Глава 24. Разборки по-семейному

Солнечная система. На корабле.

Циклон медленно выплывал из вязкого желе, которое никак не отпускало от себя. Как выглядит мир после смерти? Быть может, он уже переродился и спокойно без младенческого крика вступил в новую действительность. Тогда почему помнит последние события старой? Взволнованное лицо милой пары, вынесшей ему приговор нежильца.

– Я не знаю, как тебе по-другому объяснить, но ты мне нужен, – неподалеку раздавался тихий обреченный голос Венеры.

'Скучает', – на миг обрадовался Циклон.

– Почему ты не поставишь его в известность? – голос Шторма отнюдь не лучился счастьем. Наоборот мужчина был подавлен.

'Любовник зараза. Все-таки я был прав', – на несколько секунд Циклон затаил дыхание, представляя, что изменится в жизни девушки, если он исчезнет. Так и не смог вообразить, лишь добился того, что барокамера запищала, дополнительно надевая на лицо кислородную маску.

– Что происходит? – вскрикнула девушка.

– Какого черта, он же излечился, – пробормотал растеряно Шторм. – ИСИ, контролируй процесс. Что с сердцем?

Циклону захотелось испариться на глазах у этой сладкой парочки. Но он не сгорал от стыда. Наоборот, злился от того, что подслушал непредназначенные ему слова. Для пущего отрезвления осталось лишь постучаться головой о прозрачное стекло барокамеры. Мужчина резко открыл глаза и в этот миг увидел самые желанные, самые любимые очи, в которых плескалось беспокойство. Как же она умело притворялась!

– Наконец-то соня, – усмехнулся Шторм, – отключая аппаратуру, – две недели уже дрыхнешь.

'Да, за это время, они точно завершили обряд', – промелькнула у Циклона мысль. Он жадно оглядывал шею соперника, с удивлением замечая, что татуировка все еще на месте, но она не цветная. Что за хр…нь?

– Циклон, – Венера повисла на нем, вызывая невольное томление в чреслах.

– Эй, эй, полегче, – Шторм перекрестил руки перед собой и закрыл обзор на быстро разворачивающие события.

Еще немного Циклон точно забудет о свидетеле, распластав девушку на выдвинутой платформе вместо себя.

– Я не хочу на это смотреть, если вы, конечно, не собираетесь позвать меня к себе в команду, – горестно отшутился Шторм.

– Постой, – прохрипел немного осунувшийся больной. Сушняк в горле. Венера подала ему стакан воды, и он залпом опустошил его. Немного стало легче. Циклон потянулся к приготовленной одежде, заметив, что девушка, наконец, исполнила угрозу, выкинув форму за борт. Сам же он облачился в джинсы с футболкой. Шторм тоже стоял переодетый в современные шмотки, больше похожие на то, что носили на Земле. На Венере красовалось приталенное голубое платье, которое супруг все равно жаждал незамедлительно снять.

– Нам нужно втроем переговорить, – прочистил Циклон горло.

Венера.

Мне не понравилась та отстраненность, с которой держался Циклон, когда очнулся. Боже, когда запищала эта долбанная барокамера, я думала сама первой испущу дух на месте. Каждый день я навещала его, независимо от слов ИСИ, который твердил, что у него все под контролем. Он обещал, что я первая узнаю о важном событии. Тем временем, я меняла наряды, одевалась посимпатичнее, чтобы поразить мужчину в самое сердце. Только почему-то сейчас настроение у супруга было отнюдь неблагожелательное. Я прям физически ощущала, как от него идет пар, и летят в разные стороны искры.

– Итак, я бы хотел быть уверенным, что ты Шторм не причинишь никому вреда, – выдал сразу Циклон. О чем это он говорит? Я уже и забыла, но скорее всего, о паразите.

– Можешь быть спокойным, – недобро усмехнулся Шторм. – Я был на станции и меня просканировали с рогов до кончика хвоста. Я не являюсь носителем чужого.

