Эпилог. Часть 3
«Что там происходит на поверхности, Мик?»
«Я пытаюсь установить контакт с сиургом, к которому мы и добирались. Но… трудно. Он еще младше меня. Похоже, его забрали от родителей и вовсе новорожденным. До того, как мы появились, он понятия не имел, что в мире есть еще такие, как он, и теперь до чертиков испуган».
«А другие существа? Они у него на поверхности есть?»
«Данные мониторинга, который уже провел твой неугомонный приятель-кот, говорят, что на местной базе — она, кстати, один в один такая же, как та, что драгары выстроили на мне, — есть всего одно живое существо. Аарх считает, что это тело-носитель с драгаром внутри, и готовит высадку».
Естественно, Нэр забила копытом и потребовала, чтобы ничего не делалось без нее. Прибывший вскоре на шлюпке Аарх, забрал их с Антоном с берега и мгновенно доставил на базу. Его команда уже была готова — силовая броня заряжена, оружие проверено. Но Нэр несколько сбила их боевой настрой — тот самый единственный на планете субъект драгара в себе не нес.
— Куда ж они все делись? — спросил Аарх, нервно дергая усами.
— Ушли. Несущая призвала их.
— Но…
— Надо выпустить Кронорра.
— Но…
— Пошли. Где он там у вас?
Банку взяли с собой на поверхность сиурга, а после долго и зло спорили над ней — никто из существ в команде Аарха не хотел вновь подвергнуться драгарской ментальной атаке, и все выступали за то, что пойманного врага нужно казнить.
Но Нэр никого слушать не стала и просто открыла ловушку… И ничего страшного не произошло. Лишь удивительное. Кронорр засиял радостно, на мгновение стал большим и жарким, а после сжался до размеров нестерпимо яркой булавочной головки, стремительно заметался, пронзая собой вскрикивавших от неожиданности людей, котов и собакоголовых, а после стремительно унесся в ярко-зеленые небеса юного сиурга, спасать которого от злых драгаров и прибыл Микеланджело.
Единственный, как и у Мика, островок этой живой планеты был значительно меньше — буквально километр площадью. А потому с любого его места был виден окружающий океан — тревожно вспененный и темный.
Нэр попробовала поговорить с незнакомым ей сиургом, но не смогла. Если сознание Мика было для нее открыто и понятно, то эта планета, похоже, осознанно пряталась, избегала контакта.
«Не в этом дело, — тут же возник в голове Нэра Мик. — Он не закрывается. Просто… Просто ты моя. Я сомневался, а теперь вижу — я тебя буду чувствовать и слышать, где бы ты ни была. Даже если ты улетишь от меня на сотни парсеков. А этому маленькому сиургу нужен кто-то другой, чтобы контакт был столь же полным, понимаешь? Да и потом он еще совсем ребенок. О малыше нужно будет позаботиться».
«Почувствовал себя папашей?»
«Скорее, старшим и более опытным… другом. Моих, да и его родителей нам еще надо будет найти, Нэр. А пока нам с моим подопечным опять потребуется помощь твоей команды».
«Драгар, который управлял здесь всем, заминировал его также, как был заминирован ты?»
«Взрывчатка внутри малыша есть, и ее, конечно, надо будет обезвредить. Но взрывать здесь на данный момент никто и ничего не собирается. Да и некому. Малыш по-прежнему перепуган, но все же начал общаться со мной и говорит, что все ушли отсюда, бросили его».
— Тут одни трупаки, — доложил, блестя глазами, набежавший с топотом Кай. — Все «букетики» померли, похоже, разом и уже успели разложиться. А мужик, которого мы с Роем и Андреем нашли в командном центре, — натуральный овощ с выжженным сознанием.
— Показывай, — велела Нэр.
Но можно было и не смотреть. Все оказалось именно так, как сказал собакоголовый — несколько десятков «букетиков», у которых мясо уже отвалилось от костей и истлело, и пускающий слюни Homo в кресле перед центральным пультом управления базой.
Нэр потянулась к нему сознанием, попробовала увидеть его суть так, как видела остальных живых существ, но тут же в ужасе отшатнулась.
В том месте, где у всех — и у котов, и у собакоголовых, и у людей — сходились яркие, солнечные и живые нити, связывавшие их с другими существами во Вселенной, у этого зияла дыра с неровными, словно бы обугленными краями.
— Что с ним? — с дрожью спросил Антон и попытался шагнуть ближе, но Нэр удержала и молча кивнула Аарху.
Кот оскалился, кивнул, поднял свой нежно любимый бластер и перевел его на полную мощность.
— Нет! — выкрикнул Антон и дернулся вперед.
Нэр вновь не пустила, а после развернула к себе и заставила смотреть в глаза.
— Ему уже не помочь. Драгар, который паразитировал в нем, убрался восвояси. Но оставил после себя лишь пустую оболочку. Мне жаль, Антон… Ты даже не представляешь, как мне жаль…
Аарх нажал на спусковой крючок, в виске брошенного драгаром тела-носителя образовалась аккуратная оплавленная дырочка, и оно тихо завалилось на бок.
— Моего… Моего отца, Поля Шеродана, ты также убьешь? — Антон был мрачен.
— Убью, если так для него будет лучше, Антон Снег.
— Это…
— Жестоко, я знаю. Но иногда честная жестокость милосерднее и правильнее любых внешне предельно добросердечных поступков. Этот парень, — Нэр указала на мертвое тело перед собой, — погиб в тот момент, когда драгар выжег ему душу. Это уже не он, лишь мясо, кости и сухожилия. Пойми и постарайся принять это, Антон.
Нэр поежилась, вспоминая то, что началось дальше. Это был, пожалуй, самый сложный момент в их с Антоном тогда еще совсем не устоявшихся отношениях.