Глава 18
- Значит вы лорд? - строго спросила бабуля, и я прям чувствовала, что она недовольна. Такое редко бывало, но эту интонацию в её голосе ни с чем не спутать.
- Да, - голос был Питера.
Я затаилась в прихожей у шкафа. Бумага с новым назначением лежала в заднем кармане брюк.
- И поместье свое имеется? - бабушка.
- Конечно, имеется, и дом в столице, и счет в банке! Госпожа Аннман, K чему эти вопросы? - прозвучало немного зло.
- К тому, что моя внучка вам не пара, - ответила бабушка.
Я удивилась столь резкому заявлению. Обидно было, что бабушка считает меня недостойно парой, а не его.
- Это еще почему?
Да, мне вот тоже интересно.
- Да, потому что мы не дворяне! Вы не думали, как себя будет чувствовать Люси в такой атмосфере? Она не леди! И плевать хотела на правила и этикет, у неё свои правила! Да хоть эту её любовь к брюкам взять! Волосы короткие...
Я потрогала рукой свои короткие волосы. Ну, я же не виновата, что они короткие... и даже не стригу их уже несколько лет‚ а они как были короткими так и остались. Магия какая-то!
- А вы не думали, что именно такой сумасбродной она мне и нравится? И с чего вы взяли, что я буду заставлять её следовать правилам? Я, может, тоже неправильный, по вашим меркам.
С кухни донесся тяжелый вздох.
- Хорошо, - согласилась бабушка. - Допустим, вы два сапога пара, но кроме вас двоих есть и другие люди. Ваши родители, K примеру. Как они отнесутся K моей внучке?
Меня тоже этот вопрос волновал, и я затаила дыхание, ожидая ответа.
- Я получил дворянство четыре года назад за заслуги перед отечеством. Я - лорд, но мои родители - нет, - совершенно серьезно ответил Питер.
На кухне повисло молчание.
- К тому же, - добавил Питер, - ваша внучка мне отказала, и я пришел попрощаться.
- Ой ли?! - выдала бабушка, а я нахмурилась. Сейчас еще сдаст меня с потрохами!
- Простите? - не понял оборотень.
- Так уж и отказала?
Я громко хлопнула входной дверью и громко крикнула:
- Я пришла!
- Ага, пять минут назад, - раздалось от Питера, и красная я зашла на кухню.
Бабушка выглядела как никогда серьезно. Толстая седая коса на плече, пронзительный взгляд, руки сложены на груди. Питер сидел за столом в белой рубашке. Его черный плащ был перекинут через спинку стула.
Я не могла сдержать улыбку. Рот сам расползался до ушей, и я смотрела на него во все глаза, чувствуя, как горят уши и щеки.
- К тебе гость, - сказала бабушка.
- Угу, - только и сказала я, ожидая, что бабушка сама уйдет и оставит нас наедине, но она никуда уходить не собиралась. Более того, настрой у неё был решительный, я бы даже сказала, что почти боевой.
- Вы дадите мне поговорить с Лу? - жестко спросил Питер.
Бабушка встала из-за стола, поправив юбку. Бросила на меня недовольный взгляд и ушла. Чувствую, мне она тоже допрос устроит.
Мы остались одни. Я села на бабушкино место, то есть напротив Питера.
- Привет, - хором сказали мы, а потом улыбнулись. И было y меня такое чувство... дом, Питер, ни тебе умертвий, бабушка правда недовольная, но это как общая проблема, то есть сближает. И выглядел Питер по-домашнему, как будто всегда и сидел на этом месте в рубашке, рукава закатаны по локоть, волосы взъерошены, как после сна... такой родной, свой. И я ему отказала?!
- Суровая у тебя бабушка, - сказал он.
- Обычно она добрая, просто переживает сильно за меня.
- Это я понял, - пауза. - Ты говорила, что у тебя есть коллекция мини-оружия. Покажешь?
- Да я уже и забыла про неё, - ответила ему. - Она тебе действительно нужна? У тебя же дома в натуральную величину...
- Честно говоря, не особо... просто хочется с тобой говорить...
Он вынул ложку из чашки, положил ее на блюдечко и, наконец, посмотрел на меня.
- Я уезжаю домой и пришел попрощаться. Не хочу, чтобы между нами осталась обида или непонимание. Хочу, чтобы ты вспоминала меня с теплыми чувствами.
- Питер, - перебила его, но он не дал говорить.
- Я понимаю, что эти чувства возникли слишком резко и неожиданно, да еще и к тому же ко мне.
Я вспомнила усатую морду, пришедшую ко мне среди ночи, и улыбнулась.
- И не веришь в их подлинность.
Честно говоря, данное утверждение уже дня три как под сомнением. Всё же расставание внесло свой вклад, наглядно показало, от чего я сама отказалась, с чем решила смериться и просто пережить.
- Я люблю тебя, Люси, - сказал он так нежно, так уверено, так сладко. - Я хочу, чтобы ты об этом знала.
Я не знала, что делать. Ну, вот не признавались мне никогда в любви. И чувствовала, что надо что-то сказать в ответ. И вроде было что сказать, но тогда всё полетит к чертям.
- Спасибо, - сказала я, протягивая ему свою руку, которую он тут же схватил своей теплой ладонью, потом поднес к губам и поцеловал так, что у меня сердце пропустило удар, а затем забилось втрое сильнее.
- Я не хочу, чтобы ты уезжал, - призналась ему. Забрала свою руку, встала со своего места и подошла к нему, обняла крепко-крепко. - Не хочу.
