ГЛАВА 28

Лифен.

— Лифен…

Чувствую легкие похлопывания по щекам.

— Просыпайся, малышка.

Я с трудом открыла глаза и увидела лицо Тогры. Убедившись, что я очнулась, он вылез из салона и, обойдя машину с другой стороны, подал мне руку. Выйдя наружу, я закрыла ладонью глаза и зажмурилась от яркого солнца. Всюду слышалось щебетание птиц и сильно пахло хвоей.

Интересно, сколько я проспала? Чувствую, как все тело ноет…

Тогра дал мне попить воды, взял за руку и повел по каменистой дорожке. Мы уже находились на территории храма. Это я поняла, когда среди густых деревьев появилась огромная скала, в которой находился неровный проход, похожий на пещеру. Около входа на каменной стене были выдолблены странные рисунки и иероглифы.

Мне вдруг стало очень жутко. Эта скала, словно огромное чудовище, жадно раскрыло свою черную пасть, с нетерпением ожидая, когда мы сами в нее войдем. Меня охватило ощущение, будто мы направляемся не в храм Духа, а в мир мертвых. Перед самим входом я затормозила, потянув Тогру за руку.

— Что случилось? — удивился он.

— Не знаю, — ответила я, сильнее сжимая его руку, — Мне просто как-то не по себе…

Тогра нахмурился и задумчиво посмотрел в пещеру. Но потом подошел ко мне и нежно обнял, поднимая пальцами мое лицо за подбородок.

— Ты зря переживаешь, Лифен, — негромко заговорил он, смотря мне в глаза, — Никто тебя не обидит, потому что я буду рядом. Все будет хорошо, доверься мне.

Голос моего альфы подействовал на меня, как лекарство, и я немного расслабилась. Уткнувшись в его грудь, я вдохнула его запах и закрыла глаза. Он крепче прижал меня к себе, и мы простояли так какое-то время, наслаждаясь близостью друг друга.

Ивона говорила, что нас разделят. А потом будет этот странный ритуал! Множество людей будут наблюдать, как мы делаем это! Смесь страха, возбуждения и стыда заполнили меня до краев. Мне захотелось развернуться и убежать в лес, подальше от этой скалы-монстра и ее чудовищных традиций.

Нужно взять себя в руки! Я же не одна через это буду проходить, а со своим альфой! И Ивона через это прошла, и все другие до меня. Никто не умер, и со мной все будет в порядке!

Отстранившись, я взглянула на Тогру и кивнула. Взявшись за руки, мы шагнули в темноту.

Внутри оказалось довольно прохладно. Наши шаги эхом отражались от неровных каменных стен пещеры, на которых неоном светились многочисленные узоры и надписи на неизвестном языке. Вскоре мы вошли в огромное помещение, напоминающее зал в каком-то мистическом древнем замке. Гигантские колонны, все с теми же светящимися надписями и рисунками, уходили высоко вверх, пропадая в черной бездне пещеры. На каменных, уже ровных стенах, повсюду были закреплены факелы, создающие зловещие пляшущие тени в неярком желтом свете.

Тогра остановился и огляделся. В зале было множество проходов, но куда нам дальше идти, он, видимо, не знал. Внезапно мы услышали шаги. Из одного из проходов с факелами в руках к нам направлялись двое монахов, облаченных в длинные темно-желтые мантии. Почувствовать их приближение мы не смогли, так как, судя по всему, они использовали прием «невидимка». Капюшоны их были откинуты назад, благодаря чему, можно было разглядеть их лица. Двое мужчин имели длинные волосы, убранные в хвосты, и лица их были гладко выбриты.

— Приветствуем вас, потомки Амарока! — произнес один из них и они оба приложили свои ладони ребром к лицу, слегка поклонившись.

Тогра молча кивнул в ответ, и я повторила за ним.

— Мы проводим вас в ваши временные обители. Прошу каждого проследовать за своим сопровождающим.

Мужчина, который молчал, сделал шаг мне навстречу, давая понять, что я должна проследовать за ним. Я сильнее сжала руку Тогры, тревожно взглянув на него.

— Иди, Лифен, — тихо произнес он, улыбаясь, — Скоро увидимся.

Не сразу отпустив его руку, я последовала за монахом, который сразу же отправился в самый дальний проход. Следуя за ним, я несколько раз обернулась, видя, как Тогра со своим сопровождающим исчезает в противоположном проходе.

