Глава 2

Я внимательно выслушал Принявшую разложение и нахмурился.

— Значит, они объявили твоему племени войну… — задумчиво произнес я, но моя собеседница отрицательно покачала головой.

— Нет, Люк, это больше не мое племя, — Иная покачала головой. — Но я все-равно переживаю за него, — добавила коренная жительница Другой стороны разлома.

Странные, конечно, традиции, но как часто говорили в моей гильдии — «Со своим уставом в чужой монастырь не ходят».

— Понимаю, — кивнул я. — Теперь главный вопрос, что именно ты хочешь, чтобы я сделал? — прямо спросил я Иную и жена задумалась.

— Думаю, мне нужно вернуться обратно, — наконец, ответила Принявшая разложение и посмотрела на меня. — Я не могу оставить отца, — добавила Иная и я увидел, как от ее ответа изменилось лицо Багровой росы.

Дочь Утопающего в крови совсем не умела скрывать свои эмоции, поэтому все они сейчас читались мной как открытая книга.

И судя по всему, сейчас шаманка испытывала страх…

Хм-м, интересно по какой причине? — подумал я, так как понимал, что она вряд ли боялась самой войны. Уверен, что как и отец Багровой росы, она любила сражаться, и тогда дело было в другом.

И скорее всего, я понимал в чем.

Она просто боялась, что Принявшая разложение уйдет.

Неужели дочь Избранника Угла стала настолько важной для нее? — подумал я, смотря на лицо четырехрукой Иной.

Видимо, она так боится, что дочь Избранника Угла уйдет.

Признаться честно, стало как-то, даже, немного обидно.

Все же я был ее мужем, а Принявшая разложение лишь жена.

Не понимаю я этих женщин…

В особенности Иных…

— Думаю, с Городом Мертвых можно, пока, повременить, — произнес я, смотря на дочь вождя.

— Значит, ты разрешишь мне вернуться к отцу? — в голосе шаманки прозвучали нотки радости и надежды.

А ей, что, требовалось мое разрешение? — подумал я, немного удивившись. Да, дочь Избранника Угла, практически, мне никогда не перечила, но это вовсе не означало, что для того, чтобы ей что-то сделать, шаманке требовалось мое разрешение.

Да, по большей части, она и делала, что ей хотелось, а тут вдруг…

— Да, — ответил я жене. — И я пойду с тобой, — добавил я и судя по лицу Принявшей разложение, было видно, что именно на такой ответ она и рассчитывала.

Хм-м, а она неплохая манипуляторша, — промелькнула в моей голове мысль, смотря на Иную.

Вот только она не на того напала.

Я читал коренную жительницу другой стороны Разлома, как открытую книгу и на меня ее манипуляции не работали.

Присоединиться к дочери Избранника Угла и помочь ее племени, было мое взвешенное решение. Да, мое знакомство с Детьми Угла началось не лучшим образом — они пленили меня, а затем провели со мной свой странный обряд, который с легкостью убил бы любого, окажись он на моем месте.

Зато потом, между мной и друидом сложились практические дружеские отношения и он много сделал для меня.

Усиление моих фангов и Рух, например.

И это была лишь небольшая часть того, что сделал для меня вождь Детей Угла. Помимо того, что инициация, которая прошла возле их странного живого дерева, сделала меня гораздо сильнее в магическом плане, друид мне дал очень много информации относительно устройства их мира, быта, племен и много другого.

Плюс, ожерелье подаренное мне Избранником Угла и сделанное Принявшей разложение, спасло мне жизнь и я считал, что я все еще оставался должен жене за это.

А еще я был Ло’Онг их племени, а это много значило, как для меня, так и для всех жителей Земель Великой Матери.

Причем, не важно каких племен.

— Правда⁈ — тем временем воскликнула Принявшая разложение и я усмехнулся про себя.

Ага, как будто ты не этого добивалась, — подумал я, но озвучивать свои мысли вслух не стал.

— Да, — кивнул я, после чего посмотрел на Багровую росу, лицо которой, просто, светилось от счастья.

— Я тоже с вами! — довольным голосом произнесла четырехрукая шаманка.

Ну, еще бы, — усмехнулся я про себя, смотря на счастливую дочь Утопающего в крови.

— А вот твоим друзьям лучше остаться здесь, — дочь Избранника Угла стала очень серьезной. — Одно дело ты, и другое — твои друзья, — добавила она, и заметно напряглась, явно понимая, что ее слова придутся мне не по вкусу.

И это так и было.

— Почему? — прямо спросил я Иную.

— Ты Ло’Онг нашего племени, а твои друзья… — она задумалась, видимо, подбирая подходящие слова. — Они, просто…Человеки, — нехотя произнесла она.

Хм-м, значит, просто человеки… — хмыкнул я про себя.

Признаться честно, мне было неприятно слышать, что Иная так отзывается о моих друзьях.

Что для нее, как скорее всего и для Багровой росы, они всего лишь «Человеки».

В тоже время, я никак не мог на это повлиять. Слишком уж напряженными были отношения у Иных с людьми, и даже тот факт, что между коренными жителями другой стороны Разлома и Иллерийцами завязался условный мир, это вовсе не говорило, что в отношении Иных к людям, что-то изменилось.

Да, они готовы были их терпеть, пока «Человеки» были выгодны, но не более.

И я думал, что за то время, пока я и мои друзья и Иные путешествовали вместе, что-то в их отношении друг к другу могло измениться.

Хотя, учитывая, что общались они исключительно через меня, то не удивительно, что познакомиться поближе они не смогли. Учитывая, что мои жены плохо знали язык людей, а друзья- родной язык коренных жителей Проклятых земель.

Ладно, сейчас этого все-равно не изменить, — подумал я и тяжело вздохнул.

А вот в будущем, нужно будет заняться этим вопросом, — сделал я себе в памяти зарубку, после чего ответил Иной.

— Их одних я здесь не оставлю, — прямо заявил я Принявшей разложение.

— Но…

— Это не обсуждается, — перебил я шаманку. — Они пойдут вместе со мной, — уверенно произнес