– Странно, – нахмурился Циклон, а я заломила руки, переживая, что Шторм выдаст нашу тайну. Как я, так и сотрудники медцентра, сообщили нам, что на Шторме явно чувствуется моя энергетика. Однако мы не являлись парой, поэтому медики убеждали просканировать еще и меня, чтобы более детально изучить этот феномен. Я не далась, но вот сейчас абсолютно не горела желанием вывалить на ходу такую правду на Циклона.

Муж с подозрением вперился в наши фигуры и следующим произнес то, от чего я сначала похолодела, а потом разозлилась.

– Мы все в курсе, что некоторые гуманоиды практикуют тройственные союзы, – Циклон кинул словами.

Естественно, на этом моменте меня бросило в жар, в Шторм как-то сразу весь подобрался. Его глаза стали отливать хищным голодным взглядом. Эй-эй, подождите, стопэ, а меня кто-нибудь опять спросил, чего я хочу?

– Лично я против, – продолжил Циклон. Я выдохнула. Хвост Шторма взметнулся, щелкнув в молчаливой ярости по полу.

– Есть только одно решение, которое расставит все по местам, – было видно, что Циклону нелегко далось это решение. – Система Большого Пса.

Мои глаза расширились, зрачок, наверное, потемнел и я чуть не набросилась на него с кулаками, осознавая, что этот остолоп надумал все-таки со мной развестись. Заочно ненавижу ту часть Галактики.

– Нет, – твердо я проговорила, решив до последнего бороться за свое счастье.

– Да, – не с меньшим упрямством заявил мне Циклон, прожигая насквозь.

– Даже не хочу участвовать в ваших распрях, чтобы не оказаться крайним, – сплюнул в сторону такой же, как и мы, злой Шторм и вышел, оставляя нас двоих на растерзание друг другу.

– Или так или можешь забыть про меня, – процедил муж.

Еще лучше! Он что предлагает мне перейти в статус гражданской жены или еще хуже, стать его любовницей? Хорошо устроился, гаденыш.

– Я против, – еще одна последняя для него попытка, потом я попросту оставлю все наши расчудесные отношения в прошлом, перешагну через них, как ни в чем не бывало и фиг он дождется от меня проявления каких-либо чувств в свою сторону.

– Я все еще капитан на этом корабле, – процедил он. – ИСИ, курс на звездную систему Большого пса.

'Да, все еще капитан', подумала я. Сердце разом потускнело, а я в очередной раз уверилась, что все мужики козлы, несмотря на то, где они находятся: на Земле или в космосе. Жалко, что Лея с супругами срочно покинули крайер. Да и Вулкан отсутствовал, приручая к себе случайно обнаруженную полукровку из нашей расы. А Шторм? А что Шторм, он не будет ссориться с капитаном, надеясь, как можно дольше оставаться рядом со мной.

До конца следующий недели, мы втроем натянуто общались друг с другом, больше отмалчивались, где каждый думал о своей горькой доле. Я – обиженно о том, что Циклон мудак, и на Земле и во Вселенной, отсутствует напрочь понятие 'любовь'. Циклон пыхтел, сжимая в руках столовые приборы, и выделывал из них растянутые металлические пружинки. Шторм закатывал глаза, думая о том, какие мы еще дети, поскольку не идем навстречу друг другу и не пытаемся выяснить между собой причину недомолвок. Хотя догадывался, что дело в нем.

Система Большого Пса.

Бело-синий гигант Мирцам освещался не менее голубоватым оттенком главного солнца – Сириуса. Хотелось любоваться красотами такой знакомой природы, девственно чистой флорой и вдохнуть насыщенный воздух, незагрязненный примесями выхлопных труб машин и заводов. Однако настроение скатилось ниже некуда, и сейчас я усилием воли пыталась подавить к себе жалость и удержаться на месте, чтобы не схватиться за ногу мужчины и бешено закричать, что он мне нужен. Я лишь скривила губы, дерзко задрала подбородок и шагнула вперед, заходя в прозрачный лифт, стремглав опускающийся вниз с орбиты до здания суда, где и должен произойти бракоразводный процесс.

