Глава сороковая

Оливия, увидев врача, вскочила на ноги и быстро подбежала к нему.

— Ваша мама почти в порядке. Она просто перенервничала, но оставим ее для наблюдения на ночь, — опередил ее врач своим ответом. — Советуем вам поехать домой и выспаться. Вы еще и с ребенком сюда пришли…

Оливия быстро посмотрела в конец коридора. Алиса, наклонив голову на бок, любовалась шоколадками в автомате.

— Если что-то надо купить из лекарств, — начала Оливия, почти бегая за врачом, который широкими шагами направлялся в конец коридора.

— Наша больница оснащена всем необходимым, — торопливо ответил врач. — Девушка, идите домой. Если что-нибудь понадобится, то мы вам позвоним.

— Можно увидеть маму?

— Нет, мы ввели ей лекарства, и она будет спать ближайшие несколько часов, — произнес врач и скрылся в ординаторской.

Оливия осталась стоять перед закрытыми дверьми и обернулась. Алиса показала ей пальцем на шоколад за стеклом. Ей ничего не оставалось, как покорно достать кошелек и засунуть денежную купюру в отсек. Шоколад упал вниз и Алиса, схватив его, поскакала к выходу. Оливия, погруженная в свои мысли, поплела следом и вышла на ночную улицу.

— Это парень оказался ненормальным и наглым, — услышала она со стороны и обернулась. — Притащил сюда собаку и испачкал кушетку слюнями. А мне это пришлось убирать.

Две медсестры с зажженными сигаретами в руках переговаривались между собой. Оливия уже услышала об этом от продавщицы в магазине и, разблокировав двери, устало опустилась за руль. Алиса, жуя шоколад, села назад, в детское кресло, и пристегнула ремень.

— Мам, мы домой?

— Да, солнышко, домой. Бабушка сегодня ночует в больнице.

— А тетя Вика?

— Черт его знает, — буркнула Оливия, поворачивая ключ в замке зажигания.

— Почему тебе можно произносить это слово, а мне нет?

— Алиса, у мамы болит голова, — ответила она строго и выехала на дорогу.

Через десять минут она остановила машину возле зеленых ворот и выключила зажигание. Алиса вышла на улицу и хлопнула дверью. К ним подошел Зевс и стал обнюхивать их. Оливия посмотрела на дом Руслана. В окнах свет не горел, да и машины не было на месте. Она вытащила телефон и еще раз перечитала его ответ после того, как отправила ему сообщение с тревожными новостями.

«Я выехал, буду через два часа».

Оливия посмотрела на время. Прошло уже три часа, а его все еще не было.

— Привет, — услышала она за спиной мужской голос, обернулась и встретилась с пьяными глазами Паши.

Зевс низко зарычал, делая свое предупреждение.

— Мам…

— Все хорошо, — произнесла она спокойным голосом, хотя внутри уже стала подниматься тревога. — Дядя Паша просто поздоровался и уйдет.

— Нет, ты ошиблась, — произнес он и сделал глоток пива из бутылки. — Дядя Паша пришел поговорить с твоей мамашей и напомнить ей о долге.

Оливия знала, что с пьяным человеком разговоры невозможны и осмотрелась вокруг. Как назло никого не было на улице, кроме них троих и слабой собаки. Зевс, устав стоять, дошел до забора и, тяжело дыша, вытянулся на земле.

— Чего это с ним? — спросил Павел и сделал очередной глоток пива.

— Его кто-то отравил, — ответила Алиса, подошла к собаке и погладила его по голове.

Зевс внимательно следил за мужчиной и еще раз зарычал.

— Жаль, что тот доброжелатель до конца не убил его, — усмехнулся он и чуть покачнулся на ногах.

— Эй, — возмутилась Алиса и встала на ноги. — Уходи отсюда, индюк!

— Я просил тебя поговорить с ней из-за этого слова, — сказал он Оливии, указывая бутылкой на Алису.

