Глава 22

Взлетев на второй этаж в гостевую спальню, я с грохотом заперла дверь на массивную защёлку. Хватит с нас зрителей.

Герцог Ольгерд послушно уселся на край кровати, преданно глядя на меня своими глазами.

— Марина, ты заперла нас вместе? — на его губах появилась довольная улыбка. — Если хочешь, я могу держать дверь своей магией, чтобы никто не посмел потревожить твой покой.

— Сиди тихо, чудо ты кофейное, — буркнула я. — Скоро все пройдет.

Ровно через шестьдесят минут Хранитель резко открыл глаза. В комнате мгновенно похолодало. Понятно. Настройки милого песика слетели, вернулась заводская сборка сурового боевого мага.

Рагнар встал с кровати. Его взгляд метал самые настоящие громы и молнии. На мужественных скулах бешено заиграли желваки. Походу, до его величественного разума наконец дошло всё, что он творил за завтраком под воздействием моей кофейной магии.

— Марина… — его голос прозвучал как раскат грома, отчего Снеж на подоконнике испуганно икнул и сжался в комок. — Скажи мне, что я сейчас не просил у тебя шоколадную печеньку в обмен на то, что сделаю «гав»?

Я с трудом сдержала смех. Ну слава богу, любимый вернулся.

— Дорогой, — я невинно похлопала ресницами, медленно отходя к двери. — Не переживай, я тебя остановила. Но уверена, «гав» у тебя вышел бы просто потрясающий.

Казалось бы, грандиозного скандала теперь точно не избежать. Только вместо этого Рагнар вдруг как-то странно, хищно улыбнулся. В его глазах вспыхнул знакомый огонёк, от которого по спине мгновенно пробежали приятные мурашки. Не успела я и пикнуть, как герцог взял меня на руки и уверенным шагом понёс прямиком на кровать.

— Ну держись, Марина, — вкрадчиво прошептал он. — За издевательство над Хранителем Врат ответишь по всей строгости имперского закона. Милого песика себе захотела? Двухметрового добермана на поводочке? Я тебе в обычном состоянии уже не нравлюсь?

Бросив меня на мягкое покрывало, он навис сверху и принялся решительно расстёгивать моё новое платье, прикусывая моё обнажённое плечо.

— Рагнар… — единственное, что я смогла из себя выдавить, отчаянно пытаясь поймать ускользающий здравый смысл. — Это правда вышло случайно. Я просто очень хотела вернуть тебе хотя бы одно воспоминание с помощью книги Амфиры. Кто ж знал, что у бабули такие забористые рецепты.

— Значит, такой я тебе всё-таки не нравлюсь, — констатировал он, а его горячие ладони спустились на мою талию, прижимая к матрасу.

— Не нравишься, — выдохнула я, глядя прямо в его потемневшие глаза.

Услышав это, Рагнар резко остановился. Его руки замерли, а на лице проступило секундное замешательство.

— Потому что я тебя люблю, — тихо добавила я, обвивая руками его шею и притягивая ближе к себе. — Любого. И сурового мага, и даже того, который готов лаять ради шоколадной печеньки.

Герцог замер, вглядываясь в моё лицо, и вся его напускная злость мгновенно испарилась, уступая место такой безумной, чистой нежности, что у меня перехватило дыхание.

С подоконника тут же донёсся громкий кошачий кашель.

— Так, народ, я, конечно, дико извиняюсь, что порчу вам романтический момент, — проворчал Снеж, прикрывая морду лапой. — Но два часа почти истекли. Если вы сейчас же не застегнёте всё, что тут поотстёгивали, то дедуля Декиус сам взломает эту дверь, чтобы посмотреть, вернулись ли к Хранителю его извилины.

Нехотя отстранившись друг от друга, мы спешно поправили одежду, и отправились в библиотеку. Мама с дедушкой уже вовсю о чём-то спорили на повышенных тонах, начисто игнорируя всех присудствующих.

— Почему это она должна идти туда одна? — возмутилась родительница.

— Потому что она сама того хотела, — ответил старик. — Пусть девочка своими глазами оценит масштаб важности всего, что сейчас происходит. И да, пусть она официально не дочка моего покойного сына Максимилиана, но в её жилах течёт кровь Сканов. И она, как мы все сегодня убедились, довольно сильный менталист.

— Ну конечно. Взвалить всё дерьмо на хрупкие девичьи плечи, самое лучшее решение. — ядовито процедила мама. — Неужели нельзя просто поймать Хамлина и привести его сюда для нормального семейного разговора? Он же, в конце концов, не маленький мальчик. Должен уже сам отвечать за все свои безумные поступки.

— Анна, — дедушка устало вздохнул и посмотрел на неё с какой-то пронзительной, умудрённой годами грустью. — Ты ведь когда-то была в него влюблена. Неужели не помнишь, как это чувство туманит разум покрепче любого запретного зелья? Как оно заставляет совершать самые бездумные и опасные поступки ради любимого человека?

Вся мамина спесь от этих слов как-то слишком быстро поутихла. Она отвела взгляд в сторону, судорожно сжав пальцы, и весь её боевой настрой мгновенно растаял, уступая место горькому сожалению.

— Помню, — тихо призналась она. — Именно поэтому хочу, чтобы мне помогли его найти. Я должна поговорить с ним сама, наедине. Всё ему объяснить, пока он окончательно не разрушил наши жизни.

Я аккуратно сжала руку Рагнара, чувствуя, как атмосфера в библиотеке накаляется от старых семейных тайн. Кажется, наш поход к Вратам Равновесия плавно превращался в операцию по спасению моего безумного биологического отца.