Глава двадцать пятая

Ну, а теперь можно было и сбежать. Обидно немного, что вместо того, чтобы выполнить обещанное, он поступил вот так… непрофессионально, я бы сказала, не по-человечески. А я тоже хороша: привыкла, что заместитель надежный, и это мне вышло боком. Этим самым боком – бочком-бочком – я сползла с трибуны и попыталась затеряться в толпе. А что, делать мне больше здесь нечего. Речь толкнула, себя показала, о заповеднике рассказала. И сейчас бы просто в тишине посидеть и с тем же китце поиграть, но мелкого принца уже не было на месте. Остались только взрослые, и они общались где-то в стороне. Наверное, торжественная часть закончилась, теперь можно было держаться вольно.

– Уважаемая Виктория, это было восхитительно! – мне дорогу вдруг заступили два молодых человека и руки мне подали. И, судя по зырканью, они сразу записали друг друга в соперники. Что? Я растерянно спрятала руки за спину, но молодчики не расстроились, тут же завалили вопросами:

– А что по поводу волонтеров? Это как? И где работать, с вами?

– Э-э-э?.. – глубокомысленно ответила я, отступая от них на шаг. Что вообще происходит? Неужели что-то не то наговорила? Перли-то на меня эти кавалеры, как осы на мед. Стоило задуматься, что ответить одним, как к компании присоединились еще двое. А за ними пришли еще и девушки – все были или молодыми, или моего возраста. И в считанные минуты я оказалась окружена толпой людей, которые мало того что между собой трещали, но и с меня не сводили взгляд.

– Да, да, расскажите! Правда, что у вас каждые полгода пропадает по сотруднику, потому что в заповеднике скрывается Мировой змей и его нужно кормить? Поэтому и не хватает персонала.

– А вы превращаетесь в какого-то зверя? Я слышал, что в заповеднике живут такие иномирные монстры, которые специально царапают человека и превращают его в свое подобие? И приходится бедняге становиться раз в месяц жуткой жутью?

– А правда, что вы осмотр заповедника проводите верхом на большой саблезубой кошке? И что ее нужно укусить за ухо, чтобы подчинить себе?

– А правда, что сотрудники засовывают себе в уши и ноздри специальные затычки, чтобы туда не проникло ничего? Жуки ведь маленькие, наверное, там, где есть звери, их много.

– А есть такие инопланетные чудища, которые с таким длинным и большим носом, что могут втянуть туда зазевавшегося человека?

А правда… А правда… У меня уже закружилась голова, а вопросы все сыпались. В основном какая-то дурость: ем ли я мясо сырым, выращиваем ли мы какие-то специфические овощи и фрукты, кто убирает в естественной среде заповедника за зверями остатки жизнедеятельности. И еще более дурацкие – таких в нашем интернете пруд пруди – только у нас про Нибиру и снежного человека, а у них про Мирового змея, зверей-людоедов, спонтанные проходы в другие миры – мол, не только магией единой можно перемещаться, а и животные переносят.

Я старалась отвечать, как могла, и не бить себя ладонью по лбу. Отвязаться получилось не сразу, только тогда когда вместо молодежи ко мне подошли уже более солидные дяденьки и тетеньки, скорее всего, из тех самых влиятельных людей с деньгами.

У них вопросы были более приземленные: сколько кормить, чем поить, и не сильно ли большая зарплата у сотрудников.

В какой-то момент я стала уже заговариваться, голова закружилась, воздуха стремительно не хватало. Как будто меня по десятку собеседований протащили. А люди все шли и шли, и все целеустремленно ко мне. Я уже делала вид недоступный и смотрела в другую сторону, не на собеседника. Но нет! И когда уже хотелось плюнуть очередному старичку в лысину, подхватить юбки платья и сбежать, пришла помощь.

