Глава тридцать шестая

Она отстранилась, чтобы заглянуть ему в лицо. Руслан был напряженным, и она знала, по какой причине.

— Я должна двигаться?

— Понравилось быть сверху? — спросил он и убрал со лба ее волосы.

— Если не обращать внимания на усталость в коленях…

— Есть такой минус, — пробормотал Руслан.

Он с нею на руках поднялся на ноги, развернулся и уложил ее спиной на постель. Руслан стал раздеваться. Его одежда под заинтересованным взглядом Оливии, быстро полетела на пол. Он улыбнулся ей и молча спустил вниз ее белые трусики и навис над ней, мягко, но уверенно раздвинув ноги в стороны. Руслан опустил взгляд на ее промежность и засмеялся, когда она захотела прикрыться.

— Я там уже все видел, — прошептал он, убирая ее руки в стороны.

Руслан просунул руку под матрас и вытащил оттуда упаковку презервативов. Оливия схватила их и бросила на пол. Он проследил за ними и спросил:

— Ты уверена?

Девушка кивнула. Руслан навис над ней, провел рукой по груди, животу и обратно. Оливия расслабилась, когда он осторожно стал проникать в нее, будто боясь повредить. Когда Руслан полностью погрузился в нее, то остановился на мгновение, обхватил ладонью грудь и мягко сжал сосок. Его тело требовало разрядки, и он стал медленно двигаться в ней. Руслан сдерживал себя от быстрых толчков, пытаясь продлить удовольствие.

Она, встречая каждое его движение, коснулась пальцами по мужской груди, на что он отреагировал бурно и, не сдержавшись, стал погружаться в нее глубже. Руслан сжал ей ягодицу и под действием испытываемых ощущений стиснул зубы. Он перестал себя контролировать. Его толчки стали глубже и слаще. Мощно вторгаясь в ее тело, он полностью отдался своим чувствам. Время для него остановилось. Краем уха Руслан слышал, как спинка кровати с каждым его движением соприкасалась со стеной. Ему было все равно. Он был сосредоточен только на девушке под собой, которая вцепилась в его руки, и на своих сводящих с ума выпадах. В ней было до невозможности тесно. Руслан больше не выдержал, хотя всеми силами пытался продлить удовольствие. Руслан сжал рукой одеяло и с приглушенным шипением стал изливаться в нее.

Оливия ощутила, как его горячее семя попадает в ее тело. Сделав последний толчок, он притих, аккуратно опустился на нее и стал тяжело дышать ей в шею. Она поцеловала его в плечо и почувствовала на губах легкий солоноватый вкус. Оливия провела рукой по его влажной спине и снова коснулась губами плеча. Руслан не реагировал и не двигался. Прошла минута. Ей показалось, что он заснул.

— Я не сплю, — пробормотал он, осторожно вышел из нее и лег рядом на спину, закинув руку над головой.

Руслан с прикрытыми глазами восстанавливал дыхание. Оливия села и опустила ноги на пол, но не успела встать. Руслан обхватил ее за талию и впечатал спиной в свою грудь.

— Выглядит, как бегство, — пробормотал он. — В ванную сходишь потом.

Девушка смирилась и уставилась в окно. Занавески медленно колыхались от легкого ветерка. Она уставилась на маленькую упаковку, которую она отобрала у него и выбросила на пол.

«Ничего себе!», — мысленно пробормотала девушка и ощутила, как он накрыл ее грудь ладонью.

Оливия почувствовала его взгляд на себе и повернулась к нему лицом. Руслан улыбнулся и что-то захотел сказать, но она опередила его:

— Никаких шуток в мою сторону!

Руслан засмеялся и поцеловал ее в лоб. Оливия мягко убрала его руку, встала с постели и торопливо потянулась к заколке для волос, платью и белью на полу. Руслан, заметив ее смущение, улыбнулся и сел на постели, опустив ноги на пол.

— Оливия, перестань вести себя, как ребенок. Иди в ванную и возвращайся ко мне.

— Зачем?

В ответ он приподнял одну бровь и потянулся к штанам. Оливия выбежала из спальни и закрылась в ванной, громко хлопнув дверью. Руслан и не ожидал другого поведения. Он знал, что со временем она привыкнет к нему и перестанет стесняться. Руслан подобрал купленную в аптеке упаковку и бросил на письменный стол.

Из ванной доносился шум воды. Он надел штаны и приблизился к окну. Нина Евгеньевна сидела во дворе с книжкой. Алиса стояла рядом с большим яблоком в руке. Он улыбнулся, вспомнив, как женщина увела ребенка, и отошел от окна. Руслан не стал ждать ее в спальне, а вошел в ванную. При виде него, глаза девушки расширились.

