10

— Да, — прорычал я.

По большей части.

— Там красивые девушки, братан. С тобой всё будет хорошо?

Я взглянул на лучшего друга:

— Мне что двенадцать?

— Ну, ты понял, о чем я.

Он хотел сказать, что пребывание в обществе множества юных принцесс, стреляющих

глазками и улыбками, может негативно сказаться на мне.

Они все беспокоятся о том, как я, проклятый, поведу себя в обществе молодых

женщин.

...Они не знали, насколько ошибались.

Прошло четыре года с тех пор, как меня прокляла ведьма, колдунья или кем она там

была. Я думал, что просто отправился в бар инкогнито и познакомился там с

девушкой, пытаясь отвлечься и забыть о своих королевских обязанностях и прочего

дерьма хотя бы на одну чертову ночь, просто решил развлечься. В ту ночь я искал

лишь случайного секса с какой-нибудь красоткой, и она об этом узнала.

Вот почему она прокляла меня.

Она прокляла меня, чтобы из принца, которым когда-то был, я постепенно

превращался в несдержанного, едва контролирующего себя и свое внутреннее

животное, монстра.

Зверем.

Вы думаете, что множество великолепных принцесс на выданье были рады заполучить

меня, несмотря на проклятие. Думаете, будто они набрасывались на меня, словно

волчицы на ягненка.

Вы ошибаетесь.

С тех пор я едва смотрел на женщин — абсолютно ими не интересовался. И это с

моей-то репутацией плейбоя. Раньше я славился своими подвигами. О моих

завоеваниях слагали легенды. Принцессы, королевы и герцогини, кинозвезды и

модели — никто не мог устоять передо мной. Я не желал выставлять напоказ свои

похождения, а после скандальной статьи о Магнусе все, казалось бы, забыли о

множестве публикаций в желтой прессе о моем оснащении.

Я был легендой, и вот уже четыре года, даже на мгновение, ни одна девушка не

привлекла моего взгляда.

Это проклятие разбудило во мне зверя и в то же время сделало равнодушным, я не

хотел заводить даже ничего не значащих интрижек.

Так что нет, сегодня проблем не будет. Единственное, что волновало меня, — как

побыстрее отсюда свалить. Я был вынужден явиться на этот бал сегодня вечером, потому что понимал: не приду — и сделаю ещё один шаг во тьму. Потому что даже

несмотря на то, что в последние четыре года жил в уединении, мой долг перед своим