ГЛАВА 22

Всю дорогу до поселка она молчала. Кусала губы, и лишь вспомнив, что Тимуру — да, наверное, как и любому другому мужчине, — не нравятся искусанные, заставила себя прекратить. Сидела, сжимая руки в кулаки и не замечала, как короткие ноготки впивались в нежную плоть.

Выходя из машины и благодаря Дмитрия за возню с ней, Лера посчитала, что достаточно собрана и готова к очень важному разговору.

Главное — никого не встретить на пути. Под «никого» в данном случае подразумевалась Диана. Диана может всё испортить. Несколько слов и от решимости Леры не останется и следа.

Но ей в этот день везло. Ни пока она шла к дому, ни внутри, никто её не встретил. Как-то даже странно. Никого нет в коттедже?

А вот об этом она не подумала. Возвращаясь в поселок, Лера почему-то была уверена, что Тимур окажется дома. С его-то занятостью наивно как-то было об этом думать.

Черт.

Лера снова прикусила губу, и уже поднявшись к себе, услышала его голос.

— Да, Тамим, рад буду тебя видеть. Приезжай в любое для тебя удобное время. Неделю буду в Калининграде. Да, вплотную решил заняться.

Лера облегченно выдохнула и поспешила в комнату. Подслушивать нехорошо.

Сардынов находился у себя в кабинете, что располагался через комнату от их смежных спален. Диана как-то обмолвилась об этом, но сама Лера ни разу не заходила в его вотчину. Зачем? Во-первых, ей было не интересно. Во-вторых, никто ей не давал достаточно полномочий, чтобы она свободно могла шастать по дому и заходить в те комнату, где её не ждали.

Лера спешила. Быстро умывшись и кое-как приведя себя в порядок. Поправила растрепавшиеся ветром волосы и нанесла немного блеска на губы, она направилась к двери. Из одежды на ней было простое шерстное платье чуть ниже колен. Переодеться во что-то более сексуальное? Лера прикрыла глаза и уперлась лбом в дверной косяк.

Она сходит с ума. Или сойдет в ближайшее время.

Нет, переодеваться она не станет. Она выглядит вполне прилично. Она идет к Тимуру разговаривать, а не сексом заниматься.

Когда девушка шла по коридору, преодолевая каких-то десяток метров, ей ноги дрожали. Ладони вспотели, а сердце уже привычно билось так, словно она сдавала стометровку на скорость. Она так сильно не волновалась даже когда собиралась на встречу с Берестовым. Тогда всё, что она задумала, казалось каким-то эфемерным, нереальным. Сейчас же всё воспринималось иначе.

Особенно после встречи с мамой.

Остановившись возле приоткрытой двери кабинета, Лера снова разгладила несуществующие складки на платье и лишь потом постучала, постаравшись, чтобы дверь окончательно не распахнулась.

Странное дело, она постоянно занимается сексом с Тимуром Сардыновым, а простого разговора с ним боится, как огня. Не потому ли, что очень хорошо помнит его слова: «Я не люблю говорливых женщин. И если я не начинаю беседу первым — ты молчишь.» Сейчас же напрямую собирается их нарушить.

А это очень плохо.

Только выбора у неё нет.

Ругая себя за неосмотрительность и слишком длинный язык, Лера замерла в ожидании ответа.

Он последовал почти сразу же:

— Войти.

Лера открыла дверь и вошла. Она не сомневалась, Тимур знал, кто стоит за дверью.

Он сидел за большим письменным столом и что-то печатал в ноутбуке. Лера скользнула взглядом по кабинету. Выполненный в классическом стиле, он производил сильное впечатление. Как и его владелец. Большие окна, одну стену полностью занимал шкаф, уставленный толстыми книгами в кожаных переплетах. Диван, пару кресел. Изящная статуя пантеры притаилась между кресел. Всё дышала властью и деньгами. И Лера в этом мире была абсолютно чужой. Никак не вписывалась в дорогой интерьер.

Тимур не поднял глаза, чтобы посмотреть на неё. Давал понять, что она помешала его работе. Что побеспокоила его зря.

Лере очень захотелось сбежать. Или нет — сорваться и накричать на Тимура. Впервые за всё время их знакомства. Так и хотелось высказать всё, что она думает о зарвавшемся «барине», возомнившем о себе черте что. А потом она иронично напомнила себе — он тебя приглашал в свой дом? Что-то обещал поверх контракта? Ухаживал за тобой, говорил комплименты? Дал понять, что ты занимаешь в его жизни особое место?

Нет.

Для него ты никто. Почти никто. Женщина, что удовлетворяет его физические потребности и в планах должна стать матерью его ребенка. Нет. Не так. Которая должна родить ему ребенка. Матерью она не станет.

— Тимур, добрый день, — негромко обратилась она к нему, поняв, что он первым разговор начинать не собирается.

