Глава 28

Оставшись одна, я некоторое время пометалась по пустой квартире, приготовила ужин, посмотрела новости по телевизору. Послушала о внезапной вспышке бешенства. Диктор настойчиво предупреждала не ходить в лес и быть осторожными на улицах города.

С раздражением выключила телик и бросила пульт от него на диван. Странно это все! Такое впечатление, что кто-то покрывает оборотней и всю стаю. Возможно, есть в полиции тот, кто всякий раз помогает им выкручиваться. Журналисты ухватились за сенсацию и теперь муссируют ее. Конечно, кто еще может нападать на людей, кроме бешеных животных? Монстров же не существует!

Зазвонил телефон. В надежде, что это Рик, схватила трубку. Звонила мама.

– Мама? – ответила я.

– Джессика! – голос мамы был странный, звучал как-то глухо и хрипло.

– Мама, что случилось? Что у тебя с голосом? – мгновенно насторожилась я.

– Горло болит, – отмахнулась она, – Джессика, приезжай немедленно! Бабушке плохо!

У меня задрожали руки. Я точно знала, что не станет она мне звонить просто так. Наверняка, и голос такой, потому что она звонит мне втайне от бабушки. Та никогда в жизни не призналась бы, что ей совсем плохо. Не привыкла она быть кому-то в тягость. Но раз мама решила мне все-таки позвонить, значит, дело серьезное.

– Я скоро приеду! – я отключилась и стала одеваться. Набрала номер Рика, но тот не отвечал. Беспокойство за бабушку все нарастало. Быстро написала записку Рику, но очень надеялась, что вернусь до его возвращения.

Идти пешком было чистым самоубийством, поэтому вызвала такси. К дому бабушки добрались без приключений. Расплатившись с таксистом, вышла из машины. Свет горел только в одном окне. Странно!

– Спасибо! – захлопнула дверцу и поспешила на крыльцо.

Распахнула дверь.

– Мама! Бабушка! – крикнула я. Тишина.

В сердце заворочалась тревога.

– Мам!

Где же они?

Я заглянула в гостиную. Пусто.

– Бабушка!

– Джессика, мы тут! – услышала я родной голос, облегченно выдохнула и пошла на кухню на зов.

Мама и бабушка сидели за столом. Перед ними стояли чашки с чаем, джем и блюдо с фирменным бабушкиным пирогом.

– Проходи, детка, – услышала я голос у себя за спиной и повернулась.

Прямо за мной стоял Дамиан и глумливо улыбался.

– Что ты здесь делаешь? – прошипела я, оглядываясь на маму.

Она сидела все в той же позе и будто не слышала ничего.

– Меня пригласили в гости, – хмыкнул оборотень, – будешь чай?

Он подошел к столу, достал еще одну чашку, налил в нее напиток.

– Сколько тебе сахара? – участливо поинтересовался оборотень.

– Пошел ты!

Я напряженно наблюдала за каждым его движением.

– Ясно, – вздохнул Дамиан, – значит без сахара? Бережешь фигуру?

Он опустился на стул, стоявший между мамой и бабушкой. Хитро посмотрел на меня, подмигнул и закинул руки на плечи моим родным.

– Убери лапы! – зарычала я.

Дамиан неспешно растянул губы в улыбке. Нарочито медленно повернул голову и посмотрел сначала на одну, потом на другую женщину.

– Фу, как некрасиво! – скривился оборотень, – Так разговаривать с гостем!

– Тебя сюда никто не приглашал! – выпалила я, с ненавистью глядя в его серые глаза.

У него на руке мгновенно вырос коготь на указательном пальце, которым он провел по щеке моей мамы. Я смотрела, как царапина набухает кровью, как тоненькая красная струйка покатилась от щеки по шее и спряталась за шиворот.

– Разве? – выгнул брови оборотень.

Он щелкнул пальцами и мама заговорила:

– Джессика! Что ты делаешь? Как ты могла с нами так поступить?

Она повернулась и гневно посмотрела на меня, правда взгляд у нее был какой-то расфокусированный.

– Что? – опешила я.

– Ты обманула нас! Ты скрывала от меня своего жениха!

– Жениха? – все происходящее уже было похоже на бред.

– Жениха! – она повернулась и посмотрела на улыбающегося альфу.

– Мама, он мне не жених! – от одной только мысли затошнило!

– Конечно! Ты ведь бросила его! – родительница хмуро сдвинула брови, – Связалась с каким-то прохвостом!

– Не говори ерунды! Дамиан никогда не был моим женихом!

– Я бы не был так уверен! – хмыкнул оборотень. Казалось, он получает удовольствие от всего, что сейчас происходит. Да точно получает!

– Заткнись! – меня уже буквально трясло от злости.

– А то, что? – с вызовом спросил он.

– Что ты с ними сделал? – мне решительно не нравился стеклянный взгляд моих родных.

– Нравится? – самодовольно усмехнулся Дамиан, – Зелье покорности! Новейшая разработка. Вот решил испробовать. Как видишь – действует безотказно!

Кошмар! Надо срочно что-то делать!

– Не рыпайся, – как будто прочитав мои мысли, промурлыкал этот волчара, – иначе за их жизни я не дам и ломаного гроша!