В этот раз я не стала выпендриваться перед мужем, одевшись в обычный деловой костюм, состоящий из легкой белой блузки, пиджака и брюк. Но все равно Циклон остался чем-то недоволен, увидев, как я одета. На Мирцаме коренные жители оберегали природу, поэтому на планете не позволялось управлять ни машинами, ни флаерами, ни какими-либо еще техническими транспортными средствами. Наш корабль сделал остановку на орбитальной станции, как и другие прибывающие. От последней шло несколько лифтов, направленных к разным точкам планеты в зависимости от потребности гуманоидов.

Язык чесался уточнить, для чего Циклон обязал Шторма пойти с нами. Наверное, больше для того, чтобы тот в нужную минуту утешил меня и устранил истерику, если я ее закачу. Я же чувствовала, что она вот-вот начнется, не завися ни от чьих пожеланий. Неужели, Циклон так просто разойдется со мной, несмотря на то, что нас связывало? Я горестно вздохнула. Когда это мужчин останавливало их эгоцентричное эго? Он-то надеется, что я так и буду согревать его постель, пусть и в статусе неофициальной жены. Я же для себя точно уяснила, что вернусь обратно на Землю, после того как закончится это малоприятная процедура.

Бесило, что как только крайер вошел в систему, нас сразу записали на определенное время, и оно было свободным. Раздражала добродушная планета с ее жителями, легко разбирающимися в тематике межрасовых браков. Но сильнее всего напрягала довольная рожа Циклона.

Двадцатиминутный спуск в прозрачном тубусе выбил меня из колеи. Это хуже, чем моя болезнь клаустрофобии. Меня легонько пошатывало, пока я с тихим вздохом не стала оседать на невидимый глазу пол.

– Я же заранее тебе сообщил, что так получится, – выговаривал Шторм Циклону. Я лежала на руках у своего мужчины, прислушиваясь к быстрому стуку его сердца. Неужели оно у него совершенно не болит? Тем временем Шторм перекрыл мне обзор, не давая уплыть окончательно в обморок.

– Ты же знаешь, что другого варианта нет, – хмуро произнес Циклон. – Немного потерпит, и мы скоро будем там.

Конечно, Шторм поддерживает его. Небось сговорились оба, и тот рад, что я буду свободной. Так сказать свободна-то для него. Я мирно лежала в объятиях супруга, наслаждаясь последними минутами счастья. Что дальше происходило, меня перестало интересовать. Я не изучала пришельцев, не исследовала новую местность, а просто закрыла веки и втягивала аромат любимого мужчины. Так стало горько на душе и слезы опять подкатили, грозясь пролиться на потеху окружающим. Вскоре послышалось небольшое шебуршание. Меня резко поставили на ноги, оправили одежду и развернули в сторону ожидающего нас секретаря. Милая дама, сидящая с важным видом за столом и дернувшая в нашем направлении носом, резко мне разонравилась. И уши у нее слишком волосатые, висящие как у спаниеля, кричащая косметика и розовый лак на четырехпалых лапах ее не красил. И одета она была как маленькая болонка, напичканная аксессуарами по последней моде и выгуливаемая хозяином в сумке от версаче. Короче, я, так же как и она наморщила носик и следила за Циклоном, насколько ему понравилась данная красавица.

Некоторые представители планеты одомашнились настолько, что стали смешиваться с другими расами. На что это повлияло? Ну, во-первых, перед нами стояла длинноногая полукровка, с отсутствующими крыльями, но, тем не менее, с шикарным хвостом, мило махающим мужчинам из-под короткой юбки. Однако Шторма тоже не привлекла эта особа. Я заметила, что он так же, как и я разволновался.

– Гав-гав, – залаяла она, приглашая жестом в соседний зал. Я чуть не хрюкнула от смеха, вовремя остановившись и обрывая себя, что не настолько некультурная.

– Нас уже ожидают, – Циклон проговорил с оптимизмом.

– Зашибись, – расстроилась я. Как я пойму их, если элементарно не соображаю, о чем идет речь. Так и Шторма женить на мне недолго. Судя по всему, Циклон догадался, что мне некомфортно. Как только мы зашли в помпезный зал, он попросил судью:

– Уважаемый, моя жена не понимает местный язык. Возможно ли, вести процесс на всеобщем?