— Мы уже виделись сегодня, Лера, — он так и не оторвался от печатанья.

Как же всё сложно. Невыносимо. Почти нестерпимо.

И пока Лера не стушевалась, она ринулась вперед.

— Тимур, я понимаю, что отвлекаю тебя, и что мне этого делать не надлежит, но не мог бы ты уделить мне минуту?

Она говорила быстро, порывисто.

Грудь от нервного напряжения сдавило тисками. Лера и предположить не могла, что когда-нибудь будет испытывать такой явный дискомфорт от общения с мужчиной.

Тимур ответил не сразу. Ещё попечатал с минуту, потом откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. Жест, известный многим, — закрылся от неё, давая понять, что на продуктивный диалог она может не рассчитывать. Легко не будет.

Выглядел он намного лучше, чем с утра. Из-за стола она могла видеть только его белую футболку, что идеально подчеркивала ширину его плеч и мощную грудную клетку. Интересно, она у него раскаченная или такая от природы? На лице не наблюдалось испарины да и глаза не были покрасневшими. Принял таблетку или странный недуг прошёл? Ой, ей-то какое дело! Хотя нет, сегодня до самочувствия Тимура ей как раз было прямое дело.

— Ты приехала из больницы. Виделась с родными. Они тебя спрашивали, как оказались в частной клинике. И ты сказала, что у тебя появился поклонник, оплативший их лечение. Так? Так. На эту роль из твоих знакомых подхожу только я. И ты пришла ко мне в кабинет с просьбой. Хочешь, чтобы я съездил в клинику и подтвердил твои слова.

Он бил не в бровь. Он бил прямиком в глаз.

Лера нелепо открыла рот, чтобы что-то сказать, но осознав, что не находит слов, что они все застряли в горле удушливым комком, только лишь кивнула, поспешно облизнув губы.

Чем чаще она сталкивается с Тимуром, тем становится страшнее. Нет, не в физическом плане. В моральном. Этот человек считывает её, как раскрытую книгу. Валерия не делала тайны из каких-либо своих поступков, но всё же было неприятно осознавать, что она до нелепости предсказуема.

Тимур ждал ответа.

Холодно смотрел на неё и больше ничего не говорил.

Лере захотелось провалиться сквозь землю. Да что же с ним так тяжело!

Пришлось медленно кивнуть.

— Ты прав.

Она ещё что-то хотела добавить, как-то задобрить его. Но не успела.

Потому что Тимур начал вставать из-за стола.

Лучше бы он сидел и продолжил изучать её равнодушным, даже немного раздраженным взглядом. Честное слово.

Потому что когда на тебя медленно двигается стокилограммовый мужчина, не испытывающий к тебе трепетных чувств, становится немного не по себе.

Лера усилием воли заставила себя стоять на месте.

Она ошиблась. Он не намеревался двигаться в её сторону. Лишь обошёл стол и присел на него, снова скрестив руки на груди.

Не успела Лера вздохнуть с облегчением, как услышала:

— Иди ко мне, — и чтобы у неё не осталось никаких сомнений, спокойно добавил: -

Поближе.

Сердце Леры скатилось куда-то в область живота. Тот в свою очередь судорожно сжался в преддверии чего-то дурного. Интуиция завопила, что ей следует бежать и искать другого «поклонника» для знакомства с мамой, разум же взбрыкнулся и обозвал её дурой. Сколько можно предвзято относиться к Сардынову? Он уже показал, что ничего страшного с ней делать не будет. Всё в пределах нормы.

Только «норма» у него бездушная. Совершенно.

Лера, выдавив из себя скупую улыбку, сделала несколько шагов по направлению к Тимуру.

Чтобы сразу же вскрикнуть и задохнуться от неожиданности.

Мужчина действовал быстро. Очень быстро. Выбросил руку вперед, как змея кидается на свою жертву, ухватил Леру чуть выше локтя и рванул на себя. Когда их тела неслись навстречу друг другу, Лера даже не успела понять, что её ожидает.

Она врезалась в скалу. Ей-Богу. Потому что иначе грудную клетку Сардынова воспринять было невозможно. Одни стальные мускулы. Ни грамма жирка. И когда он только успевает поддерживать физическую форму? Постоянно работает. Хотя, откуда ей, знавшей его лишь поверхностно, знать о его распорядке дня?

Когда она оказалась плотно прижатой к его телу, с удивлением почувствовала, что Сарднынов возбужден. Откуда… Когда… Но удивляться ей долго не позволили — мужчина действовал быстро и резко, кидая её от одних негативных эмоций к другим.

Не успела она прийти в себя от «приветствия» с его грудной клеткой, как её бесцеремонно развернули, уложив грудью на поверхность стола. Лера даже пискнуть не успела. И в следующее мгновение почувствовала, как юбку платья задирают кверху.