Я сжала зубы.

– Они ведь тебе не нужны!

– Не нужны, – гадкая улыбка зазмеилась по его губам. Молниеносно встав и сократив между нами расстояние, Дамиан навис надо мной и зло посмотрел прямо в глаза, – зато ты нужна мне! Пойдешь со мной, оставлю их в живых, будешь сопротивляться – я буду убивать их медленно и с удовольствием прямо на твоих красивых глазах, а после этого ты выпьешь зелье покорности и все равно станешь моей парой. Выбирай, детка!

Он схватил меня за волосы и притянул к себе, с шумом вдохнул воздух рядом с моим виском, потом прижался губами к щеке и провел ими к уголку моих губ. Я судорожно вздохнула и закрыла глаза. Опустила ресницы, чувствуя, как потекли крупные слезы по лицу. Дамиан слизнул одну слезинку.

– Мммм! Малышка, ты просто великолепна! Не могу дождаться, когда ты станешь моей!

Я повернула голову и посмотрела в его уже звериные янтарные глаза.

– Ты не сможешь заставить меня добровольно быть с тобой, – проговорила я, – тебе ведь это нужно для совершения ритуала?

Тень растерянности мелькнула на его лице, однако оборотень быстро взял себя в руки.

– А зелье нам на что? – насмешливо спросил он, – Поверь мне, с ним ты будешь согласна на все, что угодно! Итак, я спрашиваю тебя еще раз – какой вариант ты выбираешь? Идешь со мной, или смотришь на смерть своих родных.

Я посмотрела на отрешенные лица мамы и бабушки, казалось, они вообще не замечают нашего присутствия, повернулась и ответила:

– Хорошо, я пойду с тобой, Дамиан.

Этот гад медленно растянул губы в улыбке и протянул ко мне руку, чтобы обнять. Я отпрыгнула, как ужаленная.

– Лапы убрал! – прошипела я.

Он демонстративно сложил их на груди.

– Если я уйду с тобой, поклянись, что моих родных никто не тронет! – потребовала, глядя ему в глаза.

На миг в них мелькнула ярость.

– Поклянись! Дай мне слово альфы!

У Дамиана дернулась щека. Кажется, я его все-таки достала.

– Не перегибай! – рыкнул он.

– А то что? – меня уже начло потряхивать, – Убьешь их? Меня? Если ты не дашь мне сейчас слово, что им не будет грозить опасность, после того как уйду с тобой, я сейчас вскрою себе вены!

Жестом фокусника вытащила свой любимый стилет из чистого серебра у себя из потайного кармана и приставила лезвие к запястью. Слегка надавила на него, серебро сверкнуло в свете люстры, отразившись в опять ставших янтарными, глазах волка. Едва коснувшись кожи, стилет, будто голодный зверь, впился в мою руку, с жадностью выпуская кровь. Тягучая темная капля сорвалась и упала на пол, оставляя за собой красную кляксу.

Дамиан с жадностью втянул воздух сквозь сжатые зубы.

– Ты меня дразнишь, детка? – проревел он, оголяя клыки.

Я мило улыбнулась и еще надавила на лезвие.

– Ну что ты! – я в притворном удивлении выгнула бровь, – Я тебе наглядно демонстрирую, что ты реально можешь остаться без Волчицы! Если моей матери и бабушке будет грозить хоть призрачная опасность, то я в этом не участвую! Мне плевать на то, что будет со мной. А тебе?

Грязно выругавшись, Дамиан что-то проговорил на непонятном языке, затем отрастил себе коготь, распорол им себе ладонь, продолжил что-то бормотать, выливая кровь на пол. Варвар! Пятно на полу обрело вид какой-то странной руны, вспыхнуло белым светом и пропало.

– Довольна? – резко поднял на меня глаза оборотень. Я вздрогнула от полного ненависти взгляда и кивнула. Довольна! Наверное.

Он схватил меня за руку и потащил за собой.

– Чтобы ты знала, – на ходу проговорил взбешенный альфа, – такое слово могут требовать только члены стаи или другой альфа, когда от этого зависит жизнь и благополучие остальных волков.

– Очень мило! – фыркнула я.

Он резко остановился, не выпуская моего запястья, развернул меня к себе и, приблизив свое перекошенное яростью лицо, прошипел прямо в губы:

– Ты ответишь за каждое слово, что я произнес, давая тебе эту клятву! Дать человеческой девчонке такое слово, все равно, что признаться в собственной слабости! Это позор для волка!

Мне показалось, что он меня сейчас ударит. Даже зажмурилась. Но он лишь снова втянул в себя воздух рядом с моим лицом и зарычал.

– Ты провоняла охотником насквозь!

Я с надеждой посмотрела на него.

– Я знаю, ты берег меня для себя, не подпускал никого из парней. Планировал сделать своей самкой. Но все пошло не по плану. Ведь так? Так может быть, оставишь в покое «порченный товар»?

– Порченный? – Дамиан недобро сузил глаза.

– Ну да, – я улыбнулась во весь рот, от души радуясь, что Рик появился в моей жизни, – я люблю его! И буду любить всегда! Каким бы ты зельем меня не поил, ничего не получится. Так что пора признать свое поражение и отпустить меня!