Глава 5

Демид Как же ты не вовремя! Словно специально момент подбирала. Стараюсь не выдать раздражение на лице. Оно и так у меня не бывает добродушным, даже, когда улыбаюсь. Грубо отесанная глыба не может выглядеть добро. А когда я чем-то недоволен, встреченные люди обычно шарахаются. Одному малышу все нипочем. Даже улыбается. И с чего бы это? Эй! Ему понравилась моя губа, вот он своими ручками пытается мне ее оторвать. Перестань! Это тебе не игрушка! Стараюсь отвести малыша, сидящего у меня на руках, в сторону от лица. Но тот тянет на себя несчастную губу. – Угу-сю! Сю-у! – весело заявляет мне. Вот в таком положении останавливаюсь перед Анфисой Альбертовной. В двух метрах от нас таращится на меня Марго. – Вы чудесно смотритесь, – сообщает мне Анфиса Альбертовна. – Редко встретишь любящего отца, что проводит много времени со своим ребенком. Прямо сердце радуется. Ууу… Марго сейчас удар хватит. Вон как глаза выпучила. Рот открывает, чтобы что-то сказать. А мне это не нужно. Пытаюсь подать ей знак. Мол, не лезь. Помолчи, вообще. Не знаю, поняла, нет? Но, главное, молчит. В разговор не лезет. Анфиса Альбертовна, тем временем продолжает: – А то знаете, сколько сейчас несчастных детей живет в неполноценных семьях? И много полных семей, в которых родителям совершенно нет до своих чад дела. И те страдают. Все знают, что страдающие дети и тупые родители – ее любимая тема. Но Анфиса Альбертовна, в отличие от большинства пустословов, действительно, старается сделать что-то хорошее для детей. Все по-честному и по совести. И вести дела с ней всегда оказывается выгодно. По всем этим причинам я и хочу, чтобы именно ее фирма у меня открыла свой филиал в Башне. Правда, ее эдакий «кастинг» и «фэйс-контроль» пройти очень сложно. Большинство компаний Анфиса Альбертовна «отбраковывает». – Не понимаю таких родителей, – качаю головой. Причем, отвечаю честно. С одной стороны, я действительно, не понимаю родителей, которые не уделяют своему ребенку время. И, тем более, бросают. С другой, я вообще не понимаю родителей, так как сам не родитель. Решаю перевести разговор со скользкой для меня темы. – А вам как отдыхается? Как Башня? – спрашиваю ее. Стараюсь не обращать внимание на выражение лица и знаки, что падает мне Марго за спиной женщины. – Вы знаете… – задумчиво проговаривает Анфиса Альбертовна, – а мне тут нравится. И сервис хороший, и отношение персонала к посетителям. Много всего для детей сделано. Сразу видно, человек понимающий все организовывал, любящий детей. Ага, ага. Уже не зря терплю почти оторванную нижнюю губу. Понял, что отстранять ребенка бесполезно. Потому расслабился. Пусть дергает, пока не надоест. – Очень рад, что вам понравилось. Надеюсь, завтра ваше мнение не поменяется? Крохе все же надоедает моя губа. – У-уу! – малыш тут же принимается сминать мое ухо. – Хо-о… Анфиса Альбертовна обольстительно улыбается и подмигивает. – Думаю, завтрашняя комиссия будет по большей части формальностью, – сообщает мне. – Устройте нам приятное время препровождение. Хорошие у вас специалисты, и косметика в СПА замечательная. А со мной много женщин будет. Намек понятен. – Все будет по высшему разряду. Никто не уйдет разочарованным, – отвечаю ей. Улыбнуться в ответ даже не пытаюсь. Знаю, не получится. Скорее, испугаю. Попрощавшись и помахав крохе ручкой, женщина уходит. А я выдыхаю. – Дай пять! – обращаюсь к малышу. Не дает. Мое ухо ему интересней. Ну, и ладно. Мелкий, я тебе обязан за расположение Анфисы. Ты мне, я тебе. По-любому найду твою маму. Город по кирпичикам разберу, но достану. Такие вот у нас деловые отношения. – И что это сейчас было? – Марго стоит напротив, уперев руки в бока. – Чей это ребенок? И почему она, – палец указывает в спину удалившейся Анфисы Альбертовны, – считает тебя его папой? – А разве он на меня не похож? – спрашиваю Марго. – В том-то и дело, что похож, – раздражаясь отвечает девушка. – Правда, я в них не разбираюсь. Они все на одно лицо. Да, как она понимает похож или нет, если это вообще карапуз и со взрослым ничего общего?! Как остальные видят некую похожесть? Чисто вежливость? – Ты знаешь кто это был? – имею в виду Анфису Альбертовну. – А как же! – удивляется вопросу Марго. – Мой отец хотел разместить ее отдел в своем ТЦ, рядом с витринами моего бренда для детей. Слышал про это. Анфиса им отказала. Причем сразу, как увидела, какие цифры на ценниках этой брендовой одежды. Папаша Марго вложил кругленькую сумму на задумку дочурки. Та наняла непонятных дизайнеров. И по их проектам шклепает на китайском заводе яркие не совсем удобные вещи по баснословным ценам. Пиар творит чудеса. Особенно хорошо отрабатывают свой хлеб блогеры, связанные с детской аудиторией. Им легче легкого втереть в неокрепшие умы новые тренды. Одежда Марго хорошо раскупается. Вот и у меня в Башне я ей позволил открыть свой отдел. Уж очень просила, всеми возможными женскими способами. И отец ее умаслил финансово, а так же помог чуть быстрее решить некоторые проблемы с разрешением на размещение такого высокого строительного объекта. А девушка с коляской, видимо, жертва пиар акции. Марго сейчас ее окучит, впарит какую-нибудь дешевку, и заставит отрабатывать на камеру, хваля товар. Но мне сейчас все равно. – Ну?! Я жду ответа, – топает ножкой Марго. – Потом все объясню, – произнося обхожу стороной. И встаю напротив девушки с коляской. – Это у тебя что? Молоко? – киваю на бутылочку в руках, которую она протягивает малышу в коляске. Тот по размерам примерно такой же, как и тот, что в моих руках. Хотя, поменьше будет. – Да, – заторможено отвечает она, разглядывая меня. И даже делает шаг назад. Ну да. Навис над ней. Испугалась, видимо. – Грудное, только отжала, – зачем-то поясняет она. Грудное? В смысле? Как она его отжала? Почему-то в голове появляются кадры с участием коровы, доярки и ведра. Отбрасываю их и спрашиваю: – А вот такому можно такое молоко? – указываю на кроху в моих руках. – Можно, наверное, – отвечает она, опешив от вопроса. – А сколько ему? Это она про возраст? – Демид, ты, наконец, объяснишь, что происходит? – не успокаивается Марго. Отмахиваюсь от нее. – Примерно, как вашему, – отвечаю девушке с коляской. И уже собираюсь сунуть ей несколько купюр за бутылку ее грудного молока. Но тут возникает вопрос – а вдруг эта девушка чем-то болеет? Приходится расспросить ее про альтернативу. И даже потащить за собой в отдел с детским питанием. Молодая мамочка, не ожидавшая такого напора с моей стороны, особо не сопротивляется. Все показывает и объясняет. Через десять минут кроха в моих руках жадно прикладывается к бутылочке со смесью, шумно при этом глотая. Рядом дожидаются своей очереди баночки с пюрешками. Марго все ждет от меня объяснений. И явно не собирается уходить, пока не получит ответ. У меня же вибрирует телефон. На связи начальник службы безопасности. – Демид Викторович, мы кое-что наши по городским камерам. Вам нужно это видеть.