22. Кристина

Уроды! Какие же они уроды!

Я лежала в своей кровати, все еще кипя от гнева. Ух, как у Дениски говно полезло! Обиделся? Ну, надо же!

На меня всем было плевать! Меня обидеть никто не боялся! В этот раз Антон за меня не встрял. Солидарен с братом, вот и промолчал. Какое им вообще дело до моих женихов? И как можно делить одну женщину на двоих?

Дикость! Дикари и извращенцы!

Ангелы Смерти? Аж мороз по коже от их татуировок и прошлых «побед». Слухи о количестве жертв этих Ангелов сильно преувеличены, но их действительно было достаточно, что и подтвердил Денис.

Обидно! Как же мне обидно! Они мне никто! Я не должна обращать внимание на мнение этих двух мужиков. Красивых мужиков. Да, надо признать, что их тела совершенны. Денис крупнее и выше брата, но у Антона больше развиты плечи и грудь. Это очень... Сексуально. А эти два идеально подкаченных пресса? Я не могла отвести глаза. Мне хотелось смотреть на них обоих и смотреть. И потрогать...

Я немного понимаю эту Катю. Зачем довольствоваться одним красавчиком, если есть и второй? Жадная сука! Они оба любили ее? Безусловно, эти двое способны на такие глубокие чувства. Даже немного завидно. Какого это трахаться сразу с двумя отборными самцами? Они делали это все вместе? Или по очереди?

Горячие картинки того, как два этих огромных, мощных мужчины берут одновременно хрупкую эфимерную женщину, понеслись перед глазами. Грязно, грубо, пошло, как дикие варвары...

Дениса бог наградил не только могучим телом, но и большим размером, там внизу. Через обтягивающие плавки его член был достаточно хорошо различим. И там прям огого!

То, что я возбуждаю младшенького Дубровина мне понятно с первой встречи, а что насчет второго?

Как наяву, я почувствовала губы Антона на своих губах, мое разомлевшее после бани и вина тело затопило волной возбуждения.

Рука сама скользнула под резинку трусиков. Пиздец, что я делаю?

Мои фантазии уже было не остановить. В самый пикантный момент, когда я уже была на грани, губы Антона сменили руки Дениса и его язык, горячо скользящий по моей шее.

Я кончила, содрогаясь от оргазма и испуга одновременно. Может быть, извращение заразно? Это что вообще за мысли? Дубровины – это два разных мужика! ДВА! Нельзя хотеть сразу двоих. Или можно? Это всего лишь мои пошлые фантазии, а фантазировать можно о чем угодно. Мечтать – не делать.

Мне и так здесь ничего нельзя. Можно обо всякой ерунде хотя бы поразмышлять?

Я в полном замешательстве. Я не знаю, какой линии поведения придерживаться, как относиться к этим мужчинам, чего от них ждать, как реагировать на их шуточки, реплики, наезды. А как быть, если кто-то из братьев снова захочет меня поцеловать? Хочу ли я, чтобы это повторилось? Кто мне больше нравится Антон или Денис? Они мне нравятся или это простое женское любопытство из-за отсутствия опыта? Нужен ли мне вообще этот опыт? Что будет, если я осмелюсь зайти дальше поцелуев? Они меня трахнут красиво или как девку подзаборную, каковой и считают? Первый раз очень больно? Поместится ли во мне огромный член Дениса?

Мне хотелось плакать от этого сумасшедшего сумбура в моей голове. Мне казалось, что я сейчас свихнусь от всех этих вопросов, ответы на которые я не могла найти, как не силилась.

Мне даже не с кем было об этом поговорить, попросить совета. Своих подруг за предательство я прокляла и решила больше никогда с ними не общаться, а новых у меня не появилось.

Денис прав, я мерзкая сука. Кто захочет со мной дружить? Только Маугли, но она просто ребенок. Наивная девочка, с которой мы вынуждены проводить время вместе. Я ей нравлюсь только потому, что она не способна познать мою сущность.

Впервые в жизни я почувствовала себя настолько одинокой и жалкой, что душа заболела. Я изо всех сил старалась не разреветься, но у меня ничего не вышло. И впервые я почувствовала эту потребность быть любимой.

Хоть кто-то же должен хотя бы когда-то меня полюбить? Любят же не за что-то, любят просто так? Как я пойму, что этот человек меня действительно любит, если я сама никого не люблю? И как понять, что ты кого-то любишь? Что это вообще за чувство? Мне будет хорошо или плохо? А может быть больно и тоскливо? Любовь же бывает и несчастливой?

Стискивая своего плюшевого зайца изо всех сил, я уснула с полным сумбуром в голове одна одинешенька в целой Вселенной.

