Аннотация
Завернутые в белую пергаментную бумагу, внутри лежали туфли. Красная замша, украшенная выбитым орнаментом и вышивкой. И тонкий, как игла, десятисантиметровый каблук. Ева помнила, как будто это было вчера, как продавщица в магазине уверяла их, что каждый стежок в вышивке - ручная работа.
- Они еще и красные! - мать всплеснула руками, став позади нее. - Посмотри на эту "шпильку" - только ненормальный мог купить девушке такое орудие пыток на ноги.
Одна из первых проб пера.
Ева
— Я не понимаю, правда.
Татьяна Павловна посмотрела на дочь с удивлением и пожала плечами.
Ева внутренне тяжело вздохнула, но виду не подала. Споры с матерью обычно заканчивались тем, что та либо доказывала свою правоту, добиваясь этого всеми доступными средствами, либо обижалась, нарочито двыпячивая свое несогласие. Но, как показывал многолетний опыт, даже второй вариант мог перерасти в первый. Потому что зачастую проще было кивнуть и согласиться, чтобы потом все равно сделать по-своему.
— Они мне не нравятся. И ступня как будто в колодке.
Ева вытянула перед собой ноги в новых белоснежных туфлях, отделанных искусственными жемчужинами. Она в который раз поднялась, прошлась по комнате и нахмурилась - несмотря на то, что каблук в этой модели был приземистым, ходить в обновке было крайне некомфортно.
— Я в них весь день не выхожу, - подвела она черту под разговором.
— Сможешь, - мать демонстративно сунула ей под нос крышку от коробки, на которой красовался ядовитого цвета ценник с пятизначной цифрой. - Сергей старался, хотел тебе угодить.
- И именно поэтому забыл снять ценник с коробки, - рассеянно пробормотала Ева. - Чтобы я обязательно поняла, насколько сильно он старался.
Слова вырвались сами собой. Она просто озвучила мысль, которая крутилась в голове с самого утра, когда жених, который завтра станет ее мужем, привез свадебные туфли. Ева невесело улыбнулась - наверное, эту свадьбу можно смело назвать самой быстрой свадьбой в мире. Ну, кроме тех, которые совершались совсем уж скоропалительно. Две недели назад Сергей сказал: "Ты станешь моей женой?" Она кивнула, а уже через мгновение, стиснутая в его объятиях, поняла, что поторопилась с ответом.
Но на пути к отступлению были глаза Сергея. Он тут же принялся перечислять рестораны, где бы могла получиться достойная свадьба, гостей, которых нужно пригласить обязательно, вышестоящее начальство. "Ты представляешь, какой это будет шанс наладить неформальное общение?" - приговаривал Сергей, то и дело стискивая ее ладони. Отрешенная от всего происходящего, Ева сказала, что не хочет большой свадьбы. Сергей упрямился, но видимо вид у невесты был слишком несчастный и будущему мужу пришлось уступить. Правда, уже на следующий день пришел с длинным списком гостей. Из которого, после всех перипетий и долгих споров, в конечном итоге осталось только пятьдесят человек. А еще через день Сергей заявил, что начальник, в фирме которого он работал уже не первый год, через две недели собирается ехать в отпуск, так что нужно успеть "до того". Ева сопротивлялась. Тщетно. И мать, и жених считали, что стоит соединить приятное с полезным - свадьбу и толчок для продвижения по карьерной лестнице. "Это же забота и о твоем благе! Муж хочет обеспечить тебе достойную жизнь!" - твердила мать, изо дня в день повторяя одни и те же слова, как заведенная. Ева уже жалела, что сказала ей о предстоящей свадьбе заранее. Последние три года она жила в Москве, понемногу отвыкая от цветущего каштанами пригорода столицы Украины, из которой была родом. Теперь же, когда мать приехала помогать со свадьбой, мир снова перевернулся, возвращая все на несколько лет назад...
- У меня есть новые туфли, я всего раз их надевала, - тихо сказала Ева.
- Что еще за туфли? - нахмурилась мать.
- Хорошие.
Ева сглотнула комок, подступивший к горлу. А потом, пока не передумала, забралась в шкаф, выискивая на нижней полке нужную коробку. Та оказалась в самом низу, перевязанная несколько раз широким скотчем. Сбоку, на белом картоне, нарисованная красным маркером, красовалась маленькая розочка. Рисунок был довольно неуклюжим, но один только взгляд на него заставил Еву улыбнуться. Она села прямо на пол, нежно погладила неживой цветок и поджала губы.
- Ну? - вывел ее из оцепенения раздраженный голос матери.
Не став дожидаться, женщина выхватила из рук дочери коробку и повертела ее в руках. Взгляд Татьяны Павловны скользнул по приклеенному на крышке обрывку магнитного ценника. Она медленно опустила руки и щеки ее побледнели.
- Откуда у тебя это?
Ева подняла взгляд.
- Это подарок Дениса.
Мать начала закипать. Об этом красноречиво говорили танцующие на ее щеках желваки и подрагивающее правое веко. Она так сильно вцепилась в картон, что от натуги побелели суставы пальцев.
- То есть ты собралась на свадьбу с Сергеем обуть то, что подарил тебе ... ... - мать даже имени произнести не хотела, словно боялась отравиться, - ... он?
Ева поднялась, чувствуя, как на плечи свалилась вся усталость, скопившаяся за последние предсвадебные дни. После небольшого сопротивления, мать все же вернула ей злополучную коробку с обувью. Ева подошла к стеклянному журнальному столику, стоявшему прямо посреди комнаты, и поставила на него обновку, которая уже порядком натерла ноги. Потом, с особой осторожностью срезав края скотча, раскрыла коробку и сделала глубокий вдох. В этом маленьком продолговатом ящике, кроме запаха новенькой замши, хранился еще и запах съемной квартиры, в которой они с Денисом прожили несколько лет.
Завернутые в белую пергаментную бумагу, внутри лежали туфли. Красная замша, украшенная выбитым орнаментом и вышивкой. И тонкий, как игла, десятисантиметровый каблук. Ясно, будто это было вчера, Ева вспомнила, как продавщица в магазине уверяла, что каждый стежок в вышивке - ручная работа.
- Они еще и красные! - мать всплеснула руками, став позади нее. - Посмотри на эту "шпильку" - только ненормальный мог купить девушке такое орудие пыток на ноги.
- Я сама их выбрала, - совсем уже беззвучно бросила Ева, погладив пальцами мягкую замшу. - Даже набойка целая.
- Они тебе нравятся? - дыхание Дениса опалило кожу ее уха и Ева почувствовала, что от одного такого шепота начинает густо краснеть.
- Шутишь? Это самые роскошные туфли, которые я когда-нибудь видела.
- Представляешь, как роскошно они будут смотреться на твоих ножках?
Она покосилась на Дениса и едва подавила в себе желание поцеловать его прямо у витрины, на глазах заполненного людьми обувного магазина.
- Только эти туфельки и больше ничего, - продолжал шептать он, поглаживая пальцем ее шею, в том месте, где заканчивалась линия волос.
- Они слишком дорогие, - Ева потянула его за руку. - А мы откладываем на квартиру.
Денис даже глазом не моргнул. И, вместо того, чтобы уйти, потянулся за туфлей...
Денис
Он не любил костюмы.
Отражение в зеркале казалось совершенно чужим, непривычным. Словно стекло играло с ним злые шутки и подсовывало какого-то постороннего человека. Денис стащил пиджак и без всяких колебаний уронил его на пол. Туда же последовал и идиотский галстук, в сине-белых орнаментах. И кто только Оле сказал, что это - стильно?
- Ты уже готов?
В прихожую спустилась девушка, с перехваченными заколкой черными волосами. На ней было узкое карминного цвета платье. Настолько тесное, что Денис вообще не понимал, как в таком можно двигаться и дышать.
- Ты зачем пиджак снял? - Она чуть не задохнулась от возмущения. Пулей подлетела к Денису, собрала в охапку разбросанные вещи, и сунула весь ворох ему в руки. - Одевайся.
- Да зачем? - не понимал Денис. - Свадьба завтра, зачем сегодня-то наряжаться?
Оля тяжело вздохнула. Она определенно рассчитывала на большее понимание со стороны мужа. Но переубеждать Дениса в том, что он вбил себе в голову, было почти что бесполезным занятием.
- Послушай, - начала она именно тем менторским тоном, от которого у него сразу же появлялась оскомина, - мы едем к незнакомому человеку, будем жить у нее два дня, завтра станем родней. Неужели так тяжело понять, что важно произвести хорошее впечатление?
Денис повернул голову к зеркалу, рассматривая цветную татуировку, растянувшуюся на все правое предплечье.
- Я что - на бандита похож? - спросил он, искренне не понимая, как можно оценивать человека по внешнему виду.
Да взят хоть бы его самого - еще год назад, вместо короткой замысловатой стрижки, была черная грива волос. Иногда его даже за девушку принимали, что ввергало Дениса в шок - неужели бывают девушки с таким разворотом плеч?
- Ден, нет, но ты утрируешь и перекручиваешь мои слова.
Оля прижалась к нему, посмотрела щенячьим взглядом.
На короткое мгновение, рассматривая их в зеркальном отражении, Денису показалось, что к тому, чужому человеку в отражении, присоединилась же чужая девушка. Вместе они были хорошей парой - накачанный бодибилдер-любитель и смуглая красавица с томным взглядом синих глаз.
Но себя Денис там не находил.
- Можешь не надевать галстук, - пошла на уступки Оля, - а пиджак потом, когда приедем.
