27

Ксеня

В шесть как же. Бегу прямо, волосы назад.

Мысленно костеря невесть откуда свалившегося на мою голову Волкова, поднимаюсь на свой этаж.

Жени в комнате не оказывается, что явно играет мне на руку. Хоть домашнее задание сделаю без ее навязчивого жужжания.

Раздевшись, завариваю себе чай, достаю из сумочки шоколадный батончик, и усевшись за стол, открываю учебник.

Только вот вместо заданной темы в голову настырно лезут мысли о Волчаре.

Зачем ему было ехать со мной? Для чего смотреть так на меня, будто он и правда сильно рад меня видеть?

По какой причине назначать встречу? Разве так себя ведут мужчины, получившие секс просто за красивые глаза?

А глаза у него и правда красивые. Особенно когда он улыбается, блестят прямо, как снежинки на солнце.

Тьфу ты, Ксенька! Нашла о чем думать!

Психанув на саму себя, возвращаюсь к заданиям, когда из сумки доносится мелодия входящего звонка.

Не успев откусить батончик, отправляю его на блюдце и отыскиваю телефон.

Анютка.

Едва принимаю вызов, как из трубки доносится нетерпеливое:

— Ты одна? Вадим не рядом?

— Конечно одна, — возмущённо отвечаю, — или ты думала, я прямо сейчас вот так с ходу прыгнула к нему в жаркие объятия?

— Ну не знаю, мало ли. Судя по вашему диалогу, могла, — слышу, как она улыбается, а потом переходит на серьёзный тон, — а вообще, Ксень, я бы в жизни не подумала, что этот твой рассказ был именно о Вадиме.

— Почему?

— Ну… потому что я пару раз с ним встречалась, и он не создаёт впечатление гулящего.

— Как будто гулящих можно раскусить на раз два, — фыркнув, замолкаю, а потом озвучиваю вопрос, который похоже нам обеим не даёт покоя, — Ань, как? Как вообще такое возможно, чтобы он оказался знаком с твоим Андреем?

— Я тоже об этом думала, — произносит, не сдержав изумленного смеха, — Мы сами с ним в шоке. Андрей говорит, что если бы знал, то уже давно ему бы позвонил.

— Это ещё зачем?

— Потому что видно было невооружённым глазом, что Вадим рад тебя видеть.

Хмыкнув, направляю взгляд в окно, где снова сыплет крупный красивый снег.

— Прям уж. Думает небось, что снова ему что-то перепадёт. Наивный. К жене вон пусть идёт своей.

Морщусь от одного слова «жена».

И опять это мерзкое чувство заползает в нос и щиплет там.

— Слушай, — отвлекает меня Аня задумчиво, — может тебе станет легче, но Андрей сказал, что они разводятся вроде как.

— Неужели узнала о его похождениях? — не удерживаюсь от колкости — Я бы тоже развелась.

— Этого не знаю. На сколько мне известно, они просто хорошие знакомые с Андреем. Вряд-ли Волков стал бы посвящать его в основные причины.

— Да тут и думать нечего. Не выдержала женщина. Пока она беременная его дома ждала, он там со мной развлекался.

С каждым словом на языке горечь все сильнее и сильнее растекается.

Ужасно. Отвратительно. И самое ужасное что часть меня, когда его сегодня увидела, жутко обрадовалась.

Это прямо ни в какие ворота!

— Может лучше у него все сначала узнать, чем строить догадки? – резонно предлагает Аня.

Только вот что он мне скажет? Уже примерно представляю. Не раз смотрела фильмы про мужей, которые льют сироп в уши девушкам, а не деле жен своих бросать и не собираются. Хотя, мне такого и не надо. Как говорит моя бабуля, на чужом несчастье счастья не построишь.

— Не знаю. Не хочу его видеть, — мотаю категорично головой.

— Ксень…

— Все Анют, давай завтра поговорим.

Вздохнув, подруга ещё раз советует мне поговорить с ним, а потом прощается.

Я же возвращаюсь к домашнему заданию. На этот раз заныриваю в него с головой, а когда выныриваю, понимаю, что на часах без двадцати шесть.

Вот черт.

Сердце начинает раскачивать ребра. Как дети, когда прыгают на батуте.

Сначала медленно, а потом быстрее и быстрее, подпрыгивая к самому потолку. Вот оно у меня сейчас грозится через рот выскочить.

Хочу ли я видеть Вадима? В памяти всплывают двое суток что мы провели вместе. Секс, совместный душ, то, как мы валялись в снегу, его губы, взгляды…

Бооожечки…

Нет, не хочу! Не хочу, и всё тут!

Вскочив с места, хватаю с вешалки куртку, натягиваю на голову шапку, бросаю в сумку телефон и на всех парах несусь к выходу.

Пока спускаюсь по лестнице, застегиваю замок.

Выбежав из здания, старательно обхожу место, на котором сегодня дважды поскользнулась, и уткнувшись в асфальт взглядом, чтобы снова не упасть, тороплюсь унести ноги.

Вот только не успеваю сделать и десятка шагов, как сзади раздается сигнал клаксона.

Вздрагиваю и машинально останавливаюсь. Отчего-то знаю, что это Волков.

Пульс в миг разгоняется до ста восьмидесяти ударов в минуту.

Медленно развернувшись, вижу припаркованный автомобиль, на котором мне уже посчастливилось прокатиться. И даже посидеть за рулём.

В нашем захудалом дворе он выглядит как нечто несуразное. Слишком дорогое для обычной серой девятиэтажки, где припаркованы машины старых моделей.

Водительская дверь открывается и на улицу выходит Волков.

— Далеко собралась? – кричит мне, захлопывая дверь и направляясь ко мне.

— Ты же сказал, что в шесть приедешь, — выдавливаю сквозь плотно сжатые зубы.

— Решил перестраховаться. Наученный опытом, подумал, что ты можешь и пятками сверкнуть.

Подходит ближе, весь такой в светлой кофте с воротом под горло и джинсах. Побрился. Переоделся. Днём на нём была темная кофта.

— Угадал, — хмыкает, кладя ладонь мне на талию и подталкивая к машине. – Ты всё-таки не Золушка, а Красная Шапка, Ксеня, надеюсь, помнишь об этом?

— Конечно, не Золушка. Та принцу туфельку оставила. А я тебе нет. Знаешь, почему? – разворачиваюсь у двери машины, которую он как раз для меня открывает.

Вадим вопросительно заламывает бровь.

— Потому что ты не принц совсем.

— Дык я не спорю. Я же Волк, — клацнув зубами, указывает мне головой на дверь, — прыгай давай.

Насупившись, усаживаюсь на пассажирское сиденье, а Волков закрывает дверь. Обходит капот и занимает водительское.

— Ты не просто волк, — говорю ему, пока он заводит машину, — ты бессовестный, хитрый, беспринципный, — резко замолкаю, потому что он внезапно оказывается в миллиметре от меня.

Мне в нос ударяет древесный аромат его одеколона, глаза сами утыкаются в чувственные губы. Влипаю спиной в сиденье, а потом слышу, как Вадим берет ремень безопасности и перетянув его через мою грудь, защёлкивает.

— А ещё очень голодный, — произносит, зеркаля мой взгляд и ввинчиваясь им в мои губы.

Я шумно сглатываю.

— Не вздумай, — предупреждаю, видя, как синие глаза заволакивает уже знакомой мне темнотой.

Вадиму требуется пара секунд, чтобы шумно выдохнуть и вернуться на своё место.

— Да понятное дело. Сначала уж реабилитируюсь.