– Сэр Агриссон, если вам нужна сводка по расходам прошлого периода, то вам стоит обратиться в финансовый отдел заповедника. Здесь я сам вам ничего не скажу, слишком много цифр, а уж тем более откуда это знать Виктории, которой тогда и в заповеднике еще не было, – перехватил внимание старичка появившийся ниоткуда Дезмонд. Воблу свою он тоже привел, она безмолвно висела у него на локте и скучающе вздыхала. В общем, старик ушел довольный, а у меня как раз появилось время, чтобы немного отыграться на пока еще моем заместителе.

– Ой, благодарствую за помощь. Сначала бросаете, а теперь корчите из себя героя? – подошла я почти вплотную и прошипела тихо-тихо с улыбочкой. Пусть все думают, что мы мило общаемся. И только Варвара, которая Барбара, нахмурилась и дернула Дезмонда за плечо, мол, пойдем.

– Я и не подумал сначала, что вас нужно спасать! Вы же выбрали синюю ленту.

– Что? И что она значит? – вцепилась я в шикарный камзол Дезмонда. У него самого лента тоже была: но красно-синяя.

– Вы разве не знаете?.. – удивился он. – А как тогда?..

– Дорогой, – в очередной раз дернула его за руку Барбара. – Мне скучно. Ты обещал, что твоя работа нам не помешает. Она уже мешает. А у гобелена с зимним садом я вижу сестер Финдоу, пойдем!

– С сестрами ты можешь и сама пообщаться, – ровным тоном ответил ей Дезмонд и с места не сдвинулся.

– Но как же? А поздравления? Их лучше принимать вдвоем! – она демонстративно подула на большущее кольцо на пальце и взглядом победительницы прошлась по мне. Мол, смотри, он мой, а не твой. М-да, так и хотелось ей за такое по щеке влупить. Но не на балу же, среди кучи народа! Скандал будет, а я не в одиночку работаю, вдруг на заповеднике отразится.

– Это твои подруги, мне там делать нечего, – отрезал «счастливый жених» и еще и подтолкнул в спину «любимую невесту», чтобы она быстрее двигалась в нужную сторону. Мы вместе проводили взглядами изящную фигуру Барбары: хороша все-таки, только ума не особо или скрывает, что вряд ли.

– Так что не так с лентой? – как будто ничего не случилось, спросил Дезмонд и, подхватив меня под локоть, медленно повел. – Если не останавливаться, то меньше народа пристанет.

– Ленту мне Вианна подсунула! Сказала, что мне подойдет, – я дернула ее, пытаясь сорвать, но меня остановили, мол, нельзя. Зараза! И когда я научусь не доверять этой женщине?

– Извините, Виктория, но я не вижу проблемы. Это и правда наиболее правильный вариант. Такой синий цвет значит, что вы открыты для делового и дружественного общения. Единственное, что я добавил бы еще ленту «не танцую». Но, скажите, странно было, если бы вы всем дали понять, что не желаете общаться, после того как речь прочитали и вас представили?

– Хотите сказать, что Вианна сделала доброе дело? – нахмурилась я, теребя ленту.

– Конечно, а ведь могла и желтую с красной полосой предложить, – мягко улыбнулся Дезмонд и, вспомнив, что я не разбираюсь, объяснил: – Это значило бы, что вы мужа ищете и готовы к флирту.

– Если бы вы вернулись, как обещали, то мне бы не пришлось все это проходить! Я надеялась на вашу помощь. А вы подвели.

– Я искренне сожалею… – поморщился Дезмонд, он на меня не смотрел, а продолжал с вежливым лицом вести меня через бальный зал. Нас то и дело останавливали, здоровались, но там, где я опешила бы, Дезмонд принимался пожимать руки или выделывать пальцами какие-то жесты. Я детальнее присматривалась к встреченным людям, старалась как можно менее криво улыбаться и мысленно бесилась. Бросил ведь! Как есть бросил! А если бы не появился?.. То что бы я делала?

– Третий сигнал, – он вдруг остановился, а потом подхватил меня под локоть и увлек ближе к стене. – Сейчас снова будут танцы.

– А что же вы прячетесь тогда? – язвительно спросила я. – Ваша партнерша, наверное, места себе не находит!