— Мы могли бы вместе искупаться, — произнес он, когда заметил ее под душем.

— Тебе нельзя мочить швы на плече…

— Это пустяки, да и порез неглубокий.

Оливия следила за его движениями, когда он уверенно избавился от штанов и предстал перед ней обнаженным. Руслан мягко толкнул ее к стене и шагнул по душ. Оливия, подставляя лицо струям воды, собрала волосы на макушке и скрепила их заколкой, стараясь сделать так, что они не намокли.

Руслан жадно смотрел на то, как по ее телу пробегают струи воды и коснулся шеи и плеча костяшкой указательного пальца, провел вниз и дотронулся до уже напрягшегося соска. Оливия дрогнула и убрала его руку. Он снова улыбнулся.

— Ты все время улыбаешься, — произнесла она, стараясь не смотреть вниз.

— Есть причина, — ответил он и прижал ее к кафельной стене, уперев руки по обеим от нее сторонам.

Вода лилась на мужские плечи. Его взгляд стал серьезным, и Оливия ощутила, как ей в низ живота упирается его плоть. Руслан опустил голодные глаза на губы.

— Ты помылся?

Она со стороны услышала свой вопрос, и снова рассмешила его. Руслан запоздало покачал головой и накрыл ее губы. Он целовал ее неторопливо, но с намерением продолжить задуманное. Его голод разгорелся с новой силой и в следующую секунду, уже не сдерживая себя, жадно мял ее губы, погружая язык ей в рот. Одной рукой он закрыл кран с водой, и стал целовать шею, чуть втягивая нежную кожу. У нее чуть не подогнулись колени, но он обхватил ее рукой за талию и удержал на ногах. Руслан чувствовал отклик ее тела, и это возбудило его еще сильнее.

Он наклонил голову, сомкнул губы вокруг ее соска и мягко втянул. Оливия вздрогнула и вцепилась в его плечи руками. Руслан, услышав ее стон, повернул ее лицом к стене, шепнул что-то успокаивающее на ухо, и поцеловал в затылок, накрыв ладонями обе груди. От ее очередного всхлипа Руслан чуть не сошел с ума. Его плоть пристроилась в щели между ягодицами, и он мягко, но настойчиво надавил на ее поясницу, заставляя ее прогнуться.

— Не бойся, — прошептал он хрипло, видя ее колебание. — То же самое, что и было на постели.

Руслан вошел в нее одним толчком и замер, ожидая, пока она приспособится к его вторжению. Он гладил ее по спине, опуская ладони вниз и обратно. Оливия интуитивно сжала его член внутренними мышцами и вызвала в нем ощущения невыносимой остроты.

Руслан, пробормотав что-то невнятное, начал двигаться. Оливия часто задышала, ощущая, как он раз за разом погружается в нее и заставляет ее сердце биться быстрее. Она приподнялась и Руслан, не прекращая движений, прислонил ее к стене. Холодный кафель коснулся ее груди и лба. Он погладил ее по животу и опустил руку вниз. Оливия затаила дыхание и почувствовала, как он мягко скользит пальцем по чувствительной точке.

Знакомые ощущения вернулись, и внутреннее напряжение стало усиливаться. Руслан продолжал ласкать ее пальцами, срывая с ее губ отрывистые стоны. Он целовал ей шею и плечо обжигающими поцелуями и вскоре заметил, как она сильнее напряглась, а затем под действием оргазма забилась в мужских объятиях. Как только она притихла, он не выдержал и стал изливаться в нее следом. С последним содроганием и спазмом он, повинуясь непонятному инстинкту, чуть прикусил ее за плечо и тут же лизнул укушенное место. Руслан дотронулся до ее груди и почувствовал под ладонью сильное сердцебиение, точно такое же, как и у него.

— С ума сойти, — прохрипел он и укусил за мочку уха.

Руслан осторожно вышел из нее. Оливия ничего не ответила, повернулась к нему лицом и прислонилась лбом к его груди. Она почувствовала, как из нее стала вытекать его семя и опустила глаза. Недоуменная складка пролегла между ее бровями. Он понял все, улыбнулся и поцеловал ее в лоб.

— Можешь убить меня за эти слова, но я очень надеюсь, что ты забеременеешь, — сказал он.

Они услышали телефонный звонок, доносившийся из кармана штанов Руслана. Оливия вспомнила о том мире, который остался за стенами его дома, и поняла, что не хочет туда возвращаться.

— Я должен ответить, — сказал он, быстро вымыв руки и надев штаны. — Как все это не вовремя.

