Глава 42

Я честно пыталась заснуть, но это оказалось невероятно сложно, когда рядом с тобой находится горячий мужчина. Да-да, я буквально кожей чувствовала жар, исходящий от Ларса, поэтому и повернулась к нему спиной. Он никак на это не отреагировал. Я чуть подвинулась и упёрлась задницей в его бедро.

– Анчоус, у меня нет настроения для твоих дурацких игр! – прорычал Ларс.

– Ты забрал почти всё одеяло, – я пихнула наглеца ногой.

– Можешь принести себе другое, – ухмыльнулся Ларс, явно издеваясь надо мной.

Ну, вот почему нельзя всё было решить мирно? Зачем он довёл меня до греха?

– Что ты там бормочешь? – Ларс улёгся на спину и перехватил мою правую ногу под коленом.

– Ничего! – я, кажется, опять думала вслух.

– Да говори уже! – он сильнее сжал пальцы, и у меня просто сработал мышечный рефлекс. – Анчоу-у-у-ус!

– Больно, да? – я выпрямилась, откинула одеяло в сторону и потянулась к низу живота мужчины.

– Даже не думай об этом! – Ларс загородился от меня плечом.

– Я же хочу помочь.

– От тебя только одни беды.

Это было обидно услышать в столь поздний час. Я, особо не думая, отвесила Ларсу подзатыльник. Вроде бы не так сильно, но в это время к нам присоединилась медуза и добавила наглецу разряд электрического тока. И поскольку Ларс не ожидал двойного нападения, то громко клацнул зубами и прикусил свой язык. Душераздирающие стоны заполнили мою комнату. И вот как теперь утром отчитываться перед адмиралом? Мне, можно сказать, выдали офицера в целости и сохранности, а я его буду возвращать слегка подпорченным. И чтобы хоть как-то загладить свою вину, хотя и не чувствовала себя виноватой, потянулась к несчастному мужчине, собираясь его обнять. Ларс резко обернулся и предупреждающе на меня зашипел. Но я уже находилась в движении и не смогла замедлиться, поэтому и упала в его объятия. Мы даже поцеловаться не успели, как на нас посыпались мятные сердечки. Да, вонюченькие мятные, желеобразные сердечки!

– Анчоус, немедленно это прекрати, – выпучил глаза Ларс.

Я теснее прижалась к нему и подтянула одеяло:

– Это не моих рук дело.

– Прикажи особи, чтобы она остановилась! – властно потребовал Ларс.

Я взглянула на него: волевой подбородок, упрямо сомкнутые губы, пылающий взор. Чёрт, какой же он всё-таки был красивый! Я не смогла сдержаться и поцеловала его. Секунда…

– Боже, Анчоус! – Ларс подмял меня под себя, напрочь позабыв о медузе, сердечках и прочей чепухе.

Время для нас остановилось… ну, до утра.

Я включила душ и подставила лицо под тёплые струи, даже через закрытую дверь было слышно, как Ларс проклинает медузу последними словами. Мне же смело можно было открывать сегодня кондитерский магазинчик, сердечки плавали в воздухе, мешая передвигаться. А ещё они налипали на волосы, чем и безумно разозлили Ларса.

– Анчоус, у меня мало времени! – он ударил кулаком по хлипкой двери.

Я обмоталась полотенцем и вышла к нему, повела плечиком, выпрашивая хотя бы поцелуй. Ларс укоризненно фыркнул, отодвинул меня в сторону и вошёл в душевую. И надо сказать, что он мылся дольше меня! Я успела облачиться в комбинезон и сделать первый осмотр оставшихся на моём попечении пациентов. Оскар после долгой ночи на лекарствах пришёл в себя и ощупал грудь. Я ударила его по руке и строго проговорила:

– Ещё рано снимать повязку.

– Не могу поверить, – застонал Оскар. – Ты всё же меня распотрошила.

– Что за глупости?! Я тебе жизнь спасла!

– А что там ребята говорят о каком-то призраке, которого ты вчера выловила на нижней палубе?

Я недоумённо пожала плечами. Какой ещё призрак? Вот так небылицы и рождаются на крейсере посреди белого дня!

В реанимационную палату вошёл Ларс, увидев бодрствующего Оскара, приблизился к его койке и склонился над ним, что-то зашептав.

– Ему нельзя перенапрягаться! – я подскочила к мужчинам, и они тут же замолчали.

– Я всего лишь пожелал ему выздоровления, – выкрутился Ларс.

– Ага, – насмешливо хмыкнул Оскар, поддерживая своего дружка.

– Ну… – я не нашлась, что им сразу ответить, а потом стало не до этого.

Медуза влетела в приоткрытую дверь и выдала очередную порцию мятных сердечек. Оскар с удивлением уставился на это чудо природы, а вот Ларс аж позеленел от злости.

– Анчоус, последний раз прошу! – гневно прорычал он. – Заставь её остановиться! У меня больше нет сил!

Я поймала одно из сердечек и попробовала его.

– Вкусно!

– Боже, Анчоус! – возмутился Ларс. – А если потом у тебя красная сыпь пойдёт по всему телу?

– Смирись, – печально вздохнула я.

– Анчоус!

Мне надоело слушать вопли Ларса, я приподнялась на цыпочках и прильнула к его сладким, горячим губам. Ах! Громко заиграла романтическая песня о вечной любви на просторах космоса. Оскар восхищённо присвистнул, а кто-то за нашими спинами захлопал в ладоши. Я отлипла от Ларса и обернулась… адмирал Лукьянов собственной персоной. Боже! Да у меня в медотсеке, что ли, мёдом для всех намазано?! Никакого покоя!