38

Моя мама рассмеялась:

— Правильно, это же публичное мероприятие. Надо соблюдать этикет.

Вне света софитов и таких вот мероприятий моя мама являлась для Адель, друзей и

семьи просто Джессикой. Так же, как и папа являлся просто Люком. На самом деле

они были довольно классными родителями, несмотря на нелегкое бремя управления

королевством и всё такое. Но вы все наверняка слышали слухи о современных

королевских семьях, насколько они странные и таинственные, хладнокровные и не

сплоченные. Мои родители такими не были, просто они бдительно следили за

мальчиками, увивающимися вокруг их дочерей.

— Что ж, наслаждайтесь! — Она подмигнула нам. — Идите и потанцуйте с

симпатичными принцами! Ведь именно за этим мы здесь, разве нет?

— Собираетесь найти себе партнера на танцы, Джессика? — заговорщицки

подмигнув, спросила Адель, от чего моя мама ухмыльнулась.

— О, у меня уже есть отличный вариант на примете. — Она улыбнулась и,

обернувшись, подхватила под локоть моего отца. — А не пойти ли нам потанцевать?

Он засиял своей самой королевской улыбкой и потянул маму на танцпол.

— Как прикажет моя королева.

— Ох уж эти двое, — засмеялась Адель, когда они отправились танцевать. — Я знаю, и это отвратительно.

— А я думаю, что это мило.

— Они не твои родители.

— Верно. Итак?

Я поспешно отвернулась, сделав вид, что ничего не понимаю.

— Что «итак»?

— Рассказывай!

— Здесь нечего рассказывать, — чопорно ответила я, хотя тут же вспомнила, чем

ранее были залиты мой живот и бедра.

— Врунишка.

— Адель, я не... — застонала я.

И замерла. Потому что посмотрела наверх. Прямо сейчас, осматривая бальную залу, я

обнаружила, что оказалась в плену глаз.

Его глаз.

Там, в дверях бальной залы, стоял он и, прищурившись, смотрел прямо на меня, как

будто я его добыча, а он мой зверь.

И он выглядел очень, очень голодным.

Как и я.