Руслан ответил на звонок и увидел, как Оливия снова включила воду и указала ему рукой выйти из ванной. Он вышел и оставил ее одну.

— Руслан Алексеевич, я приехал и поговорил со здешними коллегами, — произнес следователь. — Человека, который напал на вас с ножом, зовут Михаил. Думаю, что его фамилия вам ни о чем не скажет. Так вот, он сознался во всем.

— В чем именно? — напрягся Руслан и посмотрел в окно.

Нина Евгеньевна все также сидела с книжкой в руке.

— Это все-таки Савичев. Да мы и так об этом с самого начала догадывались. Нам нужны были только небольшие детали и уточнения в деле.

Руслан вздохнул, устав от всего этого дела. Ему хотелось вернуться к Оливии и на время забыть об этом мире.

— Я до сих пор не верю в то, что он пытался сделать, — сказал Руслан.

— Савичев переоценил свои возможности, но на вашу жизнь он замахнулся сильно. Ему от ответственности теперь не уйти.

— Выглядит все, как сюжет дешевой комедии, — пробормотал он и обернулся, когда из ванной вышла Оливия и направилась в спальню.

Руслан, держа телефон, пошел следом за ней.

— У Савичева есть дети? — спросил он, подумав об Алисе.

— Если верить информации в деле, то детей нет и он холост, — ответил Коновалов.

— Мне нужно с ним поговорить.

— Тогда вам придется приехать обратно в Москву, — произнес следователь. — Мы его уже точно не выпустим из ИВС. Завтра с утра отправим документы судье, переведем его в Следственный изолятор и будет он там сидеть до первого судебного слушания.

— Я сегодня приеду, — сказал Руслан и притянул к себе Оливию, которая хотела выйти из спальни.

— Хорошо, я сейчас уеду в Москву и буду работать допоздна, — ответил Коновалов. — Имейте в виду, что у вас только сегодня есть возможность с ним поговорить.

Руслан отключил связь и посмотрел на нее, убрав прядь волос ей за ухо.

— Оливия, помнишь, я тебе говорил о том, что надеру зад отцу Алисы?

— Помню, только не сказал, за что именно.

— За то, что два раза пытался убить меня. Как по мне, то я бы назвал это словом не «убить», а рассмешить людей. Идиот, сам себе жизнь сломал из-за дурацких амбиций.

Оливия ничего не ответила, а, нахмурившись, переваривала новость.

— Я должен сегодня уехать, чтобы поговорить с ним.

— Ты не скажешь ему об Алисе ничего, — строго произнесла она. — Не смей!

— Оливия, чтобы удочерить Алису, мне нужно, чтобы он отказался от прав на нее…

— Какие права? Он же не знает, что Алиса существует. Да и в свидетельстве о рождении она записана, как Александровна.

— Тогда придется найти этого Александра, а его, как мы с тобой уже знаем, не существует.

— Есть вариант попроще, — сердито произнесла она. — Не удочерять ее.

— Нет. Если ты моя, то Алиса тоже, в качестве дочери. Это не обсуждается. Не забывай, что у нас есть нерешенная проблема. Мы до сих пор точно не знаем, зачем Вике понадобилась Алиса. Не верю, что только ради знакомства с отцом. Пока все запутано, но надеюсь получить ответы на все вопросы у Савичева. Я постараюсь договориться с ним.

— Как? — спросила она.

— Это неважно, нам с тобой главное — результат. У меня к тебе одна просьба — проследи, пожалуйста, за Зевсом. Я оставлю ему лекарство, налей его вечером в миску с водой. Я постараюсь вернуться сегодня ночью. Если хочешь, бери Алису и ночуйте у меня. В морозилке осталось мороженое, поэтому она согласится.

Оливии оставалось только кивнуть. Она отступила в сторону, когда он открыл шкаф и вытащил чистую одежду. Руслан сморщился, когда поднял раненую руку. Видимо, действие обезболивающего препарата закончилось. Она заметила это.

— Садись, я обработаю твою рану, — сказала она спокойным голосом и открыла шкаф в поиске аптечки.

Она замерла, когда увидела, что беспорядок, который она устроила в его вещах несколько дней назад, остался. Оливия почувствовала его взгляд на себе и, схватив аптечку, обернулась. Руслан улыбнулся той самой улыбкой, которая с самого начала заставляла ее нервничать и ощущать дрожь в коленях. Руслан оставил вещи и опустился на кровать. Он убрал намокший бинт и спросил:

— Ты раньше это делала?

— Постоянно, — улыбнулась она. — Знаешь сколько раз Алиса приходила домой с разбитыми коленками или царапинами?