О, как удивилась я. В какой-то момент порадовалась за землян, поскольку всеобщим оказался русский.

– Конечно, – судья-мужчина довольно-таки неплохо был слажен. Острые ушки, немного приплюснутое лицо, благородно-длинные пальцы и сложенные коричневые крылья под цвет его шерсти, тьфу ты волос, заплетенных в косу. Лапы, то есть ноги не рассмотрела, так как он был в сапогах. Он усмехнулся, видя, как я его с интересом разглядываю его костюм. Никакого плотояда. Однако Циклон сразу проскрипел зубами: – Мы можем начинать?

– Пару минут, – судья вышел из-за красного дубового стола, спускаясь с возвышения и медленно направляясь к нам. Чем ближе он подходил и шевелил своим носом, тем больше я передергивалась, и тянуло помыться. Я точно принимала душ сегодня дважды, так как Шторм намекнул, что эта раса слишком чувствительна к запахам.

– Запах корицы перебивает, – пробормотал он, остановившись в пару метров от меня. Ну и что, я тот еще гурман. У них противозаконно использовать такие гели? Да я целый час потратила в магазине, когда нам удалось с Леей попасть на родную Землю, чтобы выбрать то, что мне понравится. Уж больно подташнивало в последнее время от всего.

– Стихийники, как любопытно, – казалось я ему стала в раз неинтересной и он переключился на Циклона и Шторма. Мне стоит ревновать? Насколько их предки передали им неприличные инстинкты?

– Пока молодая леди себе еще чего-либо не надумала, я, пожалуй, остановлюсь, – со смешком заявил судья. Я заметно покраснела. Хорошо, что они не умею читать мысли, вот бы казус произошел.

– Итак, я хочу выслушать пожелания каждого и затем оглашу вердикт, – быстрым шагом он вернулся за стол и развалился в своем кресле, словно намеревался получать удовольствие от происходящего. Однозначно зараза крылатая. – Начнем с очаровательной стихийницы. Подскажите, что вас тревожит?

– Я против развода, – не стала тянуть кота за хвост и сразу как на духу заявила о том, что меня беспокоило.

– Причина? – лениво спросил судья, делая какие-то пометки в открытом журнале. Мне кажется, он там тупо рисовал цветочки, так как у него было уж больно скучающее выражение лица.

– Я люблю своего мужа и не хочу с ним расставаться, – сухо дополнила. Обнажать душу – то еще дельце.

– Которого из них любите? – неподдельно уточнил песик.

– Циклона естественно, у меня один муж, – пожала я плечами. Неужто ему не ясно? Тем более собранное дело заранее лежало у него, где говорилось о том, кто кому приходится. Так, по крайней мере, мне рассказывал ИСИ, когда я расспрашивала, как происходят такие слушания.

– Не понял, – пробормотал Циклон. – Ты что думала, что я с тобой собираюсь развестись?! – повысил он голос.

– А ты что желал сделать что-то другое? – съязвила я, разворачиваясь к нему и упирая руки в бока. – Только не уверяй меня, что не говорил этого!

– Да, то есть, нет. Глупая женщина ты меня совсем запутала, – прорычал Циклон.

– Ну, конечно, сполз до оскорблений. Больше тебе сказать нечего, – процедила я, скалясь.

– Не слушайте ее, – он махнул в мою сторону рукой. – Она несет чушь.

Нервы все-таки не выдержали, и я с рычанием и кулаками бросилась на него. Не знаю, о чем я думала в зале суда, но явно не о том, чтобы вести себя прилично и беспокоиться о чувствах других. Я колотила его по телу, вымещая накопленную обиду. Циклон не шевелился, давая мне возможность окончательно разрядиться. Через пару минут я поняла, что мои трепыхания не оказывают на него абсолютно никакого влияния. Наступив с размаху каблуком на его ногу, я наконец-то успокоилась.

– За что? – охнул он.