- То есть пусть лучше меня посчитают дураком, который в жару носит пиджак, чем я буду казаться бандитом?
- Май на улице, слишком ты рано спешишь раздеться, - не удержалась и съязвила Оля. - Как хочешь, но на свадьбе ты будешь в пиджаке.
Она развернулась на пятках и пошла вверх по лестнице, нарочно громко тупая ногами.
Через полчаса они уже ехали по дороге в Москву. Тучи затягивали небо, грозя вот-вот пролиться весенним ливнем - в воздухе настойчиво витал запах озона. Оля сидела сзади, изучая глянцевый журнал. Она молчала с самого начала пути, демонстрируя этим, что обиды не забыла. За те полтора года, что они были вместе, Денис достаточно хорошо выучил ее характер - жена обязательно припомнит дурацкий галстук, который он так и не смог оценить по достоинству. Иногда Денис просто не понимал, почему рядом с ним именно эта девушка: как только они сыграли огромную свадьбу, Оля сразу же принялась подстраивать мужа под себя. Хотя шесть месяцев встреч до свадьбы она ни разу не возражала против экстравагантного вида своего любимого. Напротив - по десять раз на дню восхищалась тем, что встречается с фронтмэном молодой рок-группы.
- Оля, - Денис посмотрел на нее в зеркало заднего вида, - почему ты вышла за меня?
Она ответила вопросительным взглядом и ее ноздри стали ритмично раздуваться.
"Ну и зачем я спросил?!" - мысленно поругал себя Денис и попытался улыбнуться. Судя по тому, что к сопению жены добавились еще и сведенные у переносицы брови, улыбка вышла из ряда вон корявая.
- Потому что в моем возрасте пора быть женой, а не девочкой для свиданий, на подхвате у "звезды", - резко ответила Оля и показала ему растопыренную ладонь с обручальным кольцом. - Или ты забыл, что сам сделал мне предложение?
Денис устремил взгляд на дорогу. "Сам сделал предложение" - это было слишком громко сказано. Когда Оля впервые осталась у него ночевать, Денис не возражал. Кто мог знать, что на следующий день она опять останется, только на этот раз предусмотрительно захватит зубную щетку и "маленький" пакет с самым необходимым. Еще через неделю, Оля сказала, что родители не простят ей проживания с мужчиной без брака. Хотя тогда ей было уже двадцать пять и Денис сильно сомневался, что отец девушки заявится к нему домой с архаичным требованием вести дочь под венец. Но спорить не стал, а вместо этого предложил Оле какое-то время пожить у него. А уже через месяц, за ужином, она просто спросила Дениса, когда он планирует организовывать свадьбу.
- Как невесту хоть зовут? - перевел разговор в другое русло Денис. Он чувствовал, что продолжать тему их собственного брака не стоит. Еще хватало еще появиться в доме восторженной невесты в самом разгаре супружеской ссоры.
- Ева, - буркнула Оля и снова уткнулась в журнал. - Я ее раз только видела, осенью, когда была у брата в гостях. Кажется, она зануда, каких мало. Но хорошо готовит и довольно симпатичная, хоть и простовата, как на мой взгляд.
Денис сильнее сцепил пальцы на руле.
Ева...
_________________________________
" - Угадай, как меня зовут?"
"- Без единой подсказки?"
Денис быстро перебирал пальцами по клавиатуре, вчитываясь в прилетающие из виртуальности, короткие сообщения. Он сделал глоток кофе и с привкусом нетерпения стал ждать новой присланной фразы.
"- Почему без подсказок? Мой ник - лучшая подсказка".
Денис всмотрелся в ник, помеченный в окошке красным и почесал подбородок.
Следующие несколько минут он перебрал несколько комбинаций распространенных имен, но каждый раз получал только подзадоривающее "не угадал" и озорные смайлики. Он с трудом сдерживал в себе смех, стараясь не отвлекать товарищей по группе, настраивающих инструменты перед вечерним выступлением.
"Меня Ева зовут " - наконец призналась виртуальная собеседница и Денис поймал себя на том, что беззвучно, одними губами, произнес ее имя.
"- Я хочу тебя поцеловать, Ева..." - зачем-то написал он и добавил смайлик-поцелуй.
И почувствовал, как задрожали кончики пальцев, когда собеседница не ответила в первые пять минут. Потом прошло еще пять и еще, а она все молчала. Денис уже приготовил весь арсенал ругательств, которыми собирался покрыть себя с головы до ног, но в тот самый момент "прилетела" долгожданная фраза.
"- Приезжай ".
И еще через секунду, ей вдогонку, новое:
"- И поцелуй".
- Редкое имя, - произнес он, отговаривая себя еще глубже погружаться в омут воспоминаний.
- Не такое уж оно и редкое. - Оля безразлично пожала плечами. - Так звали мою одноклассницу и девочку с параллельного потока в институте.
Денис так и не знал, что случилось с Евой потом.
Глупо как-то они расстались. Он всегда пытался найти причину, которая стала толчком, но не находил ее. Они так мечтали быть вместе. Долгожданный переезд Евы и их первая ночь на новом месте. Тогда они могли позволить себе только маленькую съемную квартирку.
Были планы, были мечты. Была книга, которую писала Ева и первый его диск.
А потом всего этого не стало.
Он перебрался обратно к родителям.
Потом хотел позвонить и узнать, где она и что с ней, но не мог. Словно боялся чего-то.
А когда решился, ответом стал сухой электронный голос: "Обслуживание данного номера приостановлено".
Ева
- А вы где жить будете?
Марина, ее подруга, приехавшая по поводу предстоящего торжества из Киева, заглянула в спальню и, повернувшись, подмигнула хозяйке. Кровать у Евы была огромной, с высокими резными стойками. На покрывале песочного цвета с цветочным орнаментом, сидел большой медвежонок Тэдди и смотрел на гостью грустными глазами.
- Еще не решили, - уклончиво ответила Ева, предлагая подруге зайти и осмотреться получше. На самом деле она просто надеялась, что Марина, увлекшись изучением баночек и бутылочек на трюмо, забудет о своем вопросе.
Так и случилось. Подруга плюхнулась на пуфик перед зеркалом и сцапала первый же подвернувшийся флакон с духами. Побрызгав себе на запястья, зажмурилась и потянула носом воздух.
- "Армани код"? - уточнила она, хотя Ева знала, что у Марины была исключительная память на парфюмерию. Если ей нравился запах, то название вечным клеймом выжигалось в ее памяти.
Да и на бутылочке красовалась хорошо читаемое название.
- Денис любил этот запах, - сказала Марина и внимательно посмотрела на подругу.
Ева предпочла не реагировать на сказанное. Она присела на край кровати, посмотрела на идеально выглаженное свадебное платье. Цвет назывался "брызги шампанского", кажется. Туфли, из-за которых они с матерью все-таки поругались, были точно такого же цвета.
- Я выгляжу в нем, как зефир, - пожаловалась подруге Ева.
- А зачем выбрала такое?
Ева и сама не знала. В огромном салоне для новобрачных их приняли очень радушно. Два часа все три консультантки приносили и уносили наряды, перчатки, тонкие, как паутинка, болеро. Когда Ева остановила свой выбор на довольно простеньком платье в стиле "ампир", Сергей категорически взбунтовался. На его вкус оно выглядело непростительно дешево.
Из салона они ушли купив все необходимое, кроме обуви. А через несколько дней вернулись, чтобы забрать королевский наряд, который пришелся по душе жениху. Нет, платье было выше всех похвал - дорогой атлас и кружево, расшитое бисером по краешку лифа, длинный шлейф. Сергей шутил, что в таком наряде ей в пору будет еще пара пажей.
Но Ева мечтала о другом, из тонкого, как паутинка, белоснежного шелка.
- Не хотела с Сергеем спорить, - наконец, ответила она. - Ты же знаешь, как много для него значит наша свадьба. А это платье ему понравилось.
- Я знаю, что у невесты должна быть более радостная физиономия, а тебя будто с креста сняли.
- Ты преувеличиваешь. Просто я так смертельно устала, эти бесконечные приготовления, мать еще на шее сидит целыми днями. Хорошо еще, что она в гостинице остановилась, а то бы мы точно подрались.
- Держись, завтра великий день, потом еще отбыть воскресенье - и все кончится.
Марина сочувствующе посмотрела на подругу и тут же с тройным усердием снова принялась изучать содержимое трюмо.
Они еще немного поболтали, вспоминая школьные годы и мечты, которыми они тогда жили. Ева стала психологом, хотя в последние годы занималась писательством и даже успешно издала несколько книг. Еще одна должна была вот-вот увидеть свет. А на компьютере уже две недели жил новый роман, к которому Ева никак не могла заставить себя вернуться. Решив, что посвятит его написанию весь медовый месяц, который они с Сергеем хотели провести в Питере, Ева терпеливо ждала, пока сможет снова заняться любимым делом.
- Много к тебе народа сегодня приедет? - поинтересовалась Марина, придирчиво изучая персикового цвета блеск для губ. - Где будешь всех спать-то укладывать?
- В спальне и в гостиной. Приедет еще двоюродная сестра Сергея и его приятель.
- И все тоже по парам? - Марина вытаращила глаза.
Ева кивнула, осторожно засмеялась.
- Шестеро, получается, - продолжала таращиться Марина. - Нечем больше невесте заняться в канун свадьбы - гостей развлекать. Тебе нужно выспаться, а то будут синяки под глазами, как будто с горькой всю ночь обнималась. Поверь моему опыту! Пусть Сергей своих забирает к себе, а мы с Костей мешать не будем.