Она смочила ватку дезинфицирующим раствором и осторожно прикоснулась ко шву. Неожиданно Руслан закричал и заставил ее вздрогнуть. Оливия с ватой в руке отскочила в сторону. Заметив ее испуг, он расхохотался.

— Ты специально закричал!

— Прости, я не удержался.

— Ты не нормальный! Я испугалась!

— Так и было задумано, — произнес он, смеясь, и встал на ноги. — Прости…

Руслан притянул ее к себе и поцеловал ее в шею, все еще вздрагивая от приступов смеха. Оливия, сделав обиженное и одновременно веселое лицо, оттолкнула его и вновь посмотрела на рану.

— Не беспокойся об этом. На мне все заживает, как на собаке. В этом мы с Зевсом похожи, — сказал Руслан.

— Вы прямо не разлей вода.

Руслан улыбнулся и обнял ее.

— Люблю тебя вместе с твоим упрямством и колючим языком, — прошептал он и с трудом оторвался от девушки.

Через десять минут Руслан сел в машину и выехал на дорогу, ведущую в сторону Москвы.

Оливия осталась в его доме и подошла к окну. Она заметила Алису с мамой. Теперь осталось сделать самое страшное — это пойти обратно домой и предстать перед ней в таком виде, а именно с распухшими губами и с подозрительным блеском в глазах. Оливия уже видела свое отражение в зеркале в ванной. Нина Евгеньевна, сделает вид, что ничего не происходит, но это не значит, что она ни о чем не догадается. Небольшая злость снова вернулась к ней из-за подставы матери и тут же испарилась.

Оливия все еще помнила на теле его прикосновения и опустилась на диван. Она сидела в полной тишине, улыбаясь, как глупая школьница, и пыталась привести мысли в порядок.

Она чуть не вскрикнула, когда в дверь постучались. Стук ей показался слишком громким из-за тишины в доме. Она открыла ее и увидела маму. Испарившаяся злость вернулась обратно.

— Куда поехал Руслан? — спросила Нина Евгеньевна, стараясь спрятать улыбку.

— Мам, это действительно то, о чем ты хотела меня спросить? — спросила она голосом полным сарказма.

— Я не вчера родилась, солнышко.

Нина Евгеньевна прошла в гостиную.

— Мам, между нами ничего не было, если ты на это рассчитывала, когда забирала Алису. Так что твой план провалился.

Женщина повернулась к ней и, улыбнувшись, выгнула одну бровь. Оливия поняла, что мама не поверила ей, и это ее разозлило еще больше.

— Ты хоть в курсе, что матери так не поступают?!

Эти слова Оливия почти прорычала, надеясь, что они подействуют на мать. Но Нина Евгеньевна была спокойна, как танк перед битвой. Она обернулась к ней и ответила:

— Я видела, как ты наблюдала за ним с того момента, как он здесь поселился. А когда Руслан уезжал на несколько дней, то каждый раз слыша шум проезжающей машины, подбегала к окну и отворачивалась с разочарованным видом, если автомобиль оказывался чужим.

— Это неправда!

— Что неправда? Засос на твоей шее?

Оливия потянулась рукой к шее и резко опустила ее.

— Все равно матери так не поступают!

— Те, которые желают счастья детям, поступают по обстоятельствам, — твердо произнесла она. — Я вижу намного больше, чем ты думаешь. И на Алисе жизнь не заканчивается. Пора и о себе подумать.

Оливия понимала, что она была права, и отрицать это не имело никакого смысла, но она все еще не могла прийти в себя после того, что та сделала. В дверь снова постучали.

— Где Алиса?

— Ужинает.

Оливия открыла дверь и увидела на пороге Вику.

— Вика, иди к черту! — не выдержала Оливия. — Это чужой дом!

Она протиснулась в прихожую и вошла в гостиную.

— Мама, а ты что здесь делаешь? — спросила Вика.

— Пришла посмотреть на плоды своих трудов.

— Ты хотела сказать, на провалившийся план! — не выдержала Оливия и обернулась к сестре. — Зачем пришла?

— Пришла поговорить с Русланом?

— Его машины нет. Могла бы и догадаться, что он уехал! — ответила Оливия.

— Куда уехал?

— В Москву, чтобы поговорить с отцом Алисы.

Ответ Оливии заставил ее чуть приоткрыть рот от изумления.

— С кем поговорить? — спросила Вика севшим голосом.

— С отцом Алисы.

Вика покачнулась, но устояла на ногах. Вся краска отхлынула с ее лица и заставила кинуться к выходу.

— Мне надо в Москву, — произнесла Вика, зацепившись за дверную ручку. — Его надо остановить…

— Кого остановить? — спросила женщина.

— Руслана! Он все испортит!