Утром я обнаружила в доме вообще никого. По неубранной еде на столе, я поняла, что все уже поели, оставив мне мою порцию завтрака, и куда-то исчезли. Что бы это значило? На окне в простенькой вазочке стоял маленький букетик цветов. Вначале я подумала, что его предназначение – украсить интерьер, но, присмотревшись, увидела между бутонами записку. Любопытство взяло верх, и я прочла ее.

«Самой красивой девушке от Артёма»

Мое лицо невольно расплылось в улыбке. Я склонилась над букетом и понюхала цветы, среди которых я узнала только маки. Названия остальных цветов я не знала. Да и какая разница? Это был пиздецки приятный сюрприз. Как букет сюда попал, спросить было не у кого.

Я быстро поела, убрала со стола и вышла на улицу. По глухому стуку, доносящемуся из-за бани, я поняла, что кто-то колет там дрова.

Это был Денис. Раздевшись по пояс, он методично ставил поленья и разносил их топором на куски одним точным движением. Немного полюбовавшись украдкой на его мощные плечи, блестевшие от пота, я подошла ближе.

– Привет! Ты не знаешь, где все? – спросила я мужчину, присаживаясь на свободную чурку.

Денис прекратил свое занятие и жадно хлебнул воды из полторашки.

– Антон с Машей на рыбалке, Зина спит, – ответил Денис. – Извини, мы забыли тебе сказать, что воскресенье – выходной день. Не нужно вставать так рано.

– Это ничего. Я выспалась.

Я достала сигарету и закурила. Денис воткнул топор в чурку и присел рядом со мной, решив тоже сделать перекур.

– Там тебе цветы принесли, – глядя куда-то поверх забора, сказал Дэн.

– Я видела, спасибо.

– На лавке возле дома оставили.

– Это какой-то Артем. Маша его знает. Он подвез нас вчера от магазина. У него красная «Девятка». Ты тоже его знаешь?

Денис отбросил со лба мокрые волосы, почесал грудь, позвякивая жетоном, и ответил, все так же не глядя на меня:

– Артем Анатольевич Борзый. 25лет. Закончил Аграрный институт по специальности агроном. Работает по этой же специальности в ООО «Спектр». Служил в армии, живет с родителями и младшей сестрой. Не привлекался, не пьет, не курит. В ситуациях, порочащих честь и достоинство, замечен не был.

Я рассмеялась. Это же досье какое-то, не меньше.

– Звучит, как реклама.

– Может быть, – Денис повернулся и обжег меня пристальным взглядом. – Он хороший парень. Присмотрись к нему, Кристиночка. И фамилия его тебе очень подойдет!

– Может и присмотрюсь! Раз, говоришь, подойдет!

– Парнишка культурный, в окно не лазит. Не то, что некоторые?

Он что, ревнует? До сих пор обижается из-за того, что я его букетом отхлестала?

– Вы с Антоном меня очень напугали! – зачем-то оправдывалась я.

– Ты странная, Кристина.

– Почему ты так решил?

– Ты не побоялась сесть к незнакомому мужику в машину, делать там непотребные вещи... Ты с ним целовалась! Позволяла трогать свою звезду! Потом угнала у него тачку! А когда он залез к тебе в окно с безобидным букетом цветов, ты испугалась? Испугалась? Серьезно?

Я покраснела, как рак, только от воспоминаний о том, что мы делали в том проклятом «Ренж Ровере».

– Я не знаю, что на меня тогда нашло! Обычно я так не делаю! И тогда мне тоже было страшно!

– Я не сделал ничего такого, чтобы ты меня боялась!

Ага! Конечно! Я не выдержала пристального взгляда Дениса и опустила глаза. Мне хотелось поговорить с ним о том, что между нами произошло за эти дни, объяснить ему, что для меня это чересчур много, но я не находила слов. Я разволновалась и не могла четко сформулировать ни одной мысли.

– Малыш, – ласково позвал меня мужчина. Еще никто не называл меня «детка» или «малышка». Это было приятно. Я подняла на него глаза. – Ты хотела вчера потрогать меня? Если не передумала, можешь сделать это сейчас. Это совсем не страшно.

– Я хотела потрогать только Ангела, – уточнила я. Пусть не думает, что я горю желанием трогать все остальное, хотя так и есть на самом деле.

Денис ничего не ответил, просто повернулся ко мне своей широкой спиной и выжидающе замер. Что заставило его передумать? Говно перекипело?

Я смотрела в черные впадины, которые были вместо глаз у Ангела, на его истерзанные крылья, карающий меч в его руках, и мои дрожащие пальцы сами потянулись к нему.