Он тоже поднялся со стула, и теперь я утыкалась носом в его шею, вдыхая его запах, наслаждаясь этими объятьями. Он зарылся носом в мои волосы, и было так приятно, что даже отпускать не хотелось. Но в кармане лежала бумага о моем распределении и дата отъезда...
- Я рад, что именно ты промывала мои раны в тот день. Ты стала для меня светлым ярким резвым огонечком, и я не хочу тебя терять.
Он мягко отстранил меня, достал из кармана брюк карточку с адресом и отдал её мне со словами:
- Твой я знаю.
Я взяла её. Он накинул свой плащ, застегнул все застежки, надел сапоги и вышел из дома. Я выбежала за ним во двор. Бабушка нервно собирала цветки ромашки. А Питер всё уходил и уходил.
- Всё? Попрощались? - спросила бабушка.
Да черт блин знает, что это вообще было! На прощание вроде как не смахивало. А если было и прощание, то зачем было оставлять адрес и признаваться в любви?
Я посмотрела на бабушку, не зная, что ей ответить, а когда Питер совсем уже скрылся из виду, сказала:
- Я нашла легенду. Он не соврал.
Бабуля хмыкнула:
- Вот как?
- Да.
Мы вернулись в дом. На столе стояла чашка с недопитым чаем... бабушка что-то говорила про женихов да кавалеров, я её не слушала. Потому как внутри меня разрывало пополам от спонтанного желания бежать за Питером и материальным долгом перед университетом.
- Люси! - бабушка дотронулась до моего плеча, а я так и стояла, смотря на чашку.
- Ты себя хорошо чувствуешь? Ты побледнела.
- Да, просто поняла кое-что... - ответила ей, садясь на стул, где сидел Питер.
Поняла что и не нужно мне никакое море. Потому что оборотень сам умудрился стать для меня этим морем. Как-то совсем неожиданно поменялись приоритеты. Столько лет жить одной единственной мечтой, а потом приходит OH и вся жизнь встает вверх тормашками, и поди, разберись!
- И что же ты такого поняла? - допытывалась бабушка.
- Мне нужно в управление, - сказала и подскочила со стула, бросилась в прихожую, быстро надела ботинки.
- Зачем? Ты же утром ходила. Или нет? - крикнула бабушка в дверях, а я уже вышла за калитку, так что вопрос её остался без ответа.
В управлении было как-то пусто и тихо. Утром тут было как в муравейнике, а сейчас пустые коридоры. Я поднялась на второй этаж, постояла несколько секунд перед дверью, сомневаясь, но всё же вошла в приемную.
Та же женщина, что и утром сидела тут за столом у двери. Она подняла на меня взгляд и уставилась непонимающе.
- Вам чем-то помочь? - спросила она.
- Я - Лусинэ Риган, - сказала я ей, но мое имя ей ничего не сказало. - А члены комиссии еще здесь?
- Ректор Гутор, леди Дуах и лорд Фаррел здесь, вам что-то нужно?
- Да, могу я поговорить с ними?
- По личному делу?
- Нет, это касается распределения.
- Я спрошу, - сказала она и скрылась за другими дверями, за которыми и сидела комиссия.
Её не было каких-то две минуты, но мне они казались вечностью. Я смотрела на дверь и думала, правильно ли я делаю? Я ведь столько мечтала о море, а теперь готова отказаться от мечты, лишь бы быть рядом с любимым оборотнем. Тут впору крутить пальцем у виска.
- Вас ждут, - сказала женщина.
Я зашла.
- Госпожа Риган, что-то случилось? - поинтересовался ректор.
- Простите, но не могли бы вы изменить направление? - я положила на стол бумажку.
Ректор сильно удивился.
- Решения комиссии не обсуждаются, - заявила леди.
- А в чем причина? - спросил ректор.
- Я... я слышала, что формируется штат для посольства в Темную Империю. Не могли бы вы направиться меня туда.
В кабинет повисло молчание. Члены комиссии переглянулись.
- Госпожа Риган, вы понимаете, о чем просите? - спокойно спросил ректор. - Столица находится далеко от границы, вы будете вдали от своей родины, в месте, где более пятисот лет правит Смерть и Тьма. Темная Империя славится своей жестокостью и нетерпимостью к другим видам магии. К тому же, сейчас соседняя Империя переживает не самые легкие времена. Я уже не говорю о том, что ваши способности как мага могут оказаться просто бесполезными.
- Я это понимаю, - сказала ему, - но я готова взяться за любую работу.
- Так уж и за любую? - съязвила леди Дуах.
- Не язви, - шикнул на неё ректор. Он вглядывался в меня так, будто хочет прочесть мысли. Долго смотрел в глаза, пока я их не отвела. Всё когда такой сильный маг на тебя так долго и пронзительно смотрит, становится не по себе.
- Думаю, мой отец найдет для вас место, - произнес лорд Фаррел.
Ректор посмотрел на него, потер рукой подбородок, как бы взвешивая все за и против.
- Я не вижу причин отказать вам в вашей просьбе, к тому же лорд Фаррел решил вам помочь, - и он достал чистый лист, стал что-то там писать. - Имейте в виду, второй раз мы ваше направление менять не будем, - и отдал его мне. - Завтра с утра в Министерство Иностранных Дел, затем к нам в юротдел. - Вздохнул. - И кто скажет Стерну, что его снова кинули?
Члены комиссии понимающе переглянулись.
- Не везет ему на магов воды, - сказала леди Дуах.