Глава 3

Стоило Избраннику Угла коснуться магическим жезлом Рух, как она сразу же начала преображаться.

Издав недовольный крик-клекот, птица начала махать крыльями, а затем спрыгнула с моей руки на землю.

Стоило ей оказаться на песке, как она сразу же начала искриться так ярко, что на нее невозможно было смотреть обычным зрением, не говоря уже про магическое.

Спустя пару секунд, Рух начала увеличиваться в размерах, причем происходило это гораздо быстрее, чем это было с Титусом и Тиной.

— Ого! — удивленно произнес друид, смотря на метаморфозы, которые происходили с магической птицей. — Не думал, что у этого существа такое сильное духовное сосредоточение, — добавил он.

— Духовное сосредоточение? — спросил я Избранника Угла.

— Да, — кивнул он. — Место, где храниться магическая энергия, дарованная Великой Метерью. В этом существе ее очень много, — произнес друид.

А, так он о магическом ядре.

Хотя, нет.

Друиды же, не обладают Оком Великой Матери, а значит он видел в Рух что-то другое.

Вопрос только что именно.

А тем временем, Гром-птица, которая ей вовсе не была начала искриться так ярко, что мне, даже, пришлось отойти от нее на пару шагов назад и закрыть глаза тыльной стороной ладони.

Также поступил и друид.

— А с ней точно все нормально? — спросил я вождя Детей Угла.

— Да, — кивнул мой собеседник. — Скоро это прекратиться, — добавил он и будто бы в подтверждение его слов, Тонитрус, или как называли ее Иные — «Птица, приносящая несчастья», начала медленно «гаснуть».

Вскоре, на нее уже можно было нормально смотреть, хотя по телу Рух, все еще проходили ярко-желтые искрящиеся разряды.

Да уж, теперь на моей руке она точно не поместиться, — подумал я, смотря на измененную магией вождя Детей Угла, магическую птицу, которая сильно увеличилась в размерах.

Она, конечно, и раньше была не маленькая и с трудом помещалась на моей руке, но сейчас…

— А почему с фангами было по-другому? — поинтересовался я у Избранника Угла.

— Потому, что у них не было столько магической силы, — ответил мой собеседник. — Получив Благословение Великой Матери, они раскрыли в себе магию, а в этом существе, она была изначально, — ответил друид, и хоть его объяснение и было расплывчатым, я все-равно все понял.

Скорее всего, он имел ввиду, что хоть в Титусе и Тине и была магия, но свой магический элемент они получили только после того, как друид воздействовал на них своей магией.

В Рух же, изначально был магический элемент магии воздуха, а вернее молнии, как у Жозе Жумельяка, и судя по тому, что сказал Избранник Угла, ему удалось своей магией, усилить его.

Дабы подтвердить свою догадку, я использовал магический взор и у меня чуть челюсть не отвисла, когда я увидел магическое ядро Рух и ее систему энергетических каналов, которая претерпела очень сильные изменения.

Такой паутины магии, не было даже у меня…

Хотя, нет. Не так.

Наши системы энергетических каналов, просто, были разными и неуместно было их сравнивать. У Тонитруса она была сильно разветвленный и от каждого «основного» канала, тянулось по множеству очень тонких ответвлений во все части тела птицы.

Если сравнивать эти «ответвления» с кровеносной системой, то больше всего, они напоминали капилляры, коих в ее системе энергетических каналов, было огромное множество.

У меня же, паутина была более прозаичной и выглядела гораздо проще. Если сравнивать с той же кровеносной системой, то у меня энергетические каналы были больше похожи на артерии. Они были более толстыми и прочными и при этом их было не так много, как в теле Рух.

Да, от «основных» энергетических каналов, в разные части моего тела, тоже, тянулись тоненькие ответвления, но их было несоизмеримо меньше, чем в теле Птицы, приносящей бурю, а это говорило о том, что мы по разному использовали магию своих магических ядер.

Интересно, на что способна была эта птица в магическом плане? — подумал я, не сводя глаз с величественной Рух, которая в свою очередь, смотрела на меня, каким-то странным, я бы даже сказал, осознанным взглядом.

Даже у фангов, которые теперь были на второй ступени эволюции, такого взгляда не было, и это при условии, что они могли выполнять сложные приказы и были довольно умными магическими созданиями.

— Очень сильное создание, — голос друида отвлек меня от размышлений. — Не знаю, как Тонитрус мог оказаться на континенте людей, но видимо, его родитель — был очень сильным представителем своего вида, — добавил друид, продолжая смотреть на Руха.

