Глава 32.

Лёжа на снегу в своем мире, я смотрела на верхушки берёз и на то, как медленно белые облака плывут по голубому небу. Слёзы прокладывали горячие дорожки по щекам, грудь сотрясалась от рыданий, а перед глазами было его искаженное гримасой ужаса лицо. Он не успел всего лишь на минуту. На полминуты.

Вытерев лицо, встала.

— Что ж, он всё-таки передумал. Теперь ему будет гораздо сложнее меня найти, — как будто успокаивая саму себя, пробубнила под нос. То, что он найдёт меня и в этом мире, ни на секунду не сомневалась.

Выбравшись на дорогу, побрела в ту сторону, где по моим предположениям, должна была остаться машина. Застегнув до самого верха пуховик, зашагала вперед по хорошо прочищенной трактором дороге. Необычно было ощущать себя простым человеком, лишённым магической энергии.

Холодный воздух кусал лицо, а кожаные сапоги из другого мира не были предназначены для прогулок по январским морозам, поэтому спустя полчаса я перестала ощущать пальцы ног. Быстро продрогнув до костей, начала поддаваться панике, но вдруг увидела вдали, в сугробе свою красненькую красотку. Кинулась к ней, как к спасению.

Домой я вернулась, когда был уже глубокий вечер. Потребовалось немало времени, чтобы моя брошенная машина, почти без горючего, опять была на ходу. Пришлось вызывать «помощь на дорогах», заливать топливо и делать такие совершенно земные вещи. С удивлением узнала, что прошло всего десять дней январских выходных, и завтра вся страна выходит на работу.

— Вот тебе и каникулы в гостях у сказки, — грустно усмехнулась про себя. Моего отсутствия никто даже не заметил. Зайдя по дороге домой в супермаркет, купила какой-то минимум продуктов. Есть не хотелось совершенно — скорее это сделала на автопилоте. Сейчас все происходящее воспринималось как дурной сон. Отторжение вызывало всё, что когда-то было моей жизнью.

— Цветы два раза полила и почту положила на тумбочке в прихожей, — участливо улыбнулась мне соседка тетя Валя. — Хорошо отдохнула, Кристиночка?

— Да, невероятно хорошо. Даже возвращаться не хотелось, — положив руку на сердце, ответила я.

— Ну и славно, ну и молодец, — обрадовалась она, хотя даже не знала куда я отправлялась отдыхать. Ей было и неважно — главное цветы политы, почта на месте.

Поставив весь пакет с продуктами в холодильник, я в одежде легла на диван и достала из памяти прощальную сцену с моим волком. Раз за разом прокручивая ее, смакуя, незаметно уснула.

***

Пробка тянулась мучительно медленно. Снегопад зарядил огромными хлопьями в первый рабочий день нового года. Как будто издеваясь надо мной — и так не хотелось никуда ехать. Хотя какая разница, где прозябать жизнь — на работе, в пробке или дома на диване?

Посмотрев направо, я увидела за рулём остановившегося рядом автомобиля Корвина. Он сердито смотрел вдаль и, скорее всего, высматривал меня.

— Ты дура, Крис! — отругала себя, не хватало ещё свихнуться мозгами для полного счастья. Мужчина, которого я приняла за Корвина, чертыхнулся и начал сигналить кому-то впереди.

Нет, Корвин не сидел за рулём соседнего автомобиля. Он не переходил дорогу по пешеходному переходу мимо меня. Он не ждал меня в офисе, развалившись на стуле, и даже возле подъезда моего дома его не было.

Он был где-то там, в другом мире, искал возможность вернуть меня, уверена.

В один прекрасный момент он неожиданно появится в моей жизни, и я должна быть готова к встрече!

Покрутив в руках бордовый камень в золотой оправе, в сотый раз попыталась открыть портал. Ничего не происходило. Не было никакой золотой энергии, сколько бы ни сидела в медитации, волшебство не возвращалось.

Первые недели две после возвращения, я просыпалась по утрам с новой надеждой — бодро пила кофе, тщательно укладывала волосы, одевала лучшие костюмы, и с улыбкой шла в новый день.