- У него уже и так есть кому ночевать. Ты не поверишь, сколько у Сергея родни по всему Подмосковью, и еще дальше. И все важные, нельзя не пригласить.
- Все равно мне этого не понять, - честно призналась Марина. - Это же свадьба, а не повод собрать старых друзей.
- Это повод показать свою состоятельность, - попыталась пошутить Ева и поднялась. - Отбудем и хорошо, а потом будет целый медовый месяц, чтобы отдохнуть и провести время только вдвоем.
Взгляд Марины красноречиво говорил о том, что слова Евы звучат неубедительно. Но продолжать она не стала.
В спальню заглянул смачно жующий отбивную Костя.
- Секретничаете? - произнес он тоном заговорщика и помахал перед носом Марины куском мяса в кляре. - Вот ты бы так готовить научилась - реже бы ходили в гости к моим родителям. Представляешь, Ева, к нам до сих пор приходит ее мать, чтобы варить борщ.
- Ну и что? - Марина выглядела совершенно спокойной, будто ее никто и не обвинил в том, что она плохая хозяйка. - Я хорошо зарабатываю, а твоим и моим родителям все равно нечем на пенсии заняться. Маме в радость готовить нам борщи. И что-то я не припомню, чтобы ты не был в курсе моих кулинарных талантов, когда брал меня в жены.
Костя крякнул, отчего его прилично выдающийся вперед живот, заходи ходуном.
Ева улыбнулась: эти двое могли сколько угодно подкалывать друг друга, но они были самой счастливой парой из всех, какие она знала.
В дверь снова позвонили.
- Пойду встречать новую порцию гостей, - не слишком радостным голосом сказала Ева и вышла из спальни.
Денис
- Новостройка? - Денис задрал голову, пытаясь посчитать этажи новенькой желтой высотки.
Он осмотрелся, выискивая глазами место, где бы припарковать машину. Стоянки в поле зрения не наблюдалось, зато во дворе была детская площадка, на которой вовсю резвилась детвора. Похоже, новоселы уже вовсю обживали квартиры.
- Насколько я знаю, квартиру купили родители Евы, - ответила Оля. - Только молодожены так и не решили, где будут жить после свадьбы. Ева не очень-то спешит предлагать Сереге переехать к ней.
Девушка поправила складки на платье и потянулась, разминая затекшие от долгого сидения мышцы.
- Не очень хочется оставлять машину прямо под подъездом, - наморщил лоб Денис.
- Пойдем сначала знакомиться, а потом заодно узнаешь, где поблизости есть приличная стоянка.
Лифт медленно и практически беззвучно полз вверх. Оля еще раз напомнила Денису, что очень не вовремя он решил показать характер и отказаться от рубашки и пиджака. Он пропустил укор мимо ушей, твердо решив не портить себе настроение и не поддаваться на провокации. Оля редко показывала характер, большую часть времени оставаясь заботливой и любящей женой - терпеливо ждала мужа с очередных гастролей по стране, почти не устраивала сцен ревности, когда он по долгу задерживался на репетициях. Но сегодня был именно тот случай, когда ее пороки, полным составом, решили выбраться наружу.
Все время, пока кабинка несла их к пятнадцатому этажу, Оля пыталась удержаться от дурной привычки грызть ногти - она то и дело подносила пальцы ко рту и тут же отнимала руки, жалея дорогой маникюр.
- Все в порядке? - на всякий случай спросил Денис и взял жену за руку.
- Нервничаю немного, - призналась Оля и прижалась к нему, ища поддержки. - Не люблю я свадьбы чужие, ты же знаешь. Сразу начинаю сравнивать. Хорошо, что мы устроили большое торжество, да? Теперь не стыдно.
Денис был не согласен, но смолчал. Большое торжество хотела она. А разве можно было уступить ей в том, чтобы пригласить новую порцию друзей или заказать самого лучшего в городе фотографа? Денис не разделял восторгов Оли, но смирился, лишь бы не видеть на свадьбе расстроенное лицо новоиспеченной супруги.
- У них будет всего пятьдесят человек, - с брезгливостью сообщила жена.
- Этого мало? - Денис попытался вспомнить, сколько именно гостей было на их бракосочетании, но не смог. В памяти осталась вереница совершенно незнакомых лиц, поздравляющих молодоженов возле ЗАГСа и потом, в ресторане. В огромной толпе он с трудом находил своих немногочисленных друзей и родственников.
- У нас было девяносто человек, - в голосе Оли чувствовалось неприкрытое хвастовство. - Все знакомые до сих пор говорят, что лучше, чем у нас, не было и, наверное, не будет ни у кого.
Денис вздохнул. Теперь понятно, почему жена так нервничает. Боится, что предстоящая свадьба затмит ее собственную. А раз жених по совместительству еще и брат, то на торжество непременно пожалуют общие родственники. Оля впадет в ярость, если кто-то обмолвиться, что свадьба получилась неповторимая. И зачем люди придают такое значение тому, что скажут и подумают остальные? Денис хотел одеть кожаные штаны, какую-нибудь рубашку с высоким воротом в готическом стиле, "казаки" и единственный раз в жизни лицо "под вампира", как частенько делал для концертов. А вместо этого чувствовал себя марионеткой, которую правильно одели, обули и даже не дали выбрать музыку. Он поморщился, вспоминая ужасное завывание "совковского" Серова и его "Я люблю тебя до слез". Именно на этой песне для первого свадебного танца настояла прыщавая тетка, устраивающая торжество. Неудивительно, что он даже не попадал в такт, то и дело грозя оттоптать жене ноги.
Но Оля была счастлива, когда получала очередной комплимент по поводу того, как все замечательно организованно. Она буквально купалась в неприкрытой лести и радовалась, как ребенок. А когда все закончилось, еще две недели подряд смотрела запись торжества, каждый раз норовя и его усадить рядом.
- Ты вроде говорила, что они решили скромно все организовать.
- Ева решила, - поправила Оля и первой вышла в открывшиеся двери лифта. - Я же сказала, что она немного странная.
На просторной светлой площадке было только две двери. Оля повернула направо и, подойдя к одной из них, еще раз критично осмотрела мужа. Потянула на его плечах стрейчевую футболку, разгладила несуществующие морщинки на ткани. И только после этого нажала на встроенную в дверь кнопку звонка.
- Привет! - расплылась в улыбке Оля той, что радушно и пошире распахнула дверь.
Денис опустил взгляд, зачем-то оценивая чистоту собственных кроссовок. Хорошо, что дождь так и не начался - и обувь чистая и машина в первозданном виде.
- Проходите, не стойте в пороге. Что вы, как не родные! - произнес другой женский голос и Денис дернулся, будто ему, что есть силы, дали под дых.
- У меня ужасный голос по телефону, - сказал на том конце связи девичий голос и Денис сильнее прижал трубку к уху, стараясь не пропустить ни звука. - Извини.
- Не нужно извиняться, - поспешил успокоить он, поругав себя за сделанную не вовремя паузу. - У тебя замечательный голос!
- А у тебя интересный акцент.
- Русский? - засмеялся он и перекатился на другой край кровати, вытянувшись в полный рост.
- Да. И голос тоже. Споешь для меня когда-нибудь?
В нотках, пронизавших каждое ее слово, сквозило волнение. Денис так и видел ее, стоявшую у окна, теребящую краешек одежды. Не был уверен, что так и есть, но образ перед глазами был слишком ярким, чтобы им не залюбоваться.
- Спою, - пообещал Денис. - Ты кажется хотела что-то спросить? - напомнил он.
Минуту назад, когда они как обычно заканчивали свой диалог в «вайбре», Ева спросила, любит ли он ее. Но в этот раз Денис хотел, чтобы она услышала каждое слово. Набрал номер, который хранился в телефоне уже несколько месяцев, и впервые позвонил.
Ева молчала и в трубку доносилось лишь редкое прерывистое дыхание. Денис не торопил, давая ей созреть для того, чтобы произнести слова вслух. Раньше они только писали их друг другу, еще осторожно, изредка, привыкая к странно возникшему чувству.
- Ты меня... любишь? - В конце ее голос совсем стих.
Денис почувствовал, как в горле встал ком. Он старался собраться, чтобы слова звучали ровно, но не смог.
- Я люблю тебя, Ева, - громким шепотом ответил он.
- И я люблю тебя, Денис, - в унисон, ответила Ева.
Ева
Тарелка вывалилась из рук.
Звонкий, почти веселый треск фарфора, наполнил тишину в коридоре.
- Ой, осторожнее! - вскрикнула девушка в жутко узком платье, за спиной которой стоял Денис. Она присела и принялась торопливо собирать осколки. - Нельзя невесте так волноваться.
Ева присела вслед за ней, быстро собрала остатки разбившейся посуды. Коротко поблагодарила гостью, поднялась, стараясь унять дрожь в коленях. Она нарочно старалась не смотреть выше ее головы, лишь бы не видеть лица Дениса.
- Оля? - на всякий случай переспросила Ева. Она уже видела эту девушку раньше, на дне рождения Сергея. Но в голове одним махом стало совершенно пусто и сейчас Ева сомневалась, что по-прежнему способна трезво мыслить.
- Да, а это, - девушка отступила на шаг, подталкивая вперед молодого мужчину, - Денис, мой муж.
Ева отступила, чтобы дистанция между ними не уменьшалась. И только после этого посмотрела ему в глаза.
