Глава 23

Новое утро нашего бесконечного путешествия по краю Вселенной протекало в безмятежном покое. «Чёрная акула» всплыла по правому борту крейсера «Чёрная роза» и подала сигнал отправки катера. Было сложно понять: движемся мы или нет, ведь звёзды почти не меняли своего местоположения в черноте космоса. И я поймала себя на мысли, что мне очень сильно сейчас не хватает кофе. Когда-то этот напиток был обыденностью в моей прошлой жизни, но теперь он обрёл статус сверхважного и быстро исчезающего запаса. Я помешала ложечкой растворимый кофе в своей чашке и тяжко вздохнула. Сработал маячок оповещения, меня вызвали в реанимацию. Пришлось залпом выпить невкусный кофе и поторопиться к раненым.

– Доброе утро, – я вошла в реанимацию и увидела, как Дмитрий сидит на постели, пытаясь освободиться от датчиков. – Что это значит?!

– Я выписываюсь, – нагло заявил мне Ледовской.

– Немедленно ложись в койку! – гневно прикрикнула я на парня.

– Я больше не могу здесь находиться, – Дмитрий встал и сделал неуверенный шаг по направлению ко мне. – Анчоус, прости, но я не хочу, чтобы за мной закрепилась репутация вечно больного десантника.

– А если ты умрёшь от внутреннего кровоизлияния?

– Придурок, – вмешался в нашу перепалку Чейз. – Здесь кормят хорошо и ничего не требуют. Не спорь с врачом!

– Я ухожу! – Дмитрий гордо расправил плечи, всем видом показывая свою несгибаемую волю.

Я не стала спорить с упрямцем и вызвала… Ларса. В конце концов, почему я должна разбираться с его бойцами? Дмитрий успел добраться до выхода медотсека, он был вынужден два раза останавливаться из-за слабости, когда, наконец-то, появился Ларс. Офицер ураганом ворвался в мои владения и грозно рыкнул:

– Анчоус, что у тебя опять случилось?!

– Не у меня, а у тебя, – я указала на Дмитрия. – Саботаж!

– Ледовской, какого чёрта?! – Ларс пребывал в своём обычном прекрасном настроении и всех ненавидел с раннего утра.

– Да я здесь скоро в овощ превращусь, – пожаловался Дмитрий.

– Если через десять минут не не вернётся в койку, то у него откроется внутреннее кровотечение, – предупредила я Ларса.

– Да всё в порядке со мной, – пробурчал Дмитрий, побледнев прямо на наших глазах.

Ларс молча скрутил его и закинул себе на плечо, отнёс в реанимацию и уложил в койку.

– Ещё раз встанешь без разрешения, прикреплю наручниками. Понял?

– Да, – душераздирающе застонал Ледовской и закрыл глаза.

Я подошла к койке и начала устанавливать датчики, заодно вколов парню обезболивающее. И вдруг неожиданно уловила аромат… кофе. И это был не обычный растворимый напиток с привкусом пластика, а настоящий кофе! Я искоса взглянула на Ларса, у него на нижней губе застыла коричневая крупинка. Чёрт, молотый кофе, да ещё и сваренный, наверное, в турке. У меня подскочило давление!

– Анчоус? – Ларс заметил моё напряжённое выражение лица.

– Нам надо серьёзно поговорить, – многозначительно проговорила я.

– Ларс, я только самовольно встал с койки, – обеспокоенно выдал Дмитрий. – Больше устав не нарушал.

Офицер кивнул, что принял информацию к сведению, а затем пошёл за мной. Я же лихорадочно думала, как расколоть Ларса на признание, что он тайком пьёт натуральный кофе. Как?! Молча…

Мы вошли в мой кабинет, я плотно прикрыла дверь, а потом прильнула к офицеру, обвила руками его шею, правда, пришлось встать на цыпочки, и жадно впилась в его губы. Ларс ничего не успел сделать, даже руки не поднял, явно пребывая в замешательстве. Я воспользовалась моментом и протиснула язычок сквозь его плотно сжатые губы. Кофе! Я отпрянула от офицера и смерила его укоризненным взглядом.

– Анчоус, ты рехнулась?! – сдавленно проговорил Ларс.

– Ты пил кофе, – я ткнула указательным пальцем в грудь офицера и чуть не его себе не сломала.

Чёрт, когда я уже запомню, что Ларс – это сплошная груда железных мышц?!

– Ты чокнутая, Аночус! – презрительно фыркнул он.

– Хочешь, чтобы все узнали, как ты тайком пьёшь кофе? – я пошла в атаку, можно сказать, имея на губах неоспоримые улики.

Ларс покраснел и закашлялся, я же гордо выпятила свою грудь.

– Чего ты хочешь за молчание?

– Кофе!

– Мне самому не хватит, – осклабился Ларс.

– Тогда я прямо сейчас пойду к Оскару…

– Крыса!

– Ты сам виноват!

– Ладно, маленькую чашечку, – смилостивился Ларс. – Приходи через десять минут.

– Куда?

– Ко мне!

– А где это? – я захлопала длинными ресничками.

– Боже! – простонал Ларс, взял мой планшет и вбил туда путь от медотсека до его каюты. – Если заблудишься, то это твои личные проблемы. У меня смена в десять начинается, я должен сменить напарника.

Я широко улыбнулась, предвкушая наслаждение чудесным напитком. Но разве на «Чёрной розе» можно было рассчитывать на спокойную жизнь?