Вот о чем она совершенно не думала, направляясь на встречу к Сардынову, так это о сексе. Мужчина же, в отличие от неё, видимо думал о нем очень часто. По крайней мере, в её присутствии так точно.

— Чулки. Мило, — голос, в котором прорезались хриплые нотки, отбросил все её посторонние мысли прочь.

Точно, она же утром вместо колготок автоматически выбрала чулки с силиконовой резинкой. Как оказалось — не зря. Предчувствие? Или обычное ограничение в её гардеробе, где простые вещи по типу хэбешных трусов исчезали из обихода?

Лера ничего не стала отвечать на его реплику. Зачем? Лишь негромко охнула, когда кружевные черные трусики были стремительно стянуты книзу.

— Переступи.

Мужской голос охрип сильнее.

Одну руку Сардынов зафиксировал на её позвоночнике, надежно удерживая и предупреждая, чтобы она не думала возражать. О сопротивлении речи не шло.

Лера, чьи глаза в данный момент напоминали две плошки, растопырив пальцы и положив руки на поверхность стола, постаралась успокоиться. Сейчас будет секс. Снова. Опять. В очередной раз. Господи, что с потенцией у этого чертова Сардынова? Мысленно задала вопрос и тотчас обернула себя. Богохульничает — в одном предложении и про Бога и про черта упоминает. Так нельзя. Но и эмоции невозможно контролировать, когда тебя вот так «раскладывают» на столе. С полным правом. Не спрашивая. Беря.

Стараясь не поддаться злости и не послать Тимура с его вечным «стояком» куда подальше, и подавляя в себе обиду, девушка послушно переступила через собственные трусики, чтобы тотчас кто-то озабоченный приступил к делу.

Почувствовав, как длинные мужские пальцы легли на её лобок, Лера закрыла глаза. Дышать. Только дышать. И не заморачиваться по поводу собственных ощущений. Она может получить удовольствие от происходящего.

На Тимуре были домашние спортивные брюки. Ни бряцанье ремня о шлевку, ни звука расстегивающейся молнии не могли предупредить её о вторжении.

И когда тугая горячая головка ощутимо надавила на её складочки, растягивая и властно вторгаясь между ними, Лера протяжно застонала и крепко зажмурила глаза.

Чего-чего она не ожидала, так это крепкого удара по ягодицам, отчего Лера непроизвольно дернулась.

— А, ну, расслабься.

А то она сама не знает!

Шлепок обжег нежную кожу и если к нему присоединить полное вторжение внутрь лона ощущения оказались пикантными. Дыхание Леры сбилось. Она сама от себя не ожидала подобной реакции. Смутно понимала, как выглядит со стороны. С задранной юбкой, в чулках, с трусиками, лежащими вокруг одной из щиколотки. И сзади почти полностью одетый мужчина, что мощными толчками врезался в неё, проникая с каждым разом всё глубже и глубже. Его рука с позвоночника переместилась на её ягодицы, и теперь обе руки Тимура сжимали её бедра. Жестко сжимали, оставляя красные отметины. Властно сжимали…

Лера не смогла сдержать ещё одного стона, когда в очередной раз ощутила, как он врезается в неё.

Что же такое происходит… Внутри лона становилось влажно, низ живота ощутимо потяжелел. Как же порочно! Как же непривычно! Как же возбуждающе!

Лере всё же удалось расслабиться. Она прикрыла глаза и перед её внутренним взором нарисовалась картина их соития. В голове, помимо воли что-то сдвинулось в сторону, где-то перемкнуло. Чего греха таить, каждая из девушек мечтает о безудержной страсти по отношению к себе. Чтобы парень терял голову в твоем присутствии, чтобы хотел только тебя. Чтобы отодвигал на задний план все другие мысли. И срывался вот так одержимо, непредсказуемо. Брал яростно и одновременно трепетно, спуская страсть с цепи.

Сейчас с Лерой происходил именно это. Она не могла видеть себя со стороны, иначе бы увидела, как невольно выгнулась её спина, как бедра устремились навстречу бедрам Тимура. Как на её лице застыло предчувствие надвигающегося оргазма.

Они кончили одновременно. Лера услышала, как Тимур сдавленно застонал и сделал особо глубокий толчок, отчего приятная боль расцвела в её теле, и одновременно сорвала собственную пружину, заставив девушку задрожать от накатившего наслаждения. Лера обессиленно припала к холодной поверхности стола, не в силах даже свести ноги.

Сардынов не спешил выходить из неё.

Его рваное дыхание доносилось до сознание Леры, и какой-то чертяга, непонятно откуда поселившийся в голове, ехидно заметил, что господин Сардынов не так спокоен и безразличен, как пытается казаться. Что в его мире бушуют нехилые страсти, которые он умело контролирует и постоянно подавляет.

— Будь готова сегодня к семи.

Лера не стала переспрашивать. Не стала уточнять. Женская интуиция со сто процентной уверенностью сообщила ей, куда они поедут.