Он почти не изменился, только прическа стала совсем другой. Вместо длинных волос теперь была замысловатая короткая стрижка с выбритым узором и несколькими короткими косичками. Когда они были вместе Денис красил волосы в черный цвет; теперь же, то, что осталось от роскошной шевелюры, стало темно-русым.
Ева сглотнула.
Как и не было двух лет.
- Рада тебя видеть, - кое-как сказала она и добавил, - снова.
- Так вы знакомы? - Оля вертела головой, как китайский болванчик, переводя взгляд с одного на другого. - Когда успели?
- Давно, - опередила Дениса Ева. Чувствуя, что ситуация может выйти из-под контроля, она почти без раздумий приняла решение не афишировать их отношения в прошлом. Если его жена не знает, то не стоит ворошить давно похороненные воспоминания. - Были общие знакомые.
Оля недоверчиво перевела взгляд на Дениса. Он же посмотрел на Еву, словно ждал момента, когда она передумает и признается.
Но Ева промолчала. И тогда он просто кивнул.
- Тесен мир, - подытожила Оля и разулась, высматривая свободные тапочки.
Ева подвинула приготовленные заранее шлепанцы и, указав в сторону гостиной, предложила гостям располагаться. А сама быстро нырнула в кухню, ногой прикрыв за собой дверь. И, прислонившись к стене, сползла на пол, кое-как удерживая осколки злосчастной тарелки в фартуке.
Денис. И его жена.
Интересно, когда он успел жениться?
- Ева, ты здесь? - в дверь просунулась голова Марины. - Ты видела?!
- Тише, - попросила Ева и поманила ее рукой.
Подруга вошла, придирчиво заглянула ей в лицо. На лице Марины читалось непонимание.
- Я видела его, - негромко ответила Ева, сняла фартук и, стараясь не разбросать куски фарфора, отложила его в сторону.
- Ничего себе - совпаденьице! - Марина подарила подруге, полный сочувствия взгляд. - Что делать будешь?
- А что-то нужно делать? Погуляют на свадьбе и уедут в воскресенье.
- Ну... Вообще ты права, конечно. Нужно не подавать виду и вести себя сдержанно. А что это за курица вместе с ним?
Марина никогда не была щепетильной в выражениях. Обычно говорила именно то, что думала, не утруждая себя подбором слов.
- Жена, - с трудом смогла сказать Ева и облизала пересохшие губы.
Марина высунула язык и скривилась, словно ей в рот залетел жук. Ева молчаливо поблагодарила подругу за поддержку, хоть и знала, что это была намеренная ложь. Оля была красивой. "Знойная брюнетка". Может Денис намеренно выбрал противоположность?
- Совсем на тебя не похожа, - будто прочитав мыли подруги, сказала она.
- А должна быть похожа? - Ева все-таки выбросила осколки из фартука в мусорное ведро.
- Ну, мужчины обычно предпочитают один тип девушек. - Марина рассеянно заводила руками в воздухе. - Знаешь, чтобы, скажем, веснушки были или волосы непременно рыжие.
- Мужчина помнит о своих пристрастиях до тех пор, пока он не влюблен. Потом цвет волос и глаз уже перестает иметь значение.
- Эй, ты чего это - реветь надумала?
Ева и не заметила, как глаза стали мокрыми, а по щекам уже пролегли два влажных следа. Она торопливо отвернулась, вытерла лицо тыльной стороной ладони.
- Не вздумай плакать, будешь завтра на чучело похожа, - наставляла Марина. - Есть у тебя зеленый чай в пакетиках?
Ева молча показала пальцем в сторону одного из ящиков кухонной стенки. Марина тут же достала из него коробку с чаем и поставила чайник на плиту.
- Нашла из-за кого слезы лить, - фыркнула подруга и скрестила руки на груди.
- Марина, пожалуйста, не проболтайся о нас. Я не стала говорить, - Ева запнулась. - Ты ведь и так понимаешь, да? Мы просто старые приятели и все. Не хочу, чтобы были какие-то подозрения. Им еще на свадьбе два дня гулять, зачем портить праздник.
Дверь кухни осторожно отворилась и на пороге появился Денис.
Марина оценила их взгляды друг на друга, и, коротко бросив "Хорошо", вышла, чтобы оставить их наедине.
- Я хотел спросить, где тут есть стоянка поблизости - мне бы машину поставить.
Денис явно чувствовал себя не в своей тарелке, но не выглядел растерянным: почесал за ухом, так и стоя почти впритык спиной к двери, словно не решался пройти дальше.
- В квартале отсюда, - торопливо ответила Ева и отвернулась к окну. Голос так быстро менял тембр, что она перестала узнавать сама себя. - Скоро придет Сергей, покажет дорогу.
- Хорошо, тогда подождем, - согласился Денис.
И вышел, больше не сказав ни слова.
Все правильно, так и должно быть, успокаивала она себя, прижимаясь лбом к нагретому солнцем окну. Яркий желтый диск клонился к горизонту, жара понемногу спадала, но стекло было теплым.
Не будь Ева так уверена, что их встреча - простое совпадение, подумала бы, что увидеть ее не стало для Дениса неожиданностью. А почему он должен как-то волноваться? Столько времени прошло, у него жена, семья.
Все закончилось. Нужно отпустить и тогда на душе сразу станет легче. Но разве она не отпустила еще тогда, всю ночь просидев на автобусной остановке, поливая асфальт слезами?
Видимо, не до конца.
Тишину нарушил настойчивый свист закипевшего чайника.
Ее разбудил свист чайника.
Она завернулась в одеяло и, сунув ноги в пушистые тапочки с мордами зайцев, пробралась на кухню.
В доме было тихо, даже кошка дремала, разложив на кресле свое пушистое тельце, и довольным прищуром посматривая на хозяйку. Теперь-то, когда кровать совсем свободна, любимца в считанные минуты переберется на более удобно местечко.
На улице стоял январь и за окнами с самого утра валил снег. Хоть батареи в квартире и были теплыми, в небольшой однушке поселилась прохлада.
На кухне возился Денис.
Он расставлял чашки на небольшой поднос и аккуратно выкладывал что-то из бумажного пакета на пару блюдец. Он старался не шелестеть, от усердия засунув кончик языка под нижнюю губу. Ева подавила в себе смешок - Денис всегда так делал, когда пытался сосредоточиться.
- Хватит прятаться, я знаю, что ты стоишь за моей спиной, - сказал он и повернул к Еве голову, - непорядок, тебе положено лежать в постели.
От Евы не скрылось, как он старательно загораживал спиной свой «сюрприз».
- Мне стало холодно одной, - зевнула она и пошла к нему, путаясь в одеяле, то и дела наступая на края. - Что у тебя там?
Она попыталась заглянуть ему через плечо и привстала на цыпочки, но Денис предусмотрительно отстранил ее и легонько щелкнул ее по носу.
- Нечего, любопытной Варваре сама знаешь что.
- Но мне же интересно, - деланно надула губы Ева и предприняла еще одну попытку, на этот раз нырнув ему под руку.
На двух блюдцах лежали небольшие квадратики безе. А в чашках с ароматным кофе плавали еще не успевшие растаять шарики мороженного.
- Ну вот, испортила мне весь сюрприз, - Денис показал ей язык.
Ева шмыгнула носом и быстро-быстро заморгала.
- Чего ты? - Денис прижал ее к себе. - Давай ты быстро опять заберешься под одеяло и сделаешь вид, что ничего не видела, а я принесу тебе завтрак в постель.
Ева не дала ему закончить, обняв за шею и закрыв рот поцелуем.
Денис
- Хорошая машина.
Денис кивнул, стараясь не слишком демонстративно рассматривать ходящего вокруг "Фольксвагена" парня. На вид они были ровесниками. Сергей был выше самого Дениса примерно на пол головы, более щуплый и долговязый, хотя его внешность не казалась отталкивающей.
Но Денис чувствовал, что раздражение и агрессия, направленные на этого парня, с каждой минут только увеличиваются.
- Мы с Евой тоже машину присматриваем, но пока что решили сделать свадьбу, а машину - потом, когда определимся, кто к кому переедет со всем своим добром.
- А разве такие вопросы не решаются заранее? - удивился Денис. - Вы не вместе живете до сих пор?
- Ева очень консервативна в этом плане. Ни в какую не соглашалась, хотя я раз сто предлагал уже. Кто их поймет – женщины. - Он передернул плечами.
"Не соглашалась вместе жить?" - размышлял Денис, когда они выехали со двора по направлению к стоянке. Консервативна? Он похоронил их отношения, но забыть не мог. И прекрасно помнил, что на его предложение переехать к нему, Ева охотно согласилась. И ее не остановило, что ехать пришлось в другую страну, теряя на родине и друзей, и хорошо оплачиваемую работу.
Дениса так и подмывало сказать об этом Сергею. Но он сдержался, вместо этого уставившись на петляющую между домами узкую дорогу.
- Ты вроде музыкой занимаешься? - спросил Сергей. - В каком жанре?
- Я ею не занимаюсь, я сочиняю слова для песен и пою. Симфоник-металл.
Денис прикусил язык - ответ получился довольно грубым. Он покосился на Сергея, но было не похоже, чтобы тот обратил внимание на жесткий тон. Гораздо больше пассажира занимала стопка дисков в бардачке. Денис принялся мысленно считать до десяти. Будь на месте парня кто-то другой - уже давно получил бы по ушам парой ласковых, но в этот раз Денис смолчал. Где-то в глубине души его мучила совесть за напрасные нападки на Сергея. Ну и что, что Ева завтра станет женой этого парня? Он не выглядит как-то из ряда вон. Денис скривился. А даже если бы и выглядел - что с того? Пойти к ней и сказать: "Мне не нравится этот тип и на правах твоего бывшего я запрещаю тебе выходить за него замуж"?