О, Дух! Что же я так сильно нервничаю! Так сильно, что мой страх почти полностью подавляет возбужденное состояние, которое я постоянно испытываю во время охоты. Или это метка Тогры на меня так влияет? Которую он регулярно «обновляет».

Я протянула руку к ране под шеей, и меня сразу бросило в жар от воспоминаний того, что произошло по дороге сюда. Испуганно взглянув на спину провожатого, я сжала кулаки и закусила губу. Он никак не отреагировал на мой всплеск энергии. Наверное, потому что его дух спрятан, и он не почувствовал моей оплошности.

Нельзя позволять себе возбуждаться, когда рядом незнакомый альфа! Пусть даже и монах. Нужно держать себя в руках!

Если так подумать, сколько таких девушек приходило сюда во время течки, чтобы провести церемонию. Потому монахи и отгораживаются духовно, чтобы не чувствовать соблазнительные вибрации энергии омег.

Пока я боролась с собой, мы вышли из длинного коридора в большое продолговатое помещение, освещенное факелами. В конце помещения находилась деревянная дверь, вокруг которой светились надписи. К ней меня сопровождающий монах и подвел.

— Здесь твоя временная обитель, — повернулся ко мне мужчина, открывая дверь, — Рекомендую никуда не уходить, потому что в храме очень легко заблудиться. В комнате ты можешь спать и принимать пищу. Здесь есть дополнительная комната для купания и других нужд. Вскоре тебе принесут ритуальную одежду, и главный жрец расскажет, как будет проходить церемония.

— Спасибо! — поблагодарила я монаха за подробные разъяснения.

— Попрошу снять браслет и другие устройства связи на время церемонии, — он протянул руку, — По окончании вам обоим все вернут. Таковы правила.

Я расстегнула браслет и вложила его в руку монаха. Потянулась к ожерелью, но вдруг поняла, что не смогу его снять.

— Украшения можно оставить, — ответил монах на мой растерянный взгляд, чуть поклонился и пошел к выходу.

Я вошла в комнату. Каменные стены, пол и высокий потолок. Небольшая кровать с песочного цвета постелью, стол, стул, тумбочка и деревянная дверь в туалет. Комнату освещали три свечи, стоящие на столе, где рядом лежал поднос с банкой воды и брикетом пайка. И больше здесь ничего не было.

Да уж… Здесь довольно жутковато! Я как будто попала в далекое прошлое, когда на Земле царствовала чума, а людей казнили за колдовство.

Пройдясь по комнате и заглянув в ванную, я вернулась и легла на кровать. Интересно, сколько придется ждать, когда придет главный жрец? Что он скажет? Похоже, что монахи не в курсе, что мы с Тогрой не соблюли традиции и не сдержались. Я так переживаю из-за этого!

А вот моему альфе, похоже, все равно. Я так поняла, что он не сильно-то и чтит традиции, если хочет продолжить церемонию, несмотря на то, что произошло. Он решителен и целеустремлен как всегда. Он сделал меня своей омегой, а теперь хочет сделать своей женой! Значит ли это, что он тоже любит меня?

Меня охватило чувство сомнения. Я прекрасно помнила, как он обошелся со мной. Я ничего не забыла. Его обман, боль, которую он мне причинил, и унижение. Как он меня усыпил и сдал в лагерь, ничего не объяснив. А потом как ни в чем ни бывало появился и сразу потребовал ласки. Ну, и в завершение всего, он избил моего отца и изнасиловал меня практически в присутствие своих людей, буквально разорвав меня изнутри.

Любит ли он меня? Сомневаюсь… Симпатична? Да. Но не более. Разве можно причинять столько страданий человеку, которого любишь? Тогда, когда он вел меня на свой корабль на планете Фор-145, я слепо ему доверилась и послушно шла по пятам.

Вот так же, как сейчас…

Только теперь я в полной мере осознаю, что он за человек. Но у меня нет выбора. Я проиграла в тот момент, когда зашла в его клетку на корабле «стервятников». Теперь я полностью от него зависима, и не только физически. Мое сердце полностью принадлежит ему! Несмотря на все, что он со мной сделал, я все равно продолжаю любить его, и даже еще сильнее. Я покорно продолжаю следовать за ним, понимая, что он может в любой момент снова сделать мне больно.

Из глаз на висок скатилась слеза, а в носу сильно защипало.