— Она всего лишь ребенок…

— У этого ребенка чересчур длинный язык! — крикнул он и двинулся в сторону Алисы.

Зевс поднялся на лапы и зарычал еще раз. Оливия резко тронулась с места, настигнув его в два шага, толкнула со всей силы. Паша не удержался и упал на бок, выронив бутылку из руки. Она услышала его крепкого и пошлое ругательство.

— Алиса, бегом домой! — крикнула она, вжавшемуся в забор ребенку и быстро вставила ключ в замок и повернула.

Оливия краем глаза увидела, как Паша поднимался на ноги, но успела загнать во двор ребенка и собаку. Как только дверь ворот закрылась на ключ с внутренней стороны, по нему ударили ногой. Снова последовало крепкое ругательство.

— Алиса, — иди домой, быстро проговорила она, подгоняя ребенка рукой.

Паша продолжал бить ногой по воротам, требуя, впустить его.

— Угораздило же меня познакомиться с ним, — пробормотала Оливия, запирая дверь дома на замок.

Зевс, обнюхав мебель дома, опустился возле порога и положил голову на лапы. Алиса подошла к окну и выглянула на улицу.

— Дядя Руслан приехал! — воскликнула она. — Вместе с тетей Викой, — добавила девочка уныло.

Неожиданно шум прекратился. Оливия услышала отдаленные мужские разговоры и следом женский крик.

— Мама, можно я выйду на улицу?

— Ни в коем случае!

Оливия подошла к окну в тот момент, когда Павел отлетел в сторону и перекатился два раза. Вика наблюдала за этим, стоя в двух метрах от мужчин.

— Алиса, иди чистить зубы и умываться. Ты идешь спать, — произнесла Оливия, торопливо толкая ребенку в ванную. — Время позднее, завтра увидимся с бабушкой.

— Мам, а Зевс?

— Зевса дядя Руслан потом заберет. Можешь сегодня поспать в комнате бабушки.

Оливия переодела ее в пижаму, накрыла одеялом, поцеловала в голову и выключила свет в комнате. Она прикрыла дверь и услышала тихий стук в окно. Это были Руслан с Викой и то, что они приехали вместе, ей не понравилось. Она ощутила легкий укол ревности и открыла дверь.

— Привет сестренка, — сказала Вика, бросила сумочку на диван и зашла в ванную.

Оливия чуть не вскрикнула, когда Руслан вытащил ее наружу и просто обнял, вдыхая запах ее шеи.

— Ты не представляешь, что произошло, — произнес он полушепотом. — Где Алиса?

— Пошла спать. Зайдем домой. Ты выглядишь не очень. Что-то случилось?

— Даже стряслось, а не случилось, — ответил он, шагнув в дом.

Вика вышла из ванной, бросив в их сторону высокомерный взгляд, и скрылась в комнате Оливии. Зевс заскулил, требуя к себе внимания.

— Ты вызволил ее из отделения полиции? — спросила Оливия.

Руслан не ответил, а смотрел на нее так, будто впитывал каждую ее черточку. Он не знал, как сообщить ей об этом.

— Руслан?

Он провел рукой по волосам и почувствовал тяжелый груз на плечах. Вику удалось вызволить из отделения полиции, благодаря Коновалову. Парню с ножом переквалифицировали статью преступления на другую статью, с более мягким видом наказания. Только так можно было бы полностью вычеркнуть имя Вики из уголовного дела. При других обстоятельствах, он бы и глазом не повел и оставил все как есть, но единственной причиной такого безумного решения было уберечь Оливию и ее семью от проблем. Уберечь его дочь. Эта мысль снова врезалась в него и заставила сердце биться чаще.

Вике он еще ни о чем не сказал. Она до сих пор думала, что вышла оттуда благодаря подкупу полицейского. Сейчас всем им предстоит нелегкий разговор, особенно ему с Оливией.

— Я в порядке, — произнес он ей. — Надо поговорить.