- Давно вы знакомы? - осторожно спросил Денис.
- Почти год. Хотя... - Сергей задумчиво сморщил лоб, - если быть точным, то восемь месяцев.
Восемь месяцев и Ева готова выйти замуж? Денис попытался не думать о том, что его собственные новые отношения завертелись почти сразу, после расставания.
- А что у вас за общие знакомые? - в свою очередь задал вопрос Сергей, который уже наконец-то оставил в покое диски и закрыл бардачок. - Оля сказала, что вы знакомы.
- Это ... ну ...
Денис не знал, что ответить. Он никогда не умел врать. А в данной ситуации и не видел повода, но Ева решил за двоих. Наверное не хочет, чтобы ее благоверный переживал по поводу всплывшего так некстати прошлого.
- Это тяжело назвать "общими знакомыми". Мы какое-то время переписывались в сети, познакомились на каком-то форуме, немного общались. Она приезжала пару раз на встречи участников.
- Странно, никогда не слышал от нее такого. И не видел, чтобы Ева увлекалась "зависанием" на каких-то форумах. Наверное, надоело.
- Наверное, - нехотя подтвердил Денис, - да и времени много прошло.
- Она сейчас за компьютером только книги свои пишет, - хохотнул парень и указал в сторону очередной высотки на пути, - за ней сразу направо и там будет стоянка.
Всю оставшуюся часть дороги Сергей говорил по телефону, к великой радости Дениса. По крайней мере не приходилось поддерживать ненужный разговор.
Оставив "Фольцвацен" на стоянке, они двинулись домой.
- У нее скоро книга новая выходит, - опять начал Сергей. - Ева вся на нервах.
- Новая? - переспросил Денис. - А что, есть уже напечатанные?
- Да, две.
- О чем? Какой жанр? - Денис не помнил, чтобы в поле его зрения попадала знакомая фамилия. Да и времени читать оставалось крайне мало. С другой стороны, он прекрасно помнил слова Евы о том, что издаваться она будет только под псевдонимом. Денис улыбнулся - Ева никогда даже не могла четко и вразумительно объяснить такое желание, называя его "блажью творческого человека".
- Да я не знаю, не было времени почитать. Да и не горит это, успеется.
- Ну как продвигается твой гениальный роман?
Денис отложил в сторону гитару и посмотрела на Еву. Нет, ему не дано понять, как можно в таком положении удобно работать - лежа поперек кровати, с подушкой под животом и перекосившимся набок ноутбуком. Но Ева писала и довольно энергично, выбивая на клавиатуре частую дробь.
- Мой роман, - она нарочно пропустила определение о гениальности, - пишется. Осталось совсем немножко, последняя глава.
Ева отвлеклась, вооружившись карандашом, и принялась делать какие-то заметки в лежавшем тут же блокноте. Денис присел на край кровати, потом подвинулся ближе и в конечном счете лег прямо на девушку, опираясь на колени и локти.
- Ты подавляешь мое личное пространство, - делано возмутилась она и попыталась стряхнуть с себя Дениса. Попытка провалилась, зато он с удовольствием прикусил ее за ухо.
- Когда ты дашь мне прочесть? - спросил он, бегая взглядом по напечатанным в "ворде" строчкам.
- Когда закончу, - Ева боднула его затылком, - ты же и так знаешь о чем роман.
- Ну и что, должен же я знать, что пишет моя любимая...
Ева
- Кто будет десерт?
Ева вошла в гостиную с большим подносом, на котором лежала приличных размеров горка ассорти из печенья, выпечки и конфет. Гости дружно выразили восторг и быстро освободили на столе место. Позади Евы уже маячил Сергей, нарочно громким голосом предупреждая, что он с горячим чайником в руках.
За окнами уже почти стемнело.
Наевшиеся гости выглядели довольными. Они уже сменили одежду на повседневные вещи и, судя по раскрепостившейся компании, чувствовали себя как дома. Даже Оля выбралась из модного платья и переоделась в шелковую пижаму.
Ева старалась не смотреть в сторону Дениса. Даже голову не поворачивала туда, где сидели они с женой. Она переключилась на остальных гостей, благо, что это оказалось не сложно - гвоздем программы был Костя. Он всегда умел развлекать народ на шумных застольях. За время, что они не общались, Костя не потерял это качество.
- Тебе нужно расслабиться, - Сергей осторожно присел рядом с ней, убрав в сторонку пару диванных подушек. - Ты из-за завтрашнего дня так волнуешься?
Она кивнула, чувствуя отвращение к себе. Уже второй раз за день сказала неправду. Даже призрачное оправдание благими намерениями мало утешало.
- Сделать тебе массаж? - Сергей уже поглаживал ее по спине, по-свойски поцеловав в шею.
Ева вскочила. Слишком поспешно, чтобы это не привлекло внимание остальных. Сергей недоуменно смотрел на нее, отряхивая ладони будто на них была грязь и демонстративно показал их Еве.
- Руки чистые вроде. Не изводи ты себя так этой предсвадебной паникой.
- Я кажется забыла воду выключить в ванной, - снова солгала Ева и предложила гостям развлекаться дальше.
И вышла, с твердым намерением запереться в ванной и побыть наедине с собой хоть несколько минут.
Денис
Денис проследил за ней взглядом.
- Серега, ты случайно не готовишься стать отцом? - довольно звучно поинтересовалась девушка из третьей пары гостей.
Денис даже не запомнил ее имени.
Но слова о ребенке заставили его крепче сжать челюсти.
Почему не все равно? Не может порадоваться за счастливую пару, которая собралась узаконивать свои отношения и обзавестись детьми?
А потом Денис понял. Ребенок ведь не возьмется из неоткуда.
Они спят вместе. Это естественно, почему же его злость пробирает до самых костей, как только в голове начинают маячить неясные образы.
Он не держал ее. С того самого момента, как Ева ушла, Денис постепенно, день за днем, месяц за месяцем, выкорчевывал в себе любовь к ней. Он придумал ей тридцать три порока и еще больше дурных привычек - забытые где попало чашки с недопитым кофе, привычка сидеть на стуле, заложив одну ногу под себя, постоянная забывчивость, сопение по ночам. Он дописывал в свой иллюзорный список все, что давало повод смотреть на нее более приземлено.
Но Денис словно только теперь понял, что Ева может спать с другим.
И, возможно, даже наслаждаться этим процессом.
- Мы еще не планировали, как бы, - донесся до Дениса растерянный голос Сергея
Тот уже стоял на ногах и обеспокоенно прислушивался к шуму воды из ванной.
- А тут мать-природа планирует, - хохотнул спутник девушки с незапомненным именем. Он кивком головы указал на начатую бутылку "Шардоне". - По-моему есть повод выпить.
- Выпить за предположение? - вмешался Денис, сцепив под столом пальцы. - Может лучше подождать пока хозяйка сама объявит о своем интересном положении или скажет о его отсутствии?
- Тоже верно, хотя по бокалу за здоровье будущих наследников выпить никогда не поздно. Верно я говорю? - Парень подмигнул Сергею и тот расплылся в улыбке.
Денис впервые в жизни хотел оглохнуть и ослепнуть, на весь остаток вечера. А еще лучше - на все время, которое они с Олей проведут на свадьбе. Что-то внутри подсказывало, что терпение его на исходе и лучше не испытывать судьбу.
- Я устал, - сказал он в ухо жене. - Ты не знаешь, где нас спать положат?
Оля с обидой посмотрела не него. "У нее что - критические дни?" - внутренне заорал Денис, стараясь внешне держать довольную мину. "Прямо слова не скажи - все не так".
- Еще же никто не ложится, - сквозь зубы процедила она.
Все ясно. Она собирается болтать до последнего, пока будут собеседники, готовые слушать.
- Ты бы узнал, как она, - Марина не разделяла общего восторга. - Может приболела? Ей завтра целый день отбыть, лучше перестраховаться.
Денис помнил Марину. Она была первой, кто приехала к ним в гости, после того, как Ева переехала жить в Россию. Денису Марина всегда нравилась - довольно грубая девица, не брезгующая крепкими словечками, она всегда занимала его сторону в их с Евой шуточных спорах или играх. Но сегодня Марина вела себя холодно. Наверняка Ева успела предупредить ее, о чем лучше не распространяться.
Денис жалел, что подыграл Еве и не сказал все Сергею, когда тот сам завел разговор на эту тему. Скажи Денис всю правду - был бы повод насладиться скисшим лицом жениха.
- Пойду, - согласился с Мариной Сергей и вышел из гостиной.
- Как бы не пришлось скоро шампанское под роддомом распивать, - не унимался инициатор тоста. Не спрашивая согласия остальных, он разлил по бокалам остатки вина, задержав бутылку только возле Дениса. - Ты опять пропускаешь? Даже по такому поводу?
Денис не посчитал нужным ответить и просто демонстративно отодвинул свой бокал на край стола.
Он всегда брезговал спиртным, еще со школы. Товарищи по группе удивлялись, называя его последним в своем роде и потихоньку старались приобщить Дениса к выпивке, подсовывая то бутылку пива, то предлагая выпить по сверх важному поводу. Но Денис мог отказать. Когда предложения перерастали в навязчивые приставания, он переходил на жесткий тон и не церемонился в выражениях.