И почему я начала предаваться таким мыслям именно тогда, когда должна, наоборот, радоваться, что скоро стану женой Тогры? В итоге он выбрал меня, а не другую. Была бы я счастливее, если бы меня пометил другой альфа?

От этой мысли у меня по телу побежали мурашки, и волосы на голове зашевелились. Мне стало противно и тошно, а метка над лопатками зачесалась.

Ничего себе! Я даже подумать о таком не могу! Мой дух сразу отреагировал на предательские мысли! Страшно представить, что может ощущать меченая омега во время секса с другим альфой!

Чтобы отвлечься от угнетающих мыслей, я съела паек и выпила почти всю воду. Кое-как помылась под душем, который и душем-то назвать, язык не поворачивался. Какое-то ржавое ведро с дырками, из которых льется прохладная вода.

Сервис тут на высоте! И это комната для девушек? Как же тогда монахи постоянно живут в таких условиях?

***

Прошло уже часа два, прежде чем я почувствовала незнакомую энергию, которая, не спеша, приближалась к моим покоям.

Странно. Я думала, все служители храма скрывают свой дух. Может быть, это как раз главный жрец, и для него действуют другие правила?

За эти два часа я так сильно накрутила себя, что когда в дверь негромко постучали, я резко вскочила на ноги и вся напряглась.

Да чего я так боюсь! Меня же не на казнь пришли сопровождать!

— Войдите! — слишком громко ответила я.

Дверь сразу приоткрылась, и в комнату зашел мужчина в мантии и с капюшоном на голове, закрывающем верхнюю половину лица. Нижняя часть его лица имела недлинную, но довольно густую темную бороду. Он был очень высоким и широкоплечим, совсем непохожим на тех двух монахов.

И это главный жрец?! Я себе его совсем другим представляла.

Мужчина махнул рукой, кидая мне какую-то белую тряпку. Я неуклюже поймала ее и немного развернув, поняла, что это ритуальная одежда.

— Одевай! — произнес он низким голосом и замер в ожидании, не собираясь уходить.

Я уставилась на лицо, которое скрывалось в тени, и почувствовала, как меня прожигают взглядом.

— Я… отойду в ванную… переоденусь.

Жрец ничего не произнес, и я поспешила в комнату, закрывая за собой дверь.

Что за жуткий тип? Это точно главный жрец? Почему-то мне очень некомфортно рядом с ним. Даже страшно. И этот тип будет наблюдать за нами во время ритуала?! Тогра, надеюсь, рядом с тобой, я смогу забыть обо всем, что будет твориться вокруг!

Трясущимися руками, я стащила с себя вещи и то, что осталось от нижнего белья, и сразу поспешила надеть ритуальную одежду. Прямая белая рубаха до колен и с рукавами до локтей, была вышита разноцветным орнаментом вокруг широкой горловины. Ткань хоть и не просвечивала, но прекрасно выделяла мои соски, которые сейчас напряглись от волнения. А тот факт, что под рубахой я была совершенно голой, только усложнял мое состояние.

Скрестив на груди руки, я вышла из комнатки и медленно подошла к жрецу. Я чувствовала, как он меня внимательно разглядывает и мне даже показалось, что его дух слегка коснулся меня.

— Я готова! — решилась прервать я напряженное молчание.

— Я вижу, — сказал жрец и… криво ухмыльнулся.

Я нахмурилась и сделала шаг назад, крепче обнимая себя руками. Ухмылка с лица главного жреца моментально исчезла. Он открыл дверь и вышел из комнаты, бросая через плечо:

— Иди за мной.

Вот так вот? Без лекций и инструкций? Ну… делать нечего. Лишний раз общаться с этим мужиком я не горю желанием. Этот жрец очень жуткий тип! Но не пойти за ним я не могу. Мы с Тогрой приехали сюда ради церемонии, так что придется немного потерпеть.

Я шагала за главным жрецом, стараясь не отставать. Его походка и широкий шаг как-то совсем не подходили человеку, который всю свою жизнь посвятил служению Духу. Но откуда мне знать, какие тут на самом деле правила и обычаи? Я мыслю стереотипно, черпая информацию из статей, книг и фильмов, а здесь свой мир, закрытый от общества.

Мы шли уже через другой длинный коридор, а когда он закончился, то стали спускаться по каменной лестнице, уходящей глубоко вниз. Чем ниже мы спускались, тем сильнее меня душили страх и сомнения.

