Глава 16.3

— Этого не может быть! — качает головой. — Не может! Почему? За что?

— Просто фортуна повернулась к тебе задницей и моим лицом. Но я не самый плохой вариант, детка. Позвони своему мужу и скажи, что в ближайшие месяцы ты не приедешь домой…И не переживай я буду тебя содержать так, что ему хватит на пару бутылок водки и безбедное существование. Я потяну ВАС обоих.

Арманд хохотнул ей в лицо, его черные волосы упали на лоб и чувственные губы изогнула соблазнительная усмешка, но она отшатнулась назад.

— Мой муж…он не продал бы меня. Это вы торгуете людьми.

— Неужели? Разве это мое фото красовалось с припиской «анальный, оральный за отдельную плату»?

Наклонился к ее уху.

— Пошли. Я хочу добровольный секс. Хочу, чтобы ты ублажила меня. Обещаю, что сегодня ты кончишь… я добрый. У меня хорошее настроение.

Как ни странно, но она больше не сопротивлялась. Пошла за ним. Покорно и молча. Но это была та покорность от которой веет ураганным внутренним сопротивлением. Альварес шел следом, выпуская воздух через трепещущие ноздри и понимая, что его дико возбуждает эта игра. Он на грани злости, ярости и безумного осознания, что снова ощутил себя живым, когда почувствовал ее рядом.

Набросился сзади, разворачивая к себе, сжимая ее скулы, впиваясь в рот, проталкивая в него покалывающий язык. Он, как будто впустил под кожу иглу с самым едким и мгновенно дурманящим наркотиком. То ли это долбаный коньяк так подействовал, то ли она наглая, недоступная в этом платье…Недоступная шлюха, которую Арманд купил, и которая пытается не дать ему то за что он заплатил.

Но на поцелуй ответила, Арманд вогнал язык глубже, бешено вылизывая ее небо, придавливая юркий язычок, сплетаясь с ним, засасывая ее губы. Втолкнул в одну из комнат, прижимая к стене, лихорадочно стаскивая платье вниз на груди, целуя обнажившиеся соски, с рычанием, с хриплыми стонами. Озверевший от похоти. Как будто не брал ее совсем недавно. Содрал трусики и с воем вдолбился одним толчком в самую глубину, припадая к ее губам снова, сжирая с них стон. Дааа, маленькая застонала для него. Несколько толчков и накрывает так, что он понимает ему этого мало. Протащил по комнате, не нашел куда опрокинуть и завалился с ней на пол, распластав на ковре, раздвигая ноги и впиваясь жадным ртом в промежность, в ее набухшие нижние губы, сохранившие запах его члена. Он вылизывал ее так жадно и так оголтело, не давая вырваться, прижимая ее тело к полу, фиксируя ее ноги и отбрасывая руки, которыми она пыталась оттолкнуть его голову, а потом выгнулась и забилась под ним в оргазме, нанизанная на его язык и пальцы.

Мокрая, потная, извивающаяся и кричащая для него, кончающая прямо ему в рот, а он сосет ее дергающийся клитор и ощущает, как самого трясет от желания взорваться. Приподнимается, шатаясь на руках. Он то ли пьян, то ли совершенно с ума сошел от этой лживой продажной сучки. Ему хотелось убить каждого кто прикасался к ней до него, всех найти, отрубить им яйца и прикопать глубоко под землей. Выколоть глаза каждому, кто видел ее голой.

Снова вонзился в нее, на всю длину и выстанывая маты по-испански, запрокинул голову, закатывая глаза. Толкнулся еще несколько раз и громко заорал, кончая, выплескиваясь в нее фонтаном, сжимая бедра до синяков. Обессиленный скатился в сторону, глядя в потолок. Потянулся к ней, чтобы привлечь к себе, но девчонка оттолкнула с такой силой, что он упал обратно на ковер. Попытался встать и не смог. Ощущение, что Альварес не просто пьян, а мертвецки пьян и этого просто не может быть от одного бокала. Смотрит осоловевшим взглядом как девушка вытирается, как одергивает юбку, как быстрыми шагами идет к двери:

— Таняю….Таняяяя, вернись!

Обернулась…то ли ему кажется, то ли на ее щеках слезы.

- Таняяя! Стой! Куда ты?

С трудом встал, застегивая ширинку, поплелся к двери, за ней, согнутый, шатающийся, моментами достающий кончиками пальцев до пола. Не дающий себе вырубиться. Он собрался, изо всех сил стараясь не упасть, и все же побежал за ней. Блестящее платье исчезло в лестничном пролете.

Несколько раз упал на лестнице, ушиб руку. Но с упорством шел за ней, глядя в раздваивающиеся образы перед глазами. Выскочил на стоянку. Увидел, как русская села в машину, бросился чтобы промешать, но упал, покатился по асфальту, счесав скулу. Успел заметить, что в машине с ней тот самый блондин. Они его чем-то опоили…твари. Она…она тварь.

— Сууууукааааа! Я найду! Найду и…и … и убью тебя!

Его швырнуло на асфальт. Глаза закрывались, а сознание двоилось, дергалось, расплывалось. То ли услышал, то ли показалось, но к нему склонилось женское лицо.

— Не найдешь.