Сегодня Денис сделал редкое исключение, выпив немного красного "Мерло". Вино оказалось кислым и он с трудом заставил себя осилить бокал. Все остальные попытки долить и "обновить посуду", встречались только улыбкой и твердым "Нет". Оля же с гордостью заявляла: "Он у меня не пьет, совсем-совсем", заставляя Дениса внутренне кривиться. Он не понимал с какой радости жена приписала себе эту заслугу, да еще и преподносила ее так, словно сделала из пропащего алкоголика полноценного члена общества.
- Что то долго они там, - хихикнула жена наливающего и вцепилась в сдобную булочку. Ногти у нее были ярко-алыми, острыми. Денис так и видел их когтями коршуна, разрывающего несчастного кролика.
- Может перешли к активному успокоению? - Костя не стал скромничать и сразу положил в тарелку несколько печенек, облизывая губы от предвкушения скорого поедания. - Нельзя тревожить молодоженов.
- Молодоженами они станут только завтра, - сказал Денис, так и не найдя на большом блюде сладости по своему вкусу. Несмотря на достойны выбор и его безграничную любовь к сладкому, аппетит напрочь отсутствовал. Денис несколько раз уворачивался от попыток Оли всунуть ему в рот кусок чего-то вкусного, в конце довольно грубо попросив ее больше так не делать. - Пойду на балкон, подышу воздухом.
В конце коридора, возле ванной, стоял Сергей. Он что-то бормотал в дверную щель и то и дело прокручивал ручку, пытаясь войти. Денис очень хотел вмешаться. Подойти, отодвинуть в сторону горе-утешителя и поговорить с Евой. Почему-то он был уверен, что сможет успокоить ее. Но вместо этого пошел совсем в другую сторону,
Спальня. Денис так и не успел толком рассмотреть ее. Здесь они с Олей только переоделись в домашнее и развесили в шкафу свои вещи. Сейчас же, когда появилась возможность изучить комнату внимательнее, Денис осмотрелся. Над кроватью висела хитросплетенная непонятная штуковина, состоявшая из нескольких кругов, объединенных хитросплетенной паутиной кожаных ремешков. На них были нанизаны разного калибра бусины, а на свешивающихся вниз кончиках шнурков болтались привязанные пучки разноцветных перьев. Денис подошел ближе и провел пальцами по настенному украшению - бусины оказались деревянными и еще хранили запах сосны.
Ловец снов.
Ева вскрикнула и проснулась.
- Что случилось, солнышко? - Денис, разбуженный ее криком, кое-как пытался держать глаза открытыми. В комнате было темно, только свет луны разрезал плотнее марево.
- Мне приснился плохой сон, - Еву била мелкая дрожь и она с остервенением вцепилась в одеяло.
Денис осторожно притянул ее к себе, а потом накрыл их обоих одеялом. В его ногах что-то зашевелилось и послышалось раскатистое мурлыканье.
- Видишь, даже кошка тебе колыбельную поет, чтобы ты крепче спала и не смотрела больше дурые сны. Не заставляй ее думать, что она зря старается.
Он чмокнул Еву в макушку и прижал к груди.
Она всегда мечтала о большой кровати. Чтобы на ней можно было спать поперек.
Та, что стояла в спальне, казалось, занимала собой большую часть пространства.
Интересно, сколько времени они проводят здесь вдвоем?
Все в комнате казалось знакомым. Словно он видел все эти мелочи уже много раз. Салфетница на трюмо, подставка под ароматические палочки, расписной горшок с орхидеей на прикроватной тумбочке. Не хватало только старого блокнота в потертой обложке, куда Ева всегда записывала идеи для своих книг. Возле блокнота всегда лежал ручной фонарик - она могла встать прямо посреди ночи, чтобы записать приснившийся эпизод или просто идею, которую не хотела забыть.
Денис открыл верхний ящик трюмо - блокнот оказался там. Правда, теперь это была уже толстая записная книжка, утыканная торчащими разноцветными стикерами и газетными вырезками.
- Что-то хочешь там найти?
Он быстро обернулся, чувствуя себя застаным врасплох грабителем.
Лицо Евы было болезненно-серым. Она прижимала к груди полотенце и не решалась войти в собственную комнату.
- Прости, старая привычка, наверное, - слова извинения получились несуразными, почему-то жесткими и хлесткими. Он откашлялся. - Ты в порядке?
- Устала. - Ева была немногословной. Или просто не хотела давать повод для разговора?
- Может тогда лучше выспаться?
- Нужно убрать со стола и привести в порядок квартиру, завтра приедет мать и...
Денис издал нервный смешок, чуть запрокидывая голову назад.
- Она не очень обрадуется, когда меня здесь увидит. Наверное решит отменить свадьбу по такому поводу. Или нет - лучше запрет меня в чулане. У тебя есть чулан?
Ева отрицательно качнула головой.
- Ну не беда, ради такого дела твоя мама его выроет в считанные часы. Энтузиазма и злости у нее на это хватит, еще и про запас останется.
Денис добился своего - она улыбнулась, прикрывая рот ладонью, чтобы не сильно показывать свое веселье.
Мать Евы с первого дня невзлюбила его. Сначала она пришла в ужас от того, что дочь переписывается с парнем из интернета, потом впала в ярость при одном только упоминании о том, что в гости к Еве приедет этот самый парень. И жить они собираются вместе, под одной крышей, все две недели, пока он будет гостить. С самого первого дня Татьяна Павловна не верила в их отношения. Всегда твердила только одно - Денис ищет развлечений.
Она продолжала говорить это даже после того, как Ева сообщила, что уезжает к нему. Обида матери была такой сильной, что она так ни разу и не приехала навестить их, регулярно мучая дочь разгневанными звонками. Денис не сомневался, что когда стало известно о разрыве отношений, мать Евы отметила этот день красным в календаре.
- Наверное, она будет шокирована, - попыталась в свою очередь пошутить Ева. - Может это заставит ее помолчать хоть один день.
- Не разделяю твоего оптимизма. Думаю, что говорить она будет много, намного больше, чем обычно.
Веселье спало. Ева опять погрустнела.
- Плохо спишь? - он кивнул в сторону ловца снов.
- Иногда. Хотя это просто декорация, не верю я в индейское шаманство.
- Может потому оно и не действует?
- Может быть.
Пауза, такая длинная, что Денису захотелось схватить Еву за плечи и встряхнуть. Может тогда с нее свалится эта серая унылая оболочка, под которой окажется тот человек, которого он знал.
- Я слушала твой диск. Даже нашла там пару знакомых песен.
- Ну и что скажешь? - он всегда чутко прислушивался к ее мнению. Даже сам не знал почему. Возможно потому, что их музыкальные пристрастия совпадали. Иногда он и сам удивлялся, как такая хрупкая и тихая девушка может заслушиваться "тяжестью".
- Мне понравилось, - неопределенно ответила Ева.
В воздухе витала недосказанность. Денис хотел уточнить, что именно понравилось, но не стал. Для чего? Вполне возможно, что Ева просто проявила вежливость, но не хотела спускаться до вранья. Хотя, насколько он помнил, она всегда говорила то, что думала. Иногда даже довольно резко и категорично. Взаимный договор - она критикует его песни, а он разбирает по полочкам ее книги.
- Там гости уже ставки делают.
Она вопросительно посмотрела на Дениса.
- Считают, что у вас скоро будет прибавление в семействе.
- Что? Господи, бред какой.
Денис замер, ловля взглядом каждую случайную морщинку на ее лице, каждый взмах ресниц, изгиб брови. Он впитывал каждую ноту голоса Евы.
Слишком быстро ответила. Так, словно он сказал не просто ерунду, а совершенно беспочвенную ерунду. Даже не сделала паузы, не запнулась, чтобы подумать - "а вдруг?". Как человек, который ни разу не прикасался к сигарете, обвиненный в курении на территории.
- Ты успокоилась, милая? - на фоне двери появился Сергей.
Он нахмурился, когда увидел, что Ева в комнате не одна. Быстрым шагом поравнялся с ней и порывисто прижал к себе. "Хочет показать, что он ее хозяин" - подумал Денис и спрятал руки в карманы джинс. - "Показать мне, чтобы Я видел". От злости ему хотелось схватить Сергея за грудки и пару раз врезать. Так, чтобы лицо стало цвета спелого баклажана.
- Все хорошо, - поспешила ответить Ева.
На какое-то мгновение Денису показалось, что она попыталась высвободиться из объятий Сергея, но видение исчезло, стоило только моргнуть. Денис все равно не смогу удержаться и подарил Сергею ехидный и высокомерный взгляд. Может она и будет завтра женой этого типа, но тело ее все еще принадлежать ему, Денису.
- Я тогда на улицу выйду, чтобы не мешать, - бросил он уже шагая к выходу из спальни. - Да, кстати, - повернулся и подмигнул Еве, - мы почти закончили второй альбом. Могу привезти демо.
Сергей уже открыл рот, чтобы отреагировать на реплику, но Денис не дал ему такой возможности. Он знал себя слишком хорошо и не сомневался - скажи этот парень еще хоть слово, быть ему битым. Даже несмотря на то, что Денис всего пару раз в жизни прибегал к кулачным аргументам.
Ева
- Привезет? - переспросил Сергей.
Ева тяжело вздохнула. Денис ведь нарочно выбрал это слово. Он не сказал "передам" или "пришлю", он нарочно дал понять, что передаст из рук в руки. Зачем?