– Если сейчас вы захотите с ней развестись, я смогу дать этому делу продолжение, – непринужденно продолжил, как ни в чем не бывало судья. – За легкое избиение можно угодить на пару месяцев за решетку.

Мне показалось или судья надсмехался над нами.

– Нет, я против развода между нами двоими, – голос Циклона подвел, как будто мужчина переживал. Я весь день боялась взглянуть ему в глаза, ожидая увидеть в них презрение. – Но я требую развода между моей женой и им, – Циклон указал на неподвижно стоящего Шторма.

Я охнула от неожиданности. С чего он решил, что Шторм мой муж?

– Он мне не муж, – покачала я головой. – У нас с ним ничего не было. Скажи им, Шторм.

Судья подобрался, приготовившись выслушать следующего оппонента. Но Шторм не проронил ни звука.

– Чего ты молчишь? – не вытерпела я.

– Да, да, скажи ей правду Шторм, – печально добавил Циклон.

– Так уж и быть я вас тоже выслушаю, – судья подтолкнул Шторма, напоминая, что мы находимся на слушаниях, а не на прогулке.

– Был один раз, когда произошла привязка, – по-моему, он хуже всего себя чувствовал, оголяя правду-матку. – Больше, кроме поцелуев, между нами ничего не было.

Циклон напрягся, а я быстро дополнила: – Через поцелуй я передавала энергию, чтобы он не умер, когда мы были в плену у октопуса.

– Тварь еще жива?! – резко подскочил судья.

– Нет, – я покачала головой.

– Понятно, – судья почесал ухо на автомате. Разнервничался тут с нами и забылся. – Космический поцелуй – это как топливо для тарелки. Теперь я понял, почему привязка сразу не исчезла после повторной консумации между вами, – он кивнул на меня и Циклона. Последний прерывисто дышал мне в затылок и как минимум мечтал отшлепать за мои предположения, а как максимум закрыться где-нибудь и наверстать упущенное за недели.

– Итак, – судья перестал писать и уставился на нас непроницаемым взглядом. – Не терпится опросить остальных, участвующих в вашей привязке.

Я готова была провалиться сквозь землю. Прям, распутная девка, что еще можно про меня подумать.

– Однако есть факты, согласно которым ваше сестра завершила обряд с двумя из них и есть еще стихийник, который смог преодолеть ваше притяжение, – рассуждал судья. Мы притихли. – Скажите, молодой человек, как вы относитесь к самке на самом деле? Говорите, как есть. Ложь, я все равно почувствую.

– Венера мне нравится, – начал Шторм издалека. – Она хорошая девушка и много настрадалась. Не буду отрицать, что причастен к ее бедам. Меня безумно тянет к ней магнитом. Быть может потому, что она единственный человек, который не испугался истинного обличия стихийников, а может то, что она слишком долго сопротивляется мне, – закончил он.

– Последний вопрос, хотя решение я уже давно вынес заочно, – выдал судья. Эй, а с чего тогда мы тут распинаемся, и разыгрываем целую трагикомедию перед ним?

– Простите, Венера, я немного виноват перед вами. Не каждый раз ко мне приходят любящие друг друга гуманоиды и просят развести друг друга. Уж больно хотелось посмотреть на ваши реакции, – со смешком выпалил судья. Да, я ему морду сейчас расцарапаю. Циклон обхватил меня за талию, удерживая от явной провокации.

– Подумайте хорошо, Шторм. Если бы вы остались только вдвоем с ней, то как бы вы относились к Венере? – прозвучал долгожданный вопрос.

Ой-е. Циклон так сильно вцепился в меня, что я пискнула.

Шторм вперился в меня странным взглядом. Затем повернулся к судье и выдал: – Я бы оберегал ее, не склоняя ни к чему, пока она сама не сделала бы первый шаг.

Мало мне пересмотренных сериалов. Спорила с ИСИ, что гуманоиды ими зря не увлекаются. Хватит, вот тысячу лет не утыкивалась в телевизор и не хочу, а по галоканалу такие страсти не показывают.