Почему мне так страшно? Разве церемония должна быть такой пугающей?..

Вдохнув поглубже несколько раз, я постаралась успокоиться. Вскоре мы дошли до выхода, и я сразу ощутила присутствие множества духов. Все они принадлежали альфам и ни один омеге. Одни мужчины… Дух Тогры я тоже почувствовала, но слабо. Как будто он был в отдалении или в соседнем помещении.

Жрец зашагал по огромному круглому залу с гигантскими потолками. Больше это было похоже не на помещение, а на обжитую пещеру. Всюду было установлено множество горящих факелов. По залу эхом разлетались даже совсем негромкие звуки. В середине зала стояли люди в мантиях с капюшонами на головах, скрывающие лица.

Человек двадцать. Альфы.

И никто не скрывает свою энергию.

Я сбавила шаг, почувствовав неправильность происходящего, а потом и вовсе остановилась. Жрец, идущий впереди, остановился и повернулся. А потом снял капюшон и хищно улыбнулся, показывая острые зубы.

— Дошло, наконец-то? — страшным голосом сказал он, и сделал молниеносный прыжок, хватая меня за волосы.

То, что этот мужик не жрец, уже было понятно и без объяснений. Он потащил меня к толпе «монахов», которые тоже стали скидывать капюшоны, ехидно улыбаясь. Они расступались в стороны, пропуская нас в середину. В центре на полу размещался круглый каменный выступ примерно метров пять в диаметре.

Жертвенный алтарь.

А в середине алтаря на коленях с опущенной головой и связанными сзади руками стоял мой альфа. Он весь был покрыт гематомами и ранами, а с волос часто срывались крупные капли крови, образовывая на камне темно-красную лужицу.

Мужчина, что притворялся жрецом, швырнул меня на алтарь рядом с Тогрой. Вскочив на четвереньки, я сразу подползла к нему.

Его дух почти не ощущается! Вот почему, я его еле чувствовала!

— Тогра! Тогра! — срывающимся голосом заговорила я, пытаясь заглянуть ему в лицо, — Тогра… Тогра…

Я не смогла сдержать рыдания. Вокруг раздавался мерзкий смех, и кто-то что-то говорил, но я не ничего не слышала. Скользкими от крови руками, я пыталась поднять его лицо, но у меня ничего не получалось. Руки дрожали, а газа заволокло пеленой.

— Лин! — услышала я громкий голос «жреца», — Давай-ка буди капитана! Ритуал можно начинать!

Меня снова больно схватили за волосы, оттаскивая от Тогры.

— Нееет! — заорала я, — Нееееет!!! Аааа…

Мощная пощечина прервала мой крик, и в глазах взорвались звезды. Мне показалось, что моя голова едва не оторвалась от шеи.

— Заткнись, сука! — прорычал бородатый, — Побереги лучше силы. Тебе сегодня парней всю ночь развлекать!

— Аккуратнее, Рутон! Сломаешь образец, будешь срочно доставать новый! Омега нужна живая и здоровая!

Я подняла голову и посмотрела на альфу, который только что это говорил. Выглядел он, как аристократ. Гладковыбритый, с идеально уложенными темными волосами. Его красивое лицо было спокойным и доброжелательным.

— Как скажешь, Лин!

Рутон отпустил меня, и я осела на пол, не устояв на ногах. Лин подошел ближе и сел на корточки, заглядывая мне в глаза и убирая пряди, налипшие на лицо.

— Как тебя зовут, дитя? — улыбнувшись, спросил он.

Набрав через нос воздуха, я резко плюнула ему в лицо. Лин вздрогнул, зажмурившись, потом вытер мой плевок и… облизал пальцы.

— Сладкая! — сказал он, и его лицо исказила страшная улыбка, — Течка в самом разгаре!

Я невольно отшатнулась.

— Да… Я еле сдержался, чтобы не трахнуть ее, пока тащил сюда! — добавил Рутон.

Лин встал, и я посмотрела на двух мужчин снизу вверх, ощущая свою полную беспомощность. Они же, и еще пара десятков альф, смотрели на меня, как стая голодных химер, которым не терпится разорвать меня на куски.

— Если бы ты это сделал, то испортил бы весь эксперимент. Ладно, давай уже разбудим Хуту, — сказал Лин, доставая из мантии пистолет для инъекций.