Глава 15
В любой игре всегда есть соперник и всегда есть жертва. Вся хитрость — вовремя осознать, что ты стал вторым, и сделаться первым.
В себя я пришла одновременно с Даггером.
Тот осоловело таращил глаза и болезненно морщился, то ли от запаха моего перегара, то ли от боли в шее. Задержав мутный взор на мне, он сонно улыбнулся и расслабленно закрыв глаза, уснул, словно увидел нечто, что пришлось ему по нраву. Моё тело онемело, и я потянулась, стараясь разогнать кровь.
предрассветное небо тем временем светлело, наливаясь пылким розовым далеко за горизонтом. Мелкие, скрытые густой листвой пичуги задумчиво тивкали, встречая новый день. Плотный кокон опутавшей меня защитной сети бледно мерцал, отражая свет грустной луны, сдававшей свои позиции солнцу.
Да что, демоны дери, за пакость дал мне Вард, что я вырубилась на…десять часов, удивилась я, сверившись с хронометром. Во рту был премерзкий привкус, и я было потянулась за флягой, (с водой на этот раз) но тяжелая рука прижала меня к твердому телу, а горячие губы зашептали сонную белиберду в волосы, щекоча шею и посылая табун крошечных мурашек.
— Спи, Эва, — разобрала я, когда теплые губы коснулись уха, — до рассвета часа полтора. — Последней моей связанной мыслью было что-то вроде «как это спи?», но я сразу отрубилась, едва почувствовала себя в относительной безопасности, а о том, что Тео прижимает меня к себе слишком тесно и о том, что мне это нравится, подумаю позже.
Второй раз я проснулась от дивного аромата жарящегося на открытом огне мяса, рот сразу наполнился слюной, а в животе заурчало.
— Проснулась? — отметил очевидное Вардок, тыкая тонким, запёкшимся от жара камня, кончиком прутика тушки неудачливых ящерок.
— На токсины проверил?
— Обижаешь, — хмыкнул блондин и присолил шкварчащую красоту.
Я кивнула и с хрустом потянулась, обводя импровизированный лагерь внимательным взглядом. Даггер и Габриэль так и лежали чуть поодаль, и, хотя солнце практически выступило из-за насыщенных зеленью крон, всё еще спали. Защитные сети, судя по всему, удалось соединить меж собой, образуя над поляной подобие шатра. Он приглушённо мерцал, искажая картинку, но, судя по всему, свою задачу выполнял исправно.
— Где дакс? — спросила я, не найдя в пределах видимости Тео. Принюхавшись к содержимому лежащей в общей куче фляги — осторожно глотнула. От ледяной воды свело зубы, но я всё равно застонала от удовольствия, жадно глотая живительную влагу.
Закинув пару мятных пастилок, я тщательно их разжевала, сплевывая пену. Кайф был бы полным, если бы мне удалось сбегать в кустики, (парням то было куда как проще) но думаю, дождусь Габи. Плеснув пару раз в лицо водой, я подставила мокрые щеки солнцу, интересно, где они взяли такую холодную воду…
— Рядом родник, — пояснил Вард, явно прочитав мои мысли. Я тут же поставила блок, коря себя за излишнюю расслабленность, благо обошлось без явного вмешательства или я почувствовала бы характерное давление. А тот словно и не заметив, что я выбросила его из головы, продолжил заниматься нашим завтраком. — Ты это…зла не держи…я и сам не знал, что во фляге, подумал виски…
Я махнула рукой, мол «забудь», откуда Вард мог знать, что любой крепкий алкоголь действует на меня как слоновья доза снотворного. Бокал вина или селебрѐ росѐ[33] это тот максимум, что позволяла себе по особым случаям, но удовольствие было сомнительным, и поэтому чаще я притворялась, что пью, предпочитая воду или сок. Я вновь хотела задать вопрос про отсутствующего Теомира, но тот опередил меня, внезапно появившись из-за кустов.
Потоптавшись немного у импровизированного порога и рассоединив две плотно сомкнутых москитки, он вошёл и поймав мой заинтересованный взгляд, подошёл. Присев на корточки, Теомир протянул руку. В собранной лодочкой ладони была земляника — целая горсть мелких, ярко-красных, сшибающих сладким ароматом ягод.