- Слушай, Ева, мне не нравится этот тип. Мало того, что выглядит, как гот, так еще и ходит за тобой по пятам.
Она непонимающе уставилась на Сергея. Внутри просыпался давно впавший в спячку вулкан обиды.
- О чем ты?! Мы только парой слов обменялись и все!
- Не шуми! Ты что, хочешь, чтобы все знали, что мы накануне отношения выясняем? - Сергей плотно прикрыл дверь, предварительно проверив, чтобы в коридоре не было желающих подслушать. - Я же вижу, что ты чего-то недоговариваешь, юлишь.
- Не знаю, что ты видишь и где, но прошу тебя больше не поднимать эту тему. Иначе мы наговорим друг другу грубостей.
- Ты совершенно не умеешь врать! - Громким шепотом заявил Сергей и кончики его ушей покраснели. - Я говорил с ним, он сказал, что вы познакомились на каком-то форуме и ты приезжала на встречу участников в Москву. Почему я не знал об этом раньше, м?
- Я не обязана рассказывать тебе абсолютно все. Какая разница, что было, если теперь мы вместе?
- Большая, Ева, просто огромная, если кто-то из твоего прошлого заявляет, что собирается тебе что-то передать. И заявляет это с таким видом, вроде уже примеряет мне на голову рога. Ты видела его лицо? Он же нарочно сказал!
Ева помассировала виски. Сергей оказался более проницательным, чем она всегда о нем думала. Да, его слова насквозь были пропитаны паранойей и ревностью, но в одном он был стопроцентно прав - врать она не умела. Да и подмигивание Дениса выглядело слишком ... Просто слишком, для всего.
- Послушай, Сергей, - попыталась успокоить его Ева.
- Вот! - Он выглядел как охотник, подстреливший крупную дичь. - Ты никогда не говоришь Сережа, Сереженька, только сухое "Сергей"! Я по пальцам могу пересчитать дни, когда ты осчастливила меня несколькими ласковыми словами.
- Прекрати! - Она и сама не заметила, как повысила голос. - Ты нашел не подходящее время, чтобы поговорить о своем недовольстве.
- Никакое время не будет подходящим для такого разговора, - не унимался Сергей. Он уже побагровел и губы его вытянулись в тонкую ниточку.
Ева почувствовала приступ отвращения и поспешно отвернулась, боясь, что все эмоции слишком открыто отразятся на лице.
- Я думаю, что тебе пора домой, - отрезала она. - Сегодня мы уже все равно не скажем друг другу ничего нового. А ругаться и дальше нет смысла. Так мы договоримся до того, что никакой свадьбы не будет.
- Ева, а ты уверена, что еще хочешь эту свадьбу? Так же сильно, как и две недели назад?
Две недели назад он точно так же не хотела выходить замуж. Разве что сейчас это желание утроилось, с появлением Дениса. Почему он стал именно тем катализатором, после которого весь мир начал меняться, перекрашиваться с серые и скучные цвета? Когда-то, когда он впервые поцеловал ее, стоя на широкой, залитой солнцем вокзальной платформе, она поняла, что однолюб. Что навеки обречена на этого мужчину.
Потом, в первые месяцы после их расставания, внушала себе, что ошиблась. Все ошибаются, все принимают желаемое за действительное, потому что иллюзия слаще патоки и пьянит сильнее молодого вина. Вот только когда уходит - превращается в старую сварливую мегеру.
- Я ничего не отменяю, - сказала она как можно убедительнее, так и продолжая стоять спиной к Сергею. - Но сейчас тебе действительно лучше ехать домой.
- Ева, пойми - я боюсь тебя потерять. А еще больше я боюсь быть рогоносцем. И дело тут не только в этом парне. Что я могу думать? Ты отказываешь мне... - Он не стал продолжать.
- Этот парень, как ты его называешь, муж твоей сестры. Так что пойди лучше попроси ее внимательнее присматривать за своим супругом. И вспомни притчу про мальчика, который кричал "волк".
- Ненавижу, когда ты начинаешь вести себя так, - процедил сквозь зубы Сергей и ушел.
Ева всхлипнула.
- Не будешь обо мне плохо думать?
- А если буду - тогда что? - Денис убрал за ухо волосы Евы, скрывавшие ее лицо.
Она лежала на нем и выглядела словно монашка на исповеди. Так, будто только что не извивалась как угорь и не будоражила соседей своей бурной реакцией на его ласки. Удивительно, как в этом маленьком теле могут уживаться две совершенно разных девушки.
- Я пошутил, ну ты что, - видя ее замешательство ответил Денис и поцеловал Еву в кончик носа. - Все хорошо, хватит уже придумывать непонятно что.
- Я просто не думала, что получится так ... быстро. Ты же только утром приехал.
- Можешь считать меня совратителем, - шутливо предложил он. - Я честно признаю, что соблазнил тебя, но не жди от меня раскаяния. Надеюсь, что чистосердечное признание мне зачтется.
- Нужно бы назначить тебе епитимию, - подыграла она. - Отлучением от моей постели на пару дней.
- Я не возражаю, - Денис перевернулся, подминая Еву под себя, недвусмысленно давая понять о своих намерениях. - В доме много пола, - поцелуй, - и разной мебели, - еще один поцелуй, за ухом, так, что она запрокинула голову, - и ванна есть...
Денис
Им с Олей постелили в спальне. Муж Марины театрально возмущался перспективе спать на диване в гостиной, но только нарвался на ехидный смешок жены. Третья пара в самый последний момент сообщила, что заночует у родственников. Денис был рад, что в доме поубавится гостей. Постоянная суета только сильнее накаливала и без того взведенные нервы.
Себе Ева постелила на кухне. Несмотря на все уговоры лечь в комнате, она оставалась непреклонной.
- По-моему они поссорились, - как бы между прочим сообщила Оля, рассматривая свое отражение в зеркале. Она нисколько не смущалась незнакомой обстановки и чувствовала себя как рыба в воде. - Не зря родители Сереги не одобряют его выбор. Она еще и с Украины. Можно подумать своих девушек мало.
- Оля, - Дениса отчаянно старался не слететь с катушек окончательно. - Мы можем хотя бы сейчас не говорить о них? Мне не интересно. Но если ты и дальше будешь втирать мне про эту парочку, я не посмотрю ни на что и сейчас же поеду домой. Мне дела нет до чужих семей и всего остального, что не касается меня хоть каким-нибудь боком. И что за дурацкая привычка поливать человека грязью? Ты же завтра будешь счастья ей желать.
- Да не кипятись ты, - пожала плечами Оля. - Я просто сказала. Если тебе так неприятна эта тема, почему раньше молчал? В конце концов мы вообще можем не оставаться на второй день и вернуться домой завтра. Ты все равно не пьешь, так что за руль можно в любое время.
- Хорошая мысль, так и сделаем, - Денис почувствовал облегчение. Будь его воля - поехал домой еще сегодня.
Оля привстала, поправила волосы и устроилась возле лежащего на кровати мужа.
- Ты почему не раздеваешься? - кокетливо спросила она. - Слышишь?
Денис прислушался, но в квартире было тихо, только где-то за дверью раздавался приглушенный голос - Костя разговаривал по телефону.
- Что я должен услышать?
- Тишину, - продолжала заигрывать Оля, забрасывая на мужа ногу, и попыталась поцеловать его. - Уже все улеглись, так что никто нас не побеспокоит.
Денис отстранился. Сама мысль о том, что предлагала Оля, вызывала в нем волну протеста. Он осторожно, как можно мягче, освободился от жены и почти целомудренно чмокнул в лоб. Денис чувствовал, что ходит по очень тонкой грани между скандалом и собственной совестью. Стоит забыться и он либо поругается с Олей, либо пойдет против себя, сделав то, на что не было никакого настроения. Оставалось надеяться, что она не станет настаивать на своем.
- Давай сегодня просто выспимся, - предложил Денис, мысленно скрестив пальцы.
- С каких это пор ты стал таким скромником? - Оля была в игривом настроении и не стала гнуть свою линию. Она забралась под одеяло и поманила мужа, похлопывая по матрасу рядом с собой.
Ева
Ей не спалось.
Стрелки на часах переползли за час ночи, а сна не было ни в одном глазу.
Ева перевернулась на другую сторону, пытаясь устроиться удобнее на надувном матрасе. И кто только сказал, что эти штуки удобные? Ей казалось, что стоит только сделать неосторожное движение - и она непременно свалится на пол.
Ева не знала, сколько прошло времени, прежде чем она окончательно поняла, что так и не сможет сегодня уснуть. Перспектива быть сонной на собственной свадьбе не радовала, но заставить себя через силу тоже не получалось. Не помогла даже пара травяных таблеток успокоительного. Ева поднялась и поставила чайник на плиту. Если не спится, лучше уж выпить горячего зеленого чая. По крайней мере на пару с чашкой будет не так одиноко.
Сергей сопротивлялся изо всех сил. Он несколько раз, с неприличной настойчивостью предложил сестре поехать на ночь к нему. Оля была не против, но отказался Денис. Ева очень надеялась, что напряжение между Сергеем и Денисом, которое не осталось не замеченным всеми, не вырвется наружу. Иначе все могло закончиться потасовкой. Когда Сергей в очередной раз ринулся собирать вещи согласившейся Оли, Денис пожал плечами и сказал, что он прекрасно переночует и в машине. После этого вмешалась Ева. Она осадила Сергея и сама провела его до двери, старательно делая вид, что не замечает как он зол. Час спустя, когда гости уже разбрелись спать, Сергей принялся названивать через каждых полчаса. Сначала просто спросить, как она себя чувствует. Потом - по совершенно пустяшным поводам. Когда количество звонков перевалило за десяток, Ева не выдержала и попросила Сергея больше не беспокоить ее приступами ревности. Неужели он считает ее такой дурой, раз решил, что она не поймет из-за чего был такой контроль?