Да уж, и мне хотелось бы это знать, вот только не уверен, что выяснить, как птица смогла прилететь с другой стороны Разлома на континент людей, вообще представляется возможным.

Особенно в текущих реалиях.

Все же я был беглым преступником и вернуться мне в земли, где моя душа переродилась в тело молодого Люка Кастельмора, не представлялась возможной.

А тем временем, Рух расправила свои крылья, и казалось, стала еще больше.

Она же не…

Я вовремя успел насытить свои мышцы магией, прежде чем взмахнув крыльями, птица, которая по верованиям Иных, должна была приносить несчастье, не взлетела и не приземлилась мне на руку.

Сколько же она весит? — была первая моя мысль, когда с трудом, но искрящемуся магическому созданию удалось, как-то, устроиться на моей руке.

Сотня не меньше!

Возможно, даже больше!

— Аа-ха! — громко рассмеялся друид, пока я с раскрасневшимся от натуги лицом, старался удержать Тонитруса на своей руке. — А ты сильнее, чем кажешься! — добавил он, а буквально в следующую секунду я встретился с Рух взглядом.

И видимо, осознав, что мне тяжело, магическая птица, взмахнула крыльями, при этом каким-то чудесным образом не задев меня ими, ибо размах у них был, просто, огромный, резко взлетела в воздух.

Вот это скорость, — подумал я, смотря на удаляющуюся в небо птицу, которая, яркой вспышкой, быстро набирала скорость, и вскоре скрылась среди темнеющих облаков.

— Быть буре, — произнес Избранник Угла, который наблюдал за Рух вместе со мной.

Не думает же он, что это из-за магической птицы?

Я задал этот вопрос друиду.

— Кто знает, — он пожал плечами. — Одно я могу сказать точно. То, что эта птица приносит несчастье, это не поверье коренных жителей Земель Великой Матери. Так есть на самом деле, — добавил он и его взгляд стал очень серьезным.

— Я уже говорил тебе на эту тему, — усмехнулся я, смотря на своего собеседника.

— Говорил, — кивнул друид. — Только сейчас ситуация немного изменилась, — произнес он.

— Потому, что твоя дочь отправляется со мной? — сразу понял я, причину его тревоги.

— Да. Я не хочу, чтобы с моей дочерью приключилось какое-нибудь несчастье, — прямо ответил он.

— Понимаю, но я не властен над судьбой, — прямо ответил я. — А еще я не верю в то, что птица, просто, своим существованием, может принести несчастье. Как, по твоему, это может быть? — спросил я вождя Детей Угла.

— Считается, что все Птицы, приносящие бурю, это потомки одного из детей Великой Матери, — ответил мне друид. — Племя, которому он покровительствовал, было уничтожено, а всех, кто был в нем, убили, перед этим подвергнув ужасным пыткам. Когда вместилище Бога было разрушено, из него вылетели несколько таких птиц. Никто не придал этому значения, но потом все началось, — произнес Избранник Угла и тяжело вздохнул.

— Что началось? — раздраженно произнес я, поняв, что дальше мой собеседник продолжать не собирается.

Вот, почему они все так? Если уж начал о чем-то говорить, то доказывай до конца. Особенно, если вещи, о которых ты рассказываешь настолько важные.

Жизнь Принявшей разложение, конечно, не стояла на кону, но если ее отец считал, что птица, действительно, приносит неудачу и он знает, легенду, предание, или что он мне, сейчас, там рассказывал, то почему не рассказать ее до конца, а не говорить всеми этими загадками.

— Беды, — ответил мне Избранник Угла. — Все племена, которые участвовали в разорении племени «Солнцеликие», начали постигать беды и несчастья, — добавил он и посмотрел в небо — туда, куда улетела моя Рух.

— Может, это совпадение или случайность, — предложил я.

— Нет, — покачал головой мой собеседник. — В течении года, все те племена, которые участвовали в разорении «Солнцеликих» исчезли, — ответил Избранник Угла.

— Исчезли? Это как? — спросил я.

— Просто, перестали существовать, — ответил мой собеседник. — Вымерли все. Люк, это не могло быть случайность или совпадением. И все, как один, говорили, что всегда, перед тем, как случалась какая-то беда, всегда, была эта птица, — добавил друид, а затем опустил свои глаза на меня.

— Если все те племена о которых ты говоришь, вымерли, то кто все это рассказал? — задал я довольно логичный вопрос.