Спустя месяц из этого утреннего ритуала остался лишь кофе. Чувствовала себя отвратительно. Жутко злая на весь мир и на Корвина, в частности, выбирала чёрные тона в одежде и мыслях.

Если бы не его глупая идея отдать меня Хансу, я не сидела бы сейчас в этом идиотском офисе. Самое ужасное было — ожидание и неведение. Ищет ли он способ вернуть меня? И если да, то получится ли? А если не ищет? Я так и прожду всю жизнь его? И ведь никак не передать ни послание, ни записку, ни даже знак. Растерзаю, когда появится! Если появится.

Самым тяжёлым испытанием стало неверие с малюсенькой, крохотной надеждой. Я жила на автопилоте уже третий месяц. Все произошедшее в Новый год казалось лишь далекой нереальной сказкой. И только резной артефакт, и мужской костюм у меня в шкафу доказывали, что я не сошла с ума. Что где-то там есть другой мир и мой Корвин. Я уже не хотела его растерзать, не хотела обвинять. Лишь бы появился, лишь бы нашёл. Уже совершенно не волновал вопрос в качестве кого я с ним буду. Женой или просто любовницей. Он меня любил, и я это точно знала.

Прежняя жизнь вошла в старое русло ближе к маю. Переболев и отгоревав, я собирала чемодан. Отправится в отпуск на море решила после очередной бессонной ночи пару месяцев назад. Оторваться с подругой и забыться хоть на время — вот чего желало мое измученное сердце.

— Крис, завтра в шесть утра в аэропорту встречаемся! — проворковала по телефону подружка Наташка, летевшая со мной и со своим новым бойфрендом.

Парня ее я не знала и знать не торопилась. Ее романы больше месяца не длились, а запомнить всех было невозможно.

— Странная ты, Кристин. Сколько тебя знаю, ни разу с мужиком не видела. Ведь и все есть у тебя. И лицо, и фигура, бабки, тачка. А мужика нет. Что с тобой не так? — периодически задавалась она вопросом, но не получив вразумительного ответа, переключалась на себя любимую.

Наташку я знала с самого детства, она всегда была за любой кипишь, особенно если предлагают поехать на моря. И компанию всегда подбирала такую, чтобы не париться. Легкие романы и никакой ответственности. А охотников поехать с ней всегда было навалом. Вот и сейчас она летела с неизвестной мне жертвой ее красоты.

Чемодан был почти собран и лежал открытым на кровати, чтобы закинуть кое-что перед самым выходом. Найдя в холодильнике недопитую бутылочку вина, я с недоверием покосилась на вчерашние спагетти.

— Нет, сегодня обойдусь без ужина, — налив бокал красного, уселась на диван перед телевизором, вертя в руках медальон из другого мира.

Ещё совсем недавно идея поехать на море была спасением. Сейчас же вызывала лишь раздражение. Я не любила самолеты, бессонные ночи в дороге, акклиматизацию, глупых отдыхающих, и даже Наташку с ее новым хахалем видеть не хотелось. После третьего бокала начала перебирать в памяти воспоминания совсем другого моря. Тот волшебный день, в котором мы перешли границу наших отношений. Когда впервые поняла, что влюбилась окончательно. Его глаза, его великолепную фигуру и головокружительный поцелуй. И что завтрашняя поездка — лишь жалкая попытка почувствовать тот день.

То, что я никуда не поеду, поняла, засыпая в мягком дурмане — у меня ещё была возможность поставить будильник на четыре утра, но я этого не сделала.

Сны снились, как и всегда, тревожные, я все время искала его, то пробираясь через густой лес, то переходя вброд холодную реку. Иногда даже слышалось, что кто-то зовёт, но я уже знала, что это разыгравшееся воображение. Идя куда-то в непроглядную темноту, чувствовала, как ветер хлещет по щекам. Я уже не звала его. Знала, что он не слышит.

Вдруг стало тихо, тепло и издалека донесся тихий шум волн.

Губ коснулись мягким поцелуем, и я открыла глаза.