— О, — потерялась я, — спасибо.
— Тео.
— Что?
— Спасибо, Тео.
— Да.
Длинные пальцы с нежной осторожностью протянули мне несколько крошечных земляничек. Меня бросило в жар, на столько непристойные мысли забились в моей голове. Я протянула руку к ладони, желая самостоятельности, но улыбаясь, Теомир отодвинул вожделенную сладость, дразнясь и вновь предложил мне ягоду. Сдавшись, я приоткрыла рот, и терпкая свежесть взорвалась искристым фонтаном парализуя мои вкусовые рецепторы.
Теплые пальцы с шершавыми подушечками обвели мои губы, и пока я прислушивалась к собственным ощущениям, вновь наполнили рот земляникой. Голова пьяняще закружилась, картинки-воспоминания навалились с новой силой, плеснувший красноту на щёки жар, спустился ниже, по ключицам и вдруг к потяжелевшим грудям.
Соски требовательно заныли, бессовестно выделяясь под обтягивающим сьютом. Настойчивая подушечка большого пальца круговыми движениями обводила губу, надавливая, проникая сильнее в рот…
Я подняла взгляд на Тео. Его закаменевшее лицо, стиснутые скулы, с играющими желваками и сжатые в тонкую нить пухлыми губами с головой выдавали его возбуждение. В тёмных, ивово-коричневых глазах плясали лиловые искры, гипнотизируя и лишая воли. Жилка пульса истерично билась…казалось еще мгновение, и он набросится на меня, и не уверена, что я буду сильно против.
Ничего лучше, кроме как укусить его за палец в голову мне не пришло.
Теомир засмеялся, разрушая гипнотический дурман своего взгляда, и потянув меня за руку, ссыпал землянику в мою ладонь, щекоча внутреннюю сторону моего запястья.
Габриэль и Даггер проснулись от его смеха, что нарушил тишину, а осознав, что спали рядом разбежались по разным углам поляны, сделав вид, что ничего такого не произошло. С всклокоченными кудрями и примятой со сна щекой Габи выглядела так мило и ранимо, что я невольно улыбнулась, приветствуя подругу.
— Родник в пятидесяти метрах к юго-западу, — сказал Вардок и махнул по направлению, сориентировав нас без компаса.
И я, и Габи старательно избегали разговоров о том, как прошла наша ночь, зато подробности дневных приключений мы обсудили. Оказалось, что не только мои версы попались в ловушку колодца, Даг, переходя неглубокую, но очень быстроходную речку, свалился с подгнившего бревна. Течением его не унесло только потому, что он практически перешёл водный поток, а вот паразита скорее всего подхватил именно там, поскольку поплохело ему спустя пару минут.
— Как рука, милая? — спросила я, когда подруга бережно разминала плечо, закусив губу.
— Лучше, чем позавчера, но хуже, чем вчера утром. Я слишком долго тащила Дага и кажется пара швов разошлась.
— Дай посмотрю.
— Не надо. Сьют хорошо держит, а если Даггер увидит рану, рассвирепеет. Пока мы пробирались к точке сбора, он учинил мне допрос с пристрастием, — тут она покраснела, словно помидорка, — а я ему сказала, что там просто царапина.
— Врушка.
— Ложь во благо, — засмеялась Рыжуля.
Тихо переговариваясь, мы вернулись на поляну, где в тишине позавтракали сублиматами и жестковатым, но сочным мясом. Когда булькающий на костре отвар из ягод и незнакомых листочков, приятно пахнущих мятой и липой, немного настоялся и был разлит по кружкам дакс решил, что пора обсудить наши дальнейшие планы.
— Девочки и мальчики, — хмыкнул он, — расклад такой, планета куда нас занесло, отличается от прочих в Имперской системе смещенной эллиптической орбитой и увеличенными сутками. Так что то, что показывают ваши хронометры — фигня. Мы провели здесь местные сутки, а по факту сорок три часа.