– Все, как я и думал, – заключил судья. – Оглашаю вердикт. Опуская фамилии, звания и прочее, постановляю брак между Циклоном и Венерой оставить в неизменном состоянии, то есть не расторгнутым. Поясню. Связь стихийников можно разрушить только после смерти одного из вас. Не думаю, что вы пойдете на это.

– Но как же? А что делать с ним? – встрял Циклон, импульсивно переключаясь на Шторма.

– Да, что делать со мной? – оскалился мужчина.

– Я не готова с обоими, – прошептала я.

– Я не закончил! – грозно рыкнул судья, которому надоели наши пререкания. – Еще когда вы зашли сюда я почувствовал еще одного участника, то есть участницу данного события, – исправился он. – И именно из-за нее связь между Штормом и Венерой не ослабевает до конца.

Наши недоуменные лица вытянулись. Про кого это он вещает?

– Свой выбор до рождения сделала ваша дочь, – припечатал он. – Она и закончит обряд со Штормом.

– Чья дочь? – несмело пролепетал Циклон. – Моя??

– Ну, не моя же, – заржал судья. Из него полным ходом искрилось веселье. Вот и Шторм как идиот расплылся в улыбке, поглядывая на мой живот.

– Но у меня не может быть детей, – возразила. – Я старая.

– Деточка, тогда я по сравнению с тобой просто рухлядь, – еще больше захохотал судья. – Мне двести пятьдесят три года и я в самом расцвете сил, как и ты.

– Ик, – некрасиво икнула я и тут же прикрыла рот. Икота не вовремя напала на меня. Наверное, сестра вспоминает. Интересно, удалось ей найти приемного отца, на поиски которого они в срочном порядке сорвались?

– Вы не рады? – посерьезнел судья, прекращая смех.

Да как-то неожиданно. Я в этой жизни вообще планировала умереть старой девой, а мне в очередной раз небеса посылают подарок в виде дочери и готового зятя. Я повернула голову к Циклону. Мужчина почернел лицом.

– Я, я, – задыхался он. Неужели от радости все слова забыл? – Чей это ребенок? – выдал он.

Я сузила глаза в неверии, что он сомневается до сих пор во мне.

– Мы же.. она же.. была со всеми в первый раз, – стушевался Циклон под моим обозленным взглядом. Погоди, я тебе это припомню, будущий папаша.

Неожиданно раздался стук захлопнувшего журнала, в который ранее периодически погружался судья, записывая нашу ересь.

– Так, пока вы не превратили зал заседаний в боевое поле. Ваше дело закрыто, это раз. Покиньте помещение, – строго выдал он, – это два. И наконец, вам ли не знать глубокоуважаемый стихийник, что щенок, простите, ребенок, может появиться только у связанной до конца пары. Если сомневаетесь в моих словах, проведите диагностику мамочки. Дело пяти минут. Свободны.

Он вышел из-за стола, намереваясь первым слинять от кучки сумасшедших. Но вместо того, чтобы пройти мимо нас, просто-напросто вылетел из окна.

Очень мило.

Наконец, мозг переработал полученную страдальческим путем информацию. Итог, месть началась. Я резко развернулась, быстро выходя из зала.

– Ты куда? – донесся срывающийся голос Циклона.

Я ускорилась, переходя на бег. В след мне залаяла собака, то есть секретарша.

Метров через сто меня внезапно отловил Шторм, когда я спряталась за рослыми зелеными кустами, считая, что меня никто не видит.

– Попалась, – он перехватил меня хвостом под грудью, защищая живот от надавливания. – Вея, ты бы побереглась, – укоризненно он проговорил, – а если бы ты упала?

– Ну не упала же, – фыркнула. Впрочем, и не обо что спотыкаться. Зеленая цивилизованная лужайка, море цветочных палисадников и небольшой бассейн облагораживали территорию торжественного здания, где решались судьбы существ.

– Пошли на крайер, – взяв за руку, он потянул меня обратно, выводя на дорожку к опасному лифту.

– Где Циклон? – я оглядывалась по сторонам, ища его глазами.

– Он уже вернулся, – обыденно проговорил Шторм. Я остановилась как вкопанная. Без меня? Да что ему опять не хватает? Это я должна обижаться на его подозрения и неприятные давящие слова, а в итоге он слинял. Или он не рад отцовству?