— Спасибо за то, что помог вытащить мою сестру, — произнесла Оливия. — Хоть она этого не заслуживает, но я все равно ее люблю.

— Я знаю.

— Из-за чего ее забрали туда?

— Там пустяковое дело, — махнул он рукой. — Как твоя мама?

— Тоже хорошо. Ты поговорил с тем мужчиной?

Руслан не успел ответить.

— Оливия помоги мне собрать вещи Алисы, — услышали они голос Вики. — Завтра утром мы уезжаем.

— Все-таки зря ты ее вытащил, — пробормотала Оливия и обернулась к сестре.

Старшая сестра стояла в ожидании, пока та выполнит ее просьбу.

— Руслан, тебе пора домой. Ты уже здесь задержался, — произнесла Вика требовательным голосом. — Спасибо за то, что вытащил меня. Знаю, что ты это сделал из-за Оливии…

— Я сделал это из-за своей дочери, — спокойно ответил он и сказал Оливии. — Убедись, что Алиса спит, и вернись сюда.

— Какой еще дочери? — удивилась Оливия.

— Это типа вы двое поженитесь, — указала Вика на них пальцем, — ребенка моего удочерите и будете жить долго и счастливо?! Еще и с собакой. Все это можно, но только без Алисы, — махнула она рукой. — Я ее забираю в Москву.

— Зачем? Чтобы еще раз попытаться убить меня из-за имущества? — спросил Руслан, боковым зрением заметив, как напряглась Оливия и повернулась к сестре.

— Алиса спит? — спросил он, не отпуская взглядом Вику.

— Да, она быстро засыпает, — ответила Оливия. — О чем ты говоришь? Какое имущество?

— Парня, который напал на меня с ножом, послала твоя сестра, — ответил он, заметив, как напряглась Вика. — Причем, Зевса отравила тоже она. Это уже Михаил сказал. Я только час назад узнал его возраст. Восемнадцать лет, студент юридического факультета, как бы абсурдно это не звучало, но речь сейчас не о нем.

Вика побледнела и в защитном жесте сложила руки на груди.

— Не верь ему, — покачала она головой. — Он это говорит, чтобы очернить меня.

— Идиотское предположение, — сказал Руслан, засунув руку в карман.

Он вытащил оттуда горсть чего-то и раскрыл перед Оливией.

— Это украшения, — начал он.

— Мамы! — воскликнула Оливия, глядя на это ничего непонимающим взглядом.

— Возможно, я не знаю, — покачал он головой, высыпая ей в ладонь ювелирные изделия. — Вот этим была оценена моя жизнь. Денег у твоей сестры, видимо, нет, а с фантазией у нее все в порядке, но речь сейчас тоже не об этом. Мне удалось их забрать, потому что его будут судить не по тяжкой статье.

— Оливия, он использует тебя, как игрушку, — нервно усмехнулась она. — Знаешь, сколько у него таких же дурочек, как и ты?!

— Алиса моя настоящая дочь, — сказал он ровным голосом. — Я все это время жил по соседству со своей дочерью! У меня до сих пор это в голове не укладывается! Дрянь, ты Вика! Почему ты не сказала о том, что забеременела тогда?!

— Ну что ты несешь? — нервно засмеялась Вика. — Оливия, он у тебя бредит. Руслан, иди, выспись. И вообще, прежде чем заявлять такое, нужны хоть какие-нибудь доказательства.

— Твое покушение на мою жизнь из-за будущего наследства и есть прямое доказательство! — сказал он с металлическими нотками в голосе. — Ты разболтала о том, что я отец Алисы, даже парню с ножом. Он все сам рассказал полицейским.

Вика прикусила губу, лихорадочно думая над тем, что ему ответить. Оливия упала на диван и потерла ладонями лицо. Ее плечи опустились. Руслан, стоя от нее в двух метрах, ощущал, в каком растерянном состоянии она была. Точно в таком же, как и он несколько часов назад! Все это было похоже на непонятный сон, из которого никто из них не может вынырнуть и проснуться.