— БС-45/14? — спросила я, хотя ответ был очевиден. — Одна из самых неисследованных планет была открыта не так давно и именно поэтому нас заслали сюда, рассчитывая, что мы провалим задание наивно потерявшись во времени?
— И это тоже, — уверенно подтвердил мои догадки Тео. — Задания, словно шкатулка с секретом — чтобы докопаться до сути необходимо найти скрытую пружину. Пока все спали я пробежался до одной из точек, указанных на карте, и нашёл вот это, — плоский, похожий на зажигалку, литой прямоугольник поблескивал на его ладони.
— По сути, у нас есть только два варианта дальнейшего развития событий: первый — марш-бросок до обратного портала, а дальше прорываться с боем в Академию. Сами понимаете, любители халявы уже застолбили себе места в первом ряду и с нетерпением ждут, когда глупая дичь плюхнется прямо в расставленную ими ловушку. Второй, и по моему мнению, он много лучше первого — добыть как минимум еще один вин и разделиться на финише и скормить засевшим в засаду один приз, оставив себе второй.
Я судорожно размышляла. Мне не нравился ни тот, ни другой план.
— А могу я предложить третий вариант? — негромко спросила я, всё еще сомневаясь.
— Конечно.
— Безусловно.
— Жги, Эва, — вставила свои пять таллеров Габриэль.
— Я изучила карту (отметка вина всё еще пульсировала алым, а значит тот был не тронут) и в трех километрах от портала, нам нужно лишь слегка отклониться на юго-запад, есть еще одна точка с призом. А вот когда мы появимся рядом с портальной аркой можно разыграть спектакль. Я и Габи можем надавить на жалость, прикинуться раненными, беспомощными, растерянными.
— Точно, точно, — подхватила подруга, поймав на лету мою идею. — От нас же никто не ждет результативности, выносливости, сообразительности. По правде говоря, ваше чванливое пренебрежение перед «слабым полом» нам только на руку.
— Мы не…
— Какое пренебрежение…
— Не важно, — перебила я не нужный поток оправданий. Парни действительно относились к нам как к несмышлёным, ни на что не способным куклам, но сейчас это было нашим преимуществом.
Не уверена, что наше появление за минуту до окончания назначенного трейнером Вонстромом срока войдет в анналы, но то, что запомнится на долго — факт.
За пятнадцать минут до закрытия арки наша пятёрка феерично ввалилась на окружённую неприятелем поляну. Перепачканные кровью невинно убиенных земноводных, всклокоченные, грязные и рыдающие, на руках у парней, мы стенали в голос требуя справедливости и кары Небесной на головы устроителей этого безобразия.
Члены засевшей в засаде банды противника были обескуражены и деморализованы нашим внешним видом и поведением. Костерящая всех от Императора до последней кухарки в академической столовой Габриэль по моему скромному мнение слегка переигрывала, но в сложившихся обстоятельствах это было именно то, что доктор прописал.
Никому даже и в голову не пришло проверять серьезность наших ранений, поскольку залитые кровью рожи и заляпанные вонючей болотной жижей сьюты выглядели на столько отталкивающе, что даже небрезгливый и злопамятный Ор решил не связываться. Мужественно и терпеливо снося наши истерические завывания, парни мирились не только с превышающими норму децибелами, но и с неповторимым ароматом вековых болот, на которые нам свезло наткнуться по дороге к порталу.
Я повторно убедилась в, не побоюсь этого слова, гениальности своего плана, когда на портальной поляне выяснилось то, что в засаде нас ожидала не одна, а сразу две группы, объединивших свои усилия. Против окопавшихся девяти у нас не было бы не единого шанса, а хитростью берут города, хоть Кхаан и любил повторять древнюю поговорку о том, что презренно всё, что отдает коварством.
И хотя по времени мы не стали первыми, наш улов вывел нас в тройку лидеров. Целых три вина — вот наша добыча. Жаль, что подобного рода уловка имеет одноразовый формат, но я думаю, совместными усилиями мы придумаем что-нибудь еще более изощренное и запоминающееся, а пока, мне хотелось лишь принять душ, навестить Лею и забыть полные ненависти глаза сестры, которая впервые в жизни проиграла младшей.