собраны в две тугие косы, а виски коротко остриженные. В ярких глазах песчаного цвета отражался ужас, смешанный с восторгом и удивлением.

Я испытывала похожие эмоции, глядя на огромного мужчину, чье тело, словно покрытое маслом, блестело в лучах солнца. Натренированные мускулы даже в расслабленном состоянии, казались огромными, но пугала меня не разница в наших габаритах, а знакомое «украшение» на его шее.

Рабский ошейник, сделанный из специального материала, который ошибочно принимают за металл, плотно прилегал к его коже, держась чуть выше кадыка. От этой картины снова стало дурно. Я боялась даже пошевелиться, будто увидела не раба, а носителя опасного вируса.

— Госпожа. — Прохрипел он, склонив голову и вытянув руки вдоль тела, превратившись из опасного орудия в безвольную куклу. — Прошу простить, если напугал вас.

Ком встал в горле. Продолжала смотреть на него, боясь сделать что-то не так и навлечь беду. Хозяева суровы к своим игрушкам. Мужчина-раб назвал меня госпожой, это могло означать лишь то, что капсула приземлилась на матриархальной планете. Для меня это было спасением и шансом, но судьбе Уотса завидовать не приходилось.

— Позвольте, помочь вам. — Между тем продолжил раб, пока я прикидывала свои шансы на выживание. — Госпожа? — Напомнил о себе, не дождавшись ответа.

— Д-да. — Голос дрогнул, но я нашла в себе силы, чтобы кивнуть.

Осторожными движениями он освободил меня от ремней и подхватил на руки. Я предполагала, что он не позволит выбраться самостоятельно, поэтому была готова к чужим прикосновениям. А вот оказаться так близко к ошейнику, который так и манил мой взор… Наверное, я никогда не смогу забыть ощущения, которые он оставляет на коже. Я помнила тот звук, когда эта удавка защелкивается на шее, ознаменовав потерю свободы. Нет ничего хуже чем знать, что каждый твой вздох, каждая прожитая минута, это лишь доказательство доброй воли хозяина.

Пальцы невольно потянулись к этой удавке, даже не сразу поняла, почему мужчина замер с каменным лицом. Это было что-то интуитивное, мозг требовал ощутить холод "украшения", чтобы убедиться в его подлинности.

— Мне жаль. — Прошептала, срывающимся голосом. — Мне очень жаль. — Слезы наполнили глаза, но не успевали скатываться по лицу.

Раб ловко удерживал меня одной рукой, а другой стирал соленые капли с моих щек. Он делал это с какой-то щемящей заботой, его пальцы дрожали, но не переставали собирать каждую слезинку.

— Не плачьте госпожа, я не достоин ваших слез. — Это звучало ужасно, безжизненно, он не принадлежал сам себе и считал себя, не более чем просто вещью.

Я даже не нашлась что ответить. У меня не было слов утешения, я не могла помочь ему, или залечить сломленную душу. О да, я знала, как ломают рабов. Хоть меня и не трогали, видела, как терзают существ, делая из них покорные игрушки.

Не все рабовладельцы любят покупать «идеальных» рабов, многие предпочитают покупать необученных, тех, кто еще не забыл вкус свободы. Этим садистам нравится лично ломать существ, видеть, как их воля превращается в смирение. Потом тела лечили, стирая следы изощренных пыток, а вот души, навсегда оставались разорванными на клочки.

Меня так поразил факт, встречи с рабом, что не сразу осознала, что он говорил на всеобщем языке, он же межгалактический, а значит, планета не существовала обособленно.

— Тут вторая капсула. — Пробасил еще один голос, вынудив меня повернуться на звук.

В двухстах метрах от нас, с длинным рвом в земле после экстренного торможения, лежала еще одна капсула, а рядом с ней возвышался, еще один полуобнаженный раб. Зачарованно наблюдая, как ловко, он вырвал дверь из металлической конструкции и, словно пушинку откинул в сторону, не успела и пикнуть, чтобы остановить движение мощного кулака.

Капитана закинули на плечо, как мешок с землей, и только после этого, стало ясно, насколько его участь окажется незавидной, если я срочно ничего не придумаю.