– Я не пойду, – заупрямилась. Если Циклону не нужен наш ребенок, то пусть летит дальше без меня. Как-нибудь проживу. Обращусь в Консульство для бездомных гуманоидов, сниму маленькую квартирку на пособие, алименты выбивать не буду, – пусть подавится.

– Вея, – ласково уговаривал меня Шторм, – ты чудишь. Что не так? Гормоны? Нам пора отправляться. Еще Вулкана с его парой забирать. Ты же не хочешь, чтобы его обнаружили и посадили в клетку? – давил он.

– Нет, не хочу, – вздохнула я. – Но я не полечу с вами.

– Вея, – он схватил меня на руки, переставая упрашивать. – Высшие силы, это каким терпением нужно обладать, чтобы не сбежать от тебя? – неудачно пошутил он. Я раскуксилась и заплакала.

– Эй, эй ты чего? – он растерялся, а я еще больше зарыдала, утыкиваясь не в свои ладони, а в его белоснежную рубашку. Шторм не знал, как вести себя в такой ситуации и тихо ждал окончания потопа.

– Так я и думал, – прошелестел над головой знакомый голос судьи. – Леди, ваш скулеж режет слух и слышен из самого дальнего закоулка сада. Не могли бы вы производить эти звуки в другом месте?

Не добившись от меня и моего спутника ответа, обладатель крыльев испарился так же внезапно, как и появился. Вскоре послышался шум крыльев снова и возмущающийся голос моего сбежавшего мужа. Я с интересом задрала голову вверх.

– Пустите меня, наконец. Что вы себе позволяете? – пререкался Циклон с судьей. – У нее на лице написано было, что она недовольна таким раскладом.

– Каким таким? – уточнил судья, опускаясь вниз так, чтобы супруг загодя меня не обнаружил.

– Она хочет быть его женой, а не моей. И ребенка от него хочет, а не от меня! – эмоционально убеждал он похитителя. – Да, да, она поэтому и сбежала!

Меня как обухом по голове стукнуло. Это ж надо настолько нафантазировать. Ему пора становиться сценаристом индийских фильмов с таким воображением.

– Надеюсь, мое желание будет выполнено в ближайшее время, – с чувством выполненного долга по воссоединению разбитых сердец, судья свалил Циклона рядом с нами и снова улетел.

– Венера, – Циклон уперся растерянным взглядом в свои лакированные ботинки. Его пиджак, как и мой, были посеяны, а рубашка надорвана словно он вступил в борьбу с неравным противником.

– Отпусти, – скомандовала я Шторму. Я подошла ближе к Циклону и попыталась поймать его тоскливый взгляд.

– Ты меня разочаровал, – у мужчины опустились плечи и он закаменел. – Вообразил бог весть что про меня, навесив какие-то свои стереотипы и смешал с грязью. Разве я хоть раз давала повод усомниться во мне?

Маленькая искра надежды загорелась в его взоре.

– Но ты ушла, – мягко прошелестел он, без прямого наезда на мой поступок. Похвально.

– Я обиделась. Ты стоял недовольный, – парировала в ответ.

– Да, я был недоволен собой, так как ступил и не догадался раньше проверить твое состояние.

– Ты был при смерти, – намекнула я ему на ранние события. – Когда бы ты успел?

– Как капитан я обязан просматривать отчеты и диагностировать экипаж.

– Обстоятельства несколько поменялись. Экипаж уменьшился вдвое. Ты не обязан за всеми следить, – возразила я.

– Но ты моя жена, – надавил он. – Важнее, чем ты у меня никого больше нет.

– Вот именно, – тыкнула ему пальцем в грудь. – Вместо того, чтобы обнять меня, когда ты проснулся, ты начал качать права.

– Я слышал, как вы общались, – нахмурился Циклон. – Ты явно намекнула Шторму, что без него не хочешь жить. Что я еще мог подумать?