– Сколько раз мне нужно извиниться? – устало спросил он. Но меня таким было не пронять, дело же было не только в моем комфорте, но и в работе.

– В следующий раз такие исчезновения я приравняю к невыходу на работу. Сколько прогулов нужно, чтобы вас уволили?

– Виктория!.. – ошарашенно посмотрел на меня Дезмонд.

– Что Виктория?! Разве что-то не так? Оставили рабочее место, спонтанный отпуск. Я по доброте душевной дала вам, так сказать, этот отгул. Не вернулись к сроку. В следующий раз берите в счет отпуска или за свой счет заранее. За неделю! А лучше за две! Если никто не умер, конечно. А если совсем никак вовремя на работу ходить, то переходите в разряд волонтеров, а я возьму кого-то на ваше место. Потому что позволить вам занимать должность и пропадать где-то у меня средств банально нет!

– Вы разозлились, – сказал очевидное Дезмонд.

– Конечно! С чего это из-за ваших любовных приключений должны страдать другие? – я, может, и преувеличивала, но очень уж меня задело то, что Дезмонд не придал особого внимания тому, что не вернулся. И даже не написал, не предупредил! Ну что за детский сад!

– Это не любовные! – выпучил он глаза, разом теряя остатки чопорности английского лорда. – Межде нами ничего нет! Кроме помолвки по договоренности. И свадьбы...

– Ну да, свадьба это совсем ничего! Но мне все равно, – вздернула я гордо подбородок и потребовала: – Скажите, с этой лентой я что, совсем даже отказаться от общения не могу?

– Можете… Если не хотите общаться, то просто завяжите несколько узлов на ней. А если просто хотите отказать в общении конкретному человеку, нужно так, чтобы он видел, сложить ленту и зажать в кулаке… Но, Виктория...

– Отлично, – я тут же быстренько свернула гладкую ткань гармошкой и продемонстрировала это сверточек Дезмонду. – Вот так, да? Теперь вы должны обходить меня стороной?

– Виктория, пожалуйста, не надо так, – как-то растерянно пробормотал Дезмонд, выглядел он подавленно. – Я слишком привык к тому, что Эдвард знает о моих семейных обстоятельствах, поэтому я просто предупреждал его, а потом, конечно же, справлялся со всеми накопленными делами по возвращению. И заочно мои отпуска принимали. Но нынешние обстоятельства для меня тяжелые…

– Виктория, что такого сделал мой младший брат, что вы его лишаете своего общества?

Из-за ссоры я не сразу заметила, как мы с Дезмондом оказались не одни. Но, по правде говоря, королева – а я предполагала, что это она – подкралась очень тихо. Сейчас у меня появилась возможность рассмотреть женщину ближе. Несмотря на уже взрослых сыновей, она выглядела свежо и по-девчоночьи весело. На нашем с Дезмондом фоне – двух угрюмых взрослых – почти что юной девушкой.

– Я не?.. Постойте, младший брат? – наконец поняла я то, что услышала. И даже как-то легче на душе стало. Никто, значит, королеву едва совершеннолетней замуж не выдавал!

– Да, младший и непутевый, вот все никак пристроить не могу, – игриво вздохнула она, прижав ладошку к щеке, и ущипнула Дезмонда за бок. Это было смешно, особенно когда на щеках моего заместителя появился румянец. – Может, возьмете?

Я не утерпела – хрюкнула от смеха, едва успев прикрыть рот рукой. Говорила королева так, будто котика предлагала приютить, мол, к лотку приучен, мурчальник встроенный, ест все, породистый, не мстительный. На мгновение я даже решила, что предложение заманчивое. Но потом мотнула головой:

– Так оно не делается, да и вашего брата уже забрали. – Как-то не так оно прозвучало, так что я поспешно прибавила: – Ваше величество.

– Кто? – нахмурилась королева и повернулась к Дезмонду. – Ты серьезно, что ли? Та киллба сушеная, пучеглазая?

– Ты же сказала, что эта свадьба укрепит позиции Андоры на внешнем рынке, – нахмурился Дезмонд. Обо мне даже на мгновение забыли, и этому я и рада была. Но исчезать не хотелось, а послушать было интересно. Не часто королевские и не очень индивиды при мне ссорятся.

