Глава 40

– Сестренка, чего сидишь, повесив нос? Смотри, какая хорошая погода.

Лиза обняла Настю, которая сидела на широком подоконнике второго этажа дома родителей и смотрела в окно. Погода действительно была хорошая, шел пятый день нового года. Небо было хмурое, но падал пушистый снег, оседая на лапах елей.

Папа во дворе орудовал большой лопатой, расчищая дорожки, мама на кухне готовила яблочный пирог. А их старшая дочь Анастасия грустила, скучала и тосковала.

Совсем не так она себе представляла встречу этого Нового года, хотелось бы в этот момент быть с любимым мужчиной, но получилось только в кругу семьи и друзей. Тоже весело и хорошо, но не то. Не каждый может похвастаться дружной семьей и веселыми соседями. Но на душе была тяжесть, словно ее придавила могильная плита и не дает вздохнуть, не дает нормально жить.

Настя старалась не плакать, не портить всем праздник своим кислым видом, но, когда оставалась одна, чувства переполняли. Слезы сами собой текли по щекам, девушка кусала губы, заставляла себя взять в руки, но не получалось.

Наверное, для этого должно пройти больше времени, чтобы забыть мужчину, которого Настя по-настоящему полюбила. Чтобы не думать о нем постоянно, чтобы не упрекать себя за то, что совершила.

– Ну, так и чего ты такая грустная? Смотри, это пока только я вопросы задаю, вечером это будут делать родители. Они уже обеспокоены тем, что их любимая Настенька как-то странно себя ведет. Может быть, ей нездоровится или что еще? А могут вообще к гинекологу потащить. Слушай, а ты не беременна? Я слышала, что у беременных адские перепады настроения из-за гормонов.

– Нет, Лиза, я не беременна.

Настя ответила, а сама подумала: «Наверное, не беременна». Нет, она точно была не беременна, хотя они с Сергеем не предохранялись практически никогда.

Да и мало времени прошло, чтобы думать об этом, и вообще, она не собирается забивать свою голову такими мыслями, еще не хватало из-за этого впасть в депрессию. А потом слезы лить о том, что она будет матерью-одиночкой.

– Это все вопросы?

– Рассказывай, кто он? Твой новый секси-босс? – Лиза хлопнула в ладоши, глаза загорелись. – Точно, это он! Я видела, какими глазами он на тебя смотрел. Хищник, сразу видно.

– Ой, что ты можешь знать о хищниках, тебе двадцать лет. Будет.

– Ну и что? Я что, с мужчинами не общаюсь?

– С малолетками ты общаешься.

– Неправда, не все они малолетки. У меня разные бывают знакомые. Вот, например, недавно я ужинала с очень богатым мужчиной.

– Так, роковая женщина, отстань от меня.

– Да ты в него влюбилась! Боже мой, как романтично! Все по классике: секретарша влюбляется в своего босса. Как в кино, только показывали по телеку. Рыжова по уши втрескалась в Самохвалова и забрасывает его любовными письмами. Я сейчас описаюсь от смеха. Ты писала письма?

– Дура какая.

– И почему это я дура? Я смотрю на мир широко раскрытыми глазами и вижу, что тебе плохо и что ты влюбилась. Сорокина Валька, одноклассница моя, так же страдала, сидела и сопли наматывала на кулак, то в окно, то в телефон смотрела. Проверяла, не пишет ли любимый. Кстати, твой пишет?

– Отстань.

– Зря, я могу дать дельный совет. А хочешь, я к нему съезжу? Говори, где он живет. Привезу сюда, будем вас мирить, если вы поругались. Отца подключим, если что, он его в сугробе прикопает, маман пирог испекла.

Младшая сестренка достала со своими гениальными идеями, но деваться было некуда, а еще нужно было выговориться, излить всю свою горечь, печаль и обиду.

– Ну давай, давай, я слушаю, – Лиза смотрела огромными глазами, такая хорошенькая, как куколка, прямо Дюймовочка, заморгала ресницами, прикусила нижнюю губу, сосредоточилась.

– В общем, я поступила очень плохо.

– Ты изменила ему, и он узнал об этом?

– Нет, Лиза, когда бы я могла изменять и с кем?

– Ну, не знаю, в твоем подъезде много подозрительных личностей живет, один Матвей чего стоит.

– С ним был инцидент, но он исчерпан, Сережа его наказал.

– Сережа. Боже мой, Сережа, – Лиза повторила имя несколько раз, закатывая глаза, рисуя в воздухе сердце. – Блин, как романтично, даже завидую. И дальше что?

– Ну как с тобой можно о чем-то серьезно разговаривать?

– Извини, извини. Это все романтические новогодние комедии так на меня действуют. Ты же знаешь, я люблю треш, чтобы были трупы, кровища, маньяки обязательно – это вот мое. С мамой приходится смотреть всякую сопливую чушь. Так что это был за поступок?

– Ты понимаешь, вроде все у нас складывалось хорошо, – Настя шмыгнула носом. – Я, конечно, звезд с небес не хватала и не рассчитывала вообще на что-то серьезное. Но с ним было так хорошо, свободно и легко, когда ты понимаешь, что это вот твой мужчина. Понимаешь, что именно с ним позволено все в любом плане, ты отпускаешь себя, чувствуя гармонию и что вы одно целое.