Вождь Детей Угла грустно усмехнулся.

— Есть те, кто может говорить с мертвыми, — нехотя ответил он мне.

— Говорить с мертвыми? — удивился я. — Это как? — спросил я своего собеседника, ибо мне стало очень любопытно, как такое было возможно.

— Темная магия, — покачал головой Избранник Угла. — Я не хочу о ней говорить. Это всегда к беде, — ответил Иной, который оказался куда как более суеверный, чем я предполагал.

— Хорошо, — кивнул я. — Но ты ведь понимаешь, что я не разорял чужих племен, — произнес я, смотря на друида. — А значит и Богу, который хотел отомстить за то племя, которому он покровительствовал, не должен держать на меня зла, так? — привел я друиду логичный довод.

— Верно, — немного подумав, ответил вождь Детей Угла.

— Может, это птица отмщения, а не несчастий? — предложил я друиду.

В этот раз, мой собеседник обдумывал полученную информацию дольше, чем в предыдущий раз.

— Возможно, — наконец, ответил Избранник Угла.

— Тогда, проблем с Рух быть не должно, — ответил я и улыбнулся. — Во всяком случае, пока она была со мной, никаких напастей со мной не случалось, — добавил я и задумался, так как мог и ошибаться.

С момента, когда у меня появилась Тонитрус со мной произошло много всего, но все эти события, скорее, были последствиями тех действий, что я совершал ранее.

Плюс, у меня и у самого с везучестью были определенные проблемы, поэтому не было смысла во всех своих злоключениях винить Руха.

— Хорошо, — голос моего собеседника прозвучал неуверенно.

И его можно было понять, все же он отдавал мне под защиту самое ценное, что у него было.

Пока я разговаривал с Избранником Угла, я заметил, что в лагерь вернулся Франсуа и судя по тому, что он был без старика Луи, уговорить Бриана у бывшего наемного убийцы получилось.

И это было очень хорошо. Мертвый город, куда нам предстояло отправиться, было не лучшим местом для священника в годах.

Хотя, для всех город, где долгое время правил Неспящий губернатор, было не лучшим местом.

Хм-м, вспомнив о оживших мертвецах и фантомах из города Мертвых, я задумался о словах друида о том, что некоторые Иные могли разговаривать с мертвыми.

Вполне логично, что раз магия другой стороны Разлома заставила трупы восстать, то это могли сделать и здешние одаренные.

Да чего далеко ходить! В той деревеньке, где я нашел артефакт, который так был нужен Полю Рошфору, что он пришел за ним аж в Кастилию и перебил там кучу народа, был маг, который был способен поднимать трупы и заставлять их подчиняться себе.

Не думаю, что разговор с ожившим мертвяком сложнее, чем заставить нежить атаковать другого человека.

Хотя, я мог и ошибаться, учитывая что о магии смерти, тьмы я практически ничего не знал, ибо в книгах, прочитанных мной ранее, упоминалось о них лишь всколь, так как, что магия смерти, что магия тьмы были под запретом.

Но были и исключения, вроде того же управляющего Черного рынка в Тузуле.

Что-то, снова, мои мысли повели меня не в ту степь.

— Я пойду улажу пару дел, — сказал я Избраннику Угла, который, как и я, ушел в глубокие размышления.

Друид кивнул, скорее машинально, нежели действительно меня услышал, после чего я сразу же направился к Франсуа.

— Уговорил? — спросил я карателя.

— Да, но это было нелегко. Старик прямо рвался в бой, но потом все же сдался, — усмехнулся ядовитый маг.

— Так для него будет лучше, — ответило я.

— Знаю, — кивнул Франсуа, после чего посмотрел на дворецкого семьи Кастельморов. — А, что насчет Фредерика? — спросил Де’Кларри.

— Он крепкий, — ответил я. — Да, и он точно откажется возвращаться. Его на континенте людей никто не ждет, — добавил я и мой собеседник улыбнулся.

— Да уж, в этом плане он и правда упрям как осел, — произнес ядовитый маг. — Хотя, может ты и прав. Этот старый воин еще молодым фору даст, — усмехнулся Франсуа. — Кстати, когда мы выдвигаемся? Не нравится мне это место. Слишком открытое, — бывший наемный убийца осмотрелся по сторонам цепким взглядом.

Как и я, он сразу же мог видеть наиболее вероятные места нападения, засады, пути отступления и так далее.