– Ааа, – схватилась за голову, замечая, что моя импровизированная коса растрепалась. – Я не люблю его, сколько можно тебе повторять. Я тебя люблю. А теперь когда мы выяснили основную причину тяги, то этот вопрос со взаимоотношением между ним и мной больше не поднимай.

– Я еще не разобрался, – присмирел Циклон. – Мне надо время.

– Чтооо?!

– Подожди, только не нервничай, – обнял меня супруг, успокаивая. – Я только что узнал о ребенке, и если это правда, в чем я больше и больше убеждаюсь, то я еще не смирился, что он будет мужем моей дочери.

– А давайте-ка лучше у нее спросим, когда она появится на свет и вырастет, – без особой язвительности и как-то устало произнес Шторм. – Всех псов растормошили в округе. Посмотрите, какой переполох вы устроили.

Однако рядом с нами мы никого не обнаружили, но сверху отчетливо доносился шум нескольких крыльев. Завидев толпу летающих любопытных существ, я смутилась. Ох, как же не удобно-то вышло.

– Не хочешь оценить местные достопримечательности? – предложил Циклон, уводя от зевак и легко целуя в висок.

– Неее, – протянула я. – Давайте вернемся, – пусть лучше эта планета ассоциируется с окончанием витка неприятностей. Поэтому раз мы разобрались, кто кому приходится, необходимо скорее покинуть злополучную систему.

– Я тебя люблю так, что боюсь потерять, – не стесняясь Шторма, проговорил Циклон, даря невесомый поцелуй в губы. Я томно потянулась за продолжением.

– А еще? – потребовала.

– Чуть позже, – обещающе он мне намекнул.

– Эй, вы бы поостереглись пока до родов сливаться, – потребовал Шторм, – навредите моей крошке!

– Вот еще, тебя забыл спросить, – дерзко ответил Циклон. – Я буду любить свою жену столько, сколько нужно. Ты бы лучше подумал, чем займешься в ближайшие пятьдесят лет. На это время даже не смей поднимать глаза в сторону моей дочери. А еще лучше смени место работы.

– Ага, – слишком легко согласился Шторм, – ты хотел добавить и 'звездную систему'.

– А почему бы и нет, – размечтался Циклон, не осознавая, что тот издевается над его словами. – Я не хочу, чтобы ты оказывал давление на ребенка.

Мужчины пререкались до последнего весь путь. Обсуждали все, включая наиболее лучшие планеты для обитания. Пикировки достигли и меня, когда мы дошли до центра перемещений. Меня ощутимо перетряхнуло от воспоминаний, и к горлу подступил несъеденный завтрак. Циклон и Шторм готовились закатить второй концерт за сегодняшний день, споря, кто же возьмет меня на руки, чтобы я не испугалась снова.

Пять, десять, пятнадцать минут проходило, каждый гнул линию в свою сторону, приводя различные доводы. Еще немного и нас точно запрут на два месяца, как зачинщиков беспорядка. И это меня ожидает все девять… гм восемь или сколько там осталось до родов?

– Прекратите, пожалуйста. Не ссорьтесь. Если хотите ухаживать, то давайте по очереди, – высказалась я.

Мальчики разом прекратили спор, и Циклон быстро и аккуратно подхватил мою тушку.

– Больше не наденешь эту блузку на выход, – не отрывая горящих глаз от кусочка молочных грудей, видневшихся из выреза, поставил он меня в известность.

Хочет, безумно ревнует, еще раз убедилась, что я ему не безразлична. Однако один момент, ты что считаешь, что это неприличная одежда? Я еле слышно усмехнулась своим 'извращенным' мыслям. Солнышко, у нас с тобой вся жизнь впереди. Неужели ты планируешь, чтобы я ходила как монашка?

'В паранджу спрячу', вдалбливал Циклон себе в голову. 'А если опять украдут?'

О чем мечтал Шторм оставалось загадкой, поскольку мужчина никак не ожидал, что судьба смилостивиться над ним и простит ему ошибку вот таким образом.

'У нас все впереди', подумала я. С такой поддержкой от мужчин мне больше ничего не страшно, а с помощью настоящей любви их семья легко преодолеет мелкие неурядицы.