— Оливия, я сам узнал об этом сегодня и до сих пор до конца всего не понимаю. Правда я не знаю, каким образом она собиралась доказывать мою родственную связь с Алисой, но я думаю, что через экспертизу ДНК, связавшись с моими родителями. Только твоя сестра не учла одну маленькую, но очень важную деталь. Это преступление не составило бы труда раскрыть. И за мое убийство ей грозил бы хороший срок, а Алиса в итоге, все равно оказалась бы здесь, с тобой, но уже при осужденной биологической мамаше.

— И если продолжить твой бред, — вставила Вика, — то еще и при мертвом биологическом папаше!

Оливия не проронила ни слова и медленно вникала в новую реальность. Она почувствовала на языке металлический привкус, направилась на кухню, ощущая, как ее спину сверлят две пары глаз. Оливия прикрыла дверь, оставив их двоих в гостиной, и налила себе стакан воды. Она слышала их разговор, в котором речь зашла о деньгах, но не вникала в слова. Оливия сделала пару глотков воды, поставила стакан и протерла дрожащие руки. Дверь кухни открылась, и вошел Руслан.

— Я могу побыть одна? — спросила Оливия и сделала еще один глоток воды.

Руслан покачал головой и подошел ближе. Оливия отступила в сторону и тем самым, остановила его. Вика влетела на кухню, разъяренная, словно фурия.

— Я не договорила!

— Вика, оставь нас одних, — устало произнес Руслан. — Я же сказал тебе, что дам денег.

— Я хочу все двенадцать миллионов, которые лежат на твоем счету, а не один!

— Либо один, либо ничего и я подключу к этому делу лучших адвокатов. Вика, ты проиграешь по всем фронтам. Я мог бы вообще тебя не вытаскивать из передряги! Соглашайся на условия и у тебя еще будет возможность видеться с ребенком, когда тебе захочется, но прав на нее у тебя никогда не будет!

— Это мы еще посмотрим!

— Замолчите оба! — крикнула Оливия.

Все погрузилось в тишину, но Вика продолжала смотреть на него сердитым взглядом.

— Мой ребенок не предмет для торговли! Как ты мог предложить ей денег?! — спросила она у Руслана дрожащим от гнева голосом.

— Я ей ничего не предлагал, она сама попросила.

— И ты согласился?! После того, что она отравила Зевса и пыталась тебя убить? Очнись, Руслан, она пыталась лишить тебя жизни и меня ребенка! А ты ей денег даешь!

— Это все ради тебя, чтобы она оставила тебя в покое, — ответил он, зная, что она права.

— Оставила меня в покое?

Оливия повернулась к сестре.

— Ну, что-то я должна получить, учитывая, что это я выносила и родила Алису, — развела она руками.

— Руслан, если ты хоть копейку дашь ей, то между нами все кончено, — отрезала она рукой. — И ребенка ты не получишь, — сказала она сестре. — Сука, ты настоящая! Если бы в тебе была хоть капля материнских чувств, то ты поняла бы, что значить забрать у матери ребенка! Да, я не родила ее, но была с ней с самого начала рождения! Я пожертвовала всем, ради Алисы и ни капли не жалею об этом! А что все время делала ты?!

— Считаешь себя самой правильной?! — не выдержала Вика напора. — Мне тоже тогда было непросто! Я родила ребенка в двадцать три года и была без денег и крыши над головой!

— Это не причина, чтобы отказываться от Алисы и оставлять ее в роддоме! Я тебе предлагала помощь, но ты ее не захотела, чтобы не портить себя статусом матери. Ты хотела просто избавиться от нее, как от ненужного мусора! Это ребенок, твоя кровь и плоть. Ты тогда подумала об Алисе?!

Руслан не хотел встревать в разговор. Он и так все понял, вышел из кухни и увидел Алису. Девочка смотрела на него с округлившимися, словно блюдце глазами.