При этом, я был с ним полностью согласен. Берег Моря Древних, и правда, был не лучшим местом для того, чтобы разбить здесь лагерь, но с нами были Иные, плюс я, как впрочем, и мои друзья, включая самого Карателя, были не только опытными воинами, но и довольно сильными магами, поэтому я не боялся нападения небольших групп Иных.

А большими отрядами они, вроде как, не ходили.

Кстати, надо будет поинтересоваться у Избранника Угла или Мрачноглаза, какому именно племени принадлежат эти земли и как часто они патрулируют пляж.

Не успел я об этом подумать, как увидел вождя Странников, который в компании своего сына шел в нашу с Франсуа сторону.

— Люк, нам пора, — произнес шаман, когда поравнялся с нами.

Выглядел вождь Странников, довольно, обеспокоенным, что было неудивительно, учитывая его положение.

— Хорошо, — кивнул я. — Я вас провожу, — произнес я, и вместе с Иными отправился в сторону моря.

— Спасибо тебе за все! — стоило нам отойти подальше от лагеря, сказал шаман. — Если бы не ты, не знаю, удалось бы нам спасти Черную скалу или нет. Уверен, что Избранник Угла согласился нам помочь только по твоей просьбе, — добавил он и посмотрел мне в глаза. — Я никогда не забуду, что ты сделал для меня и моего племени, — произнес он и остановившись, положил руку мне на плечо. — Большое спасибо!

— Большое спасибо! — вслед за ним, произнес Кровозуб и вежливо склонил голову. — Тебе я тоже благодарен и не забуду, что ты сделал для меня, моего отца и племени! — громко произнес друид.

— Пожалуйста, — ответил я Иным и улыбнулся.

Приключения с племенем Странников выдались интересными и захватывающими, плюс, благодаря им я узнал очень много нового не только о Море Древних, но и Иных с Земель Великой Матери, а также Богах.

Плюс, благодаря им я обрел нового союзника в лице дочери вождя Потрошителей.

Вскоре я уже стоял на берегу один и провожал взглядом вождя племени Странников и его сына.

— Хотел бы отправиться с ними? — послышался знакомый голос сзади и я увидел Жумельяка, на руке которого сидел Дозорный.

Птица, сотканная из магии, была хорошим заклинанием разведки, благодаря которому сын кардинала мог просматривать местно далеко за пределами нашего лагеря, при этом оставаться в полной безопасности.

— Нет, — честно ответил я. — Я понимаю, почему море тянет авантюристов и искателей приключений, но я не из их числа. На суше мне гораздо комфортнее, — произнес я и снова повернулся в сторону, где вдалеке виднелся остров, который на самом деле, был живым.

Возможно, я видел его в последний раз…

— А я думал, морские приключения вам по душе, — тем временем, ответил мне Жозе, а затем отправил свою магическую птицу в небо.

— Думаю, тебе не обязательно брать на себя разведку, — сказал я магу воздуха. — С этим, справятся Иные, — добавил я, ибо Принявшая разложение сказала мне, что ее дядя считается одним из лучших скаутов в Землях Великой Матери.

— Мне так спокойнее, — ответил мне Жумельяк.

— Ну, дело твое, — я пожал плечами и подошел к Жозе.

Стоило мне с ним поравняться, как в его руках появилась фляжка, которую он сразу же протянул мне.

— Благодарю, — кивнул я другу, после чего откупорил крышку и сделал несколько глотков.

Хм-м, интересно, — я использовал магический взор и сразу понял, что в моих руках магический предмет.

Вот значит, почему вино внутри холодное, — подумал я, отдавая фляжку обратно.

— Франсуа уже говорил тебе, что ему здесь не нравится? — спросил меня сын кардинала.

— Да, но мы должны переночевать здесь, чтобы команда корабля не нервничала, — ответил я магу воздуха.

— То есть завтра, мы покинем это место? — поинтересовался Жумельяк.

— Разумеется. Как только посадим матросов на лодки мы выдвинимся в сторону Города Мертвых, — ответил я Жозе и он улыбнулся.

— Я уже предвкушаю, как мы освободим город и построим его заново! — возбужденным голосом произнес друг и я усмехнулся.

— Мне нравится твой настрой, но это дело не пары дней, — ответил я друга. — Идем, — я кивнул ему в сторону лагеря и мы двинулись к остальным.

Настроение, несмотря на то, что Иные из племени Странников, покинули Земли Великой Матери у меня было замечательное, а мысли амбициозными.

А еще со мной были верные друзья и союзники, ну не замечательно же, правда?