– А еще сказала, что интеллект ребенка во многом зависит от интеллекта матери! – королева постучала себя по голове. – Или ты намека не понял? Позиции-то укрепит, но семью-то вряд ли крепкую создать получится! – И, не дав вставить брату и слова, поднялась на цыпочки и схватила его за ухо. – Вырос-то как! А ума чуть больше, чем у Реджи! Я же знаю, что ты скорее на каком-то кро-ко-ди-льи женишься, чем на Барбаре… Так зачем?..

– Я не… – он заморгал, как будто совершенно потерял ориентиры. – Но ведь надо… Долг...

– Часики тикают, – тихо себе под нос фыркнула я.

– Да у него вечно что-то тикает в голове, – услышала меня королева, но по-своему поняла фразу. – Как тикнет что-то, так не переубедишь. Он в семь лет руку в нору грошки сунул, едва пальца не лишился. А я ведь говорила, что нельзя! Что грызун агрессивный! А Деззи мне: «Он пушистый, хочу потрогать». Потрогал, дурачок мелкий.

– Эльза! – чуть ли не прошептал мой заместитель, пятна румянца стали заметнее. Я старалась не рассмеяться и даже заметила за собой, что вместо раздражения и обиды почувствовала еще и чуть-чуть жалости. Все-таки кому приятно, когда твои детские шалости или ошибки вспоминают?

– Он тогда все равно мне не поверил, а ведь мне уже почти семнадцать было, я определенно больше знала, – сообщила королева Эльза. – И с тех пор все возится с животными. И что ты собирался делать дальше, после женитьбы? Бросить своих зверей? Так ты сам же взвоешь не хуже какого-то голодного хищника!

– Я смирился.

– Ну и дурак! Но я твоя сестра, так что поддержу все, что ты решишь, главное, чтобы ты головой думал, а не тем местом, на котором сидишь! – фыркнула она и чуть смущенно сказала уже мне: – Может, вам показалось, что я достаточно вольно выражаюсь. Но после рождения сыновей я стала сдерживать слова, которые порой вылетали сами по себе. Вот что бывает, когда король вдруг выбирает в супруги военного инструктора… 1439f7c

Она подмигнула мне и улыбнулась, рассматривая мою, скорее всего, удивленную физиономию. Ну да, было чему удивляться. Другой мир – другие правила. Можно быть отпрыском знатного семейства и преподавать бой в учебке или зверей ловить. И за короля замуж выйти. А король – это что-то вроде должности, самого главного администратора в стране, потому что не сказать, что у королевской семьи самые роскошные одежды. А украшений на Эльзе было меньше, чем на той же Барбаре. Да, я это успела заметить.

– Так что он совершенно свободен, – подмигнула мне королева. На что я тут же возмутилась, мол, Дезмонд же мой заместитель, и он рядом стоит, и вообще замечательный человек, но…

– Расслабьтесь, – рассмеялась эта коронованная возмутительница моего спокойствия и приобняла брата за талию. – Я шучу. И я рада, что кто-то взял на себя заботу о заповеднике, а то Деззи совсем грустный ходил, столько дел… столько дел! Вы молодец, Виктория! Хорошего вам вечера.

Мне достались искренние королевские обнимашки, отчего я еще какое-то время разминала плечи, все-таки хватка у королевы Эльзы оказалась внушительная. Как обняла, так весь воздух выдавила. Но королева ушла, и мы остались с Дезмондом одни.

– Значит, Деззи, – протянула я, ухмыляясь.

– Не вздумайте! Вы же не можете так со мной поступить! – взмолился Дезмонд, но, к его печали, у меня было чем крыть.

– За Деззи я вам прощу, так и быть, то, что вы не вернулись.

– А иная плата?.. – скорбно спросил он. Но я максимально четко мотнула головой, мол, никак нет. Дезмонд вздохнул и предложил мне уцепиться за его локоть. Бал все еще не был окончен.