Ева остро ощущала, как все ее тело, мозг, душа, противились предстоящей свадьбе. Она снова взглянула на часы - почти два. Мать обещала приехать к семи, на полвосьмого был заказан парикмахер, на девять - визажист. В десять должен приехать Сергей. Роспись назначена на одиннадцать.
Оставалось меньше десяти часов. Десять часов самой решать, чего она хочет. Конечно, Сергей никогда не ограничивал ее свободу и всегда проявлял терпение. Но сегодняшний день открыл ту его сторону, о существовании которой Ева раньше не подозревала. Но разве ревность любимого не должна радовать девушку?
Она подняла с кухонного углового дивана халат - под ним лежала коробка. Та самая, в которой хранились туфли, подаренные Денисом. Ева и сама до конца не могла понять, зачем притащила их сюда. Сняла крышку - рассмотреть в полумраке детали и отделку не было возможным, зато ее глаза уже достаточно привыкли к темноте, чтобы прекрасно различать силуэт. Она хотела их примерить, но не решилась. Иногда Ева могла быть достаточно сумасбродной для какой-нибудь выходки. Но сейчас она понимала, что обуть туфли не получится. Да, конечно, можно показать характер и настоять на своем, но только что это даст? Шокировать окружающих, которые ничего не знают о том, что же на самом деле значат эти замшевые туфли алого цвета.
- Ты не спишь?
Она и не заметила, как на кухне появился Денис. Почему-то именно сейчас, всегда скрипучая дверь решила подыграть гостю и промолчала, давая ему тихонько проскользнуть незамеченным.
- Не могу заснуть, - ответила Ева, торопливо бросив на коробку халат. Конечно же он только слегка прикрыл ее. Что за день такой - словно все предметы в доме сговорились против нее. Потом открыла тумбочку, делая вид, что занята выбором чая. Среди нескольких коробочек и пары банок с кофе, выглядело это по меньшей мере не убедительно. - Хочешь чаю?
- Хочу, - охотно согласился Денис и стал спиной к окну, опираясь на подоконник. - Нервничаешь перед завтрашним событием?
- Немного, - Ева достала две чашки, добавив в каждую щепотку чайных "иголок". Она любила этот сорт - свернутые в тонкие рулетики совсем еще молоденькие листочки чая, которые разворачивались, стоило только залить их кипятком. - Надеюсь, что не разбудила никого своей возней.
- Это же твой дом, - Денис сделал ударение на слове "твой". - Какая разница, что кому-то может быть неудобно?
- Ты не меняешься, - она спрятала улыбку и выключила чайник, как только тот начал издавать характерное шипение перед тем, как засвистеть. Когда чашки наполнились, в кухне тут же поселился приятный аромат свежего чая.
- Спасибо, - Денис взял у Евы предложенную чашку. - Как думаешь, он догадался?
Еве не нужно было много времени, чтобы понять, кто такой "он" и о какой догадке шла речь.
- Он так переживал, что мы будем спать под одной крышей, - не дождавшись ответа, съязвил Денис, - я был уверен, что приедет тебя стеречь.
- А даже если бы и приехал? - Ева села за стол, неспеша помешивая ложечкой в чашке. - Думаю, что Сергей имеет полное право вести себя так. Может перегнул палку, но это не должно волновать никого, кроме нас.
Даже в темноте было видно, что Денис ожидал услышать другой ответ.
- Лезу не в свое дело, извини. Сегодня весь день какой-то неправильный.
- Сегодняшний день только начался, - Ева посмотрела на часы, - а вчерашний уже прошел. Я думаю, что мы вполне можем просто попить чаю, как старые друзья.
Она хотела сказать еще много слов. О дружбе, о старых воспоминаниях, о том, что теперь они, возможно, будут часто видеться семьями. Все те слова, которые целый день собирала в прощальную речь. И обязательно добавить, что она счастлива, что он нашел девушку своей мечты.
А вместо этого уткнулась взглядом в облачко пара над чашкой.
- Друзья, - Денис присел на край кухонного "уголка". - Да, наверное.
Он отодвинул рукой халат, чтобы сесть поближе к столу и Ева слишком поздно поняла, что коробка оказалась выставленной на обозрение. Денис достал туфель и повертел перед глазами. Его чашка перекочевала на стол. Через минуту на нем же стояли и туфли.
- Ева, это же те самые туфли, - его лицо расплылось в улыбке. - Я их хорошо помню!
В одно мгновение лицо Дениса стало мягким, озорным, как у мальчишки.
Сердце Евы защемило.
- Я думал, что ты их уже давным-давно сносила, а они новенькие совсем. Разонравились?
Она шмыгнула носом.
И сдалась. Ладно, что уж там, она так и осталась размазней. Именно той, которая обнимала на автобусной платформе долгожданного заморского принца на которого была обречена. И вылечиться от обреченности не удалось.
Ева старалась быть честной с собой. Два года игры в "я все забыла" остались позади, страшным сном из которого она только сейчас смогла выбраться.
- Они слишком дороги мне, чтобы носить их, - севшим голосом произнесла она. - Я хочу сохранить твой подарок, понимаешь? У меня больше нет тебя, где-то растерялись все наши мечты, я не забрала наши фотографии и удалила все твои электронные письма, но я сохраню хотя бы туфли. Потому что кроме них у меня больше совсем ничего нет, понимаешь? - Она даже не пыталась сдерживать слезы. - Я хотела, чтобы ты был счастлив. Я пыталась пожелать этого всем сердцем. Но моя любовь какая-то не правильная - я каждый день, каждый час желала тебе быть несчастным. Потому что это я должна была стать всем твоим миром, твоим раем, от которого тебе не спрятаться. Чтобы каждая вещь вокруг кричала тебе - вернись к ней! Чтобы ты знал, что тоже обречен на меня...
Денис
Он не мог дышать.
Боялся, что любое неловкое движение, жест, звук разрушат карточный домик, который становился все выше с каждым ее словом.
Домик стал замком. Именно тем, который уже два года был слишком высоко в небесах, чтобы даже пытаться дотянуться до него.
Она сидела напротив.
Такая смешная, в разноцветной пижаме в горошек. Он никогда такие не любил, но вся Ева была, как на ладони - та Ева, которую он знал. Сейчас шмыгнет носом, обязательно. А потом разотрет по щекам слезы и виновато улыбнется, скажет: "Прости, что я такая плакса".
- Я плакса, прости. Не исправлюсь никогда, - очень тихо сказала Ева и губы ее неуверенно растянулись в улыбку.
Самую несчастную улыбку, которую он когда-либо видел на ее лице.
Самую родную, нежную, солнечную улыбку.
Самую любимую.
Денис порывисто поднялся, сжимая в пальцах туфли и присел перед ней на одно колено. Ничего не говоря, с большой осторожностью, надел сначала одну, потом вторую остроносую туфлю.
- Они тебе очень идут, - сказал Денис и улыбнулся. - Их нельзя беречь, а то станут немодными.
- Ничего, зато останутся целыми, - улыбкой на улыбку ответила Ева.
Денис потянулся к ней. Сжал ее лицо ладонями, вытирая большими пальцами мокрые пятна слез под глазами. Можно сказать ей все. Как он любит ее, как много сделал глупостей, как не смог удержать и смог уйти. Рассказать, что хранит на чердаке их фотоальбомы и ее заколку для волос. Что склеенная ею чашка стоит на его компьютерном столе, на самом почетном месте.
И про то, что он просто не даст ей выйти замуж за другого. Украдет, если понадобится, привяжет к себе тысячей веревок, если она вздумает сопротивляться и не отпустит до тех пор, пока не станет вечным отражением в ее глазах.
И что его собственный брак умер, так и не родившись.
- Я куплю тебе новые, - прошептал Денис. - Еще лучше. А когда ты и их сносишь, мы найдем другие. Сколочу тебе огромную обувную полку, до потолка.
- И табуретку, чтобы я могла добраться до самого верха, - она снова плакала, только теперь глаза ее сияли.
- Зачем тебе табуретка, если я всегда буду рядом...
Эпилог
- Они тебе нравятся? - дыхание Дениса щекотало ее ухо и Ева почувствовала приливший к щекам румянец.
- Нравятся, - она потерлась щекой об его щеку и сильнее прижалась к телу Дениса.
По большому английскому зонтику, под которым они прятались, барабанил монотонный осенний дождик. А в витрине обувного магазина, на которой задержала взгляд Ева, стояли простенького вида сапожки, с овчинным подбоем.
- Я куплю их тебе, - Денис несильно прикусил ее за ухо, - хоть они и похожи на валенки.
- Ты же обещал покупать мне туфли, - поддразнивала она. - Про валенки не было ни слова.
Она деланно изобразила задумчивость.
- Ну нужно же как-то наполнять полку, - Денис с готовностью показал ей язык.
- Впечатляющий аргумент, - Ева крепче сжала их скрещенные пальцы.
Денис с нежностью посмотрел на нее и на минуту убрал в сторону зонт. Чтобы уже в следующее мгновение поцеловать любимое, забрызганное дождем лицо.
- Пойдем за этими валенками, - шепнул он прямо в поцелуй. - Они ведь тоже почти красные.
Конец.
2016 год