Лиза поджала губы и сделала серьезное лицо. Понимала она мало, потому что ей еще не встретился такой мужчина, у нее было еще все впереди.

– А дальше что?

– А дальше как-то затянуло, что оторваться не было сил. А тридцатого приехала его девушка.

– Девушка? Вот кобель!

– Да, да, рыжеволосая эффектная стерва по имени Элина.

– Ну и что, что приехала стерва? Даже стерва не стена, можно отодвинуть.

– Такую не отодвинешь, это дочь генерального директора компании.

– Вот это серьезно. И что сделала ты? Окунула ее в унитаз головой?

– Это как раз твои методы. Я совершила подлость, я подставила Сергея. Специально изменила цифры в годовом отчете.

– И что за это ему будет?

– Не знаю, сейчас понимаю, что ничего. Может быть, вызовут в Москву, погрозят пальцем, но доченька генерального отмажет, все спишут на опечатку или еще что, но все равно я не горжусь своим поступком. Я не такая, Лиза, ты понимаешь? Я не могу делать все исподтишка, за спиной, строить гадости и козни, это подло, это словно была не я.

– И кто же тебя на это надоумил? Ты сама не могла. Я тебя знаю, ты всегда стояла за правду и справедливость, даже в школе сдавала тех, кто списывал. Кто? Твоя Катька? Точно она, подлая сука.

– О чем ты говоришь? Все уже сделано.

– Это она все сделала твоими руками. А знаешь, с кем я недавно ее видела в одном кафе?

– С кем?

– С вашим заместителем, Винокуровым, слащавым придурком, фу, он такой мерзкий, даже ко мне подкатывал. Они сидели, мило шушукались и целовались, а потом ушли в отель, на второй этаж. Так что у Катьки свои интересы, она хочет, чтобы ее любовник стал директором. Даже я это поняла за пару секунд. Господи, Анастасия, а ты старшая сестра, ты ничего вокруг не видишь.

Мысли начали путаться, обгоняя друг друга, получается, Лиза права, подруга и правда преследовала свои интересы, хотя и говорила, что всем поможет тот факт, что Волкова снимут с должности. Но про ее роман с Винокуровым Настя ничего не знала, даже не догадывалась. Вот тебе и подруга.

– Это ничего не меняет. Все, что я сделала, я уже сделала. Я подставила его. Я предала. И даже если между нами что-то будет, то он не простит. К какому бы исходу это ни привело.

– А поехать все исправить? Выслать нормальный отчет?

– Нет, я думала об этом, не хочу врать. Больно от этого.

– А ты простишь, что он, после того что между вами было, трахал рыжую? Что, если у них все было, и не раз? Как же око за око, зуб за зуб?

– Нет. Я считаю, что это неправильно, я не знаю, что там у них было или нет, но я совершила подлость, расскажу ему все и уволюсь.

– Он звонил, писал?

– Да, все эти дни, кроме сегодня. Я не отвечала и не читала, чтобы он не видел.

– Вот же дура какая. Разблокируй телефон и дай мне посмотреть, что писал. Капец, мужик ей написывает, а она сидит плачет.

Настя поддалась уговорам сестры, отдала телефона. Лиза начала быстро бегать пальцами по экрану, затем читать сообщения, а под конец улыбнулась.

– Ну все, клиент готов. Он в тебя влюблен по самые помидоры. Ты его записала «Серый Волк», как забавно. А он, наверное, тебя «Красная Шапочка», угадала? Боже мой, с моим аналитическим умом мне надо работать в бюро прогнозов. Я все знаю наперед. А может, стоит в экстрасенсы податься, сейчас это модно. Так, короче, мой вывод. Мужик тебе не изменял, но если это и было, то притворяется умело, а поговорить хоть как надо. Пишет, что скучает, что видит тебя в каждом сне, что хочет поговорить, что опять скучает, что хочет видеть. Ну, все банально, как у всех мужиков, никакой фантазии.

– Я уволюсь сразу после каникул. Уже написала заявление.

– И окропила его слезами. Конечно, увольняйся. Девушка директора не должна быть секретарем, как-то стремно это.

Лиза совершила несколько манипуляций в телефоне сестры, перекинула контакт Серого Волка к себе и отдала смартфон Анастасии.

– Не убивайся сильно, Настена. Все будет хорошо, вот увидишь, придет твой Серый Волк и спасет свою Красную Шапочку. В сказке все было по-другому, Шапочку спасли дровосеки. У тебя нет знакомых дровосеков?

– Нет, иди уже, надоела. От твоей болтовни голова заболела.

– Ты же моя дурында. Я же говорила, что ты росомаха. Не дай бог мне так же страдать.

Лиза обняла сестру, повалила на подоконник, начала щекотать, девушки громко засмеялись. А в это время мама позвала с первого этажа пить чай на веранде с яблочным пирогом.

Хорошо, что у них есть семья и люди, которые поддержат. А со своими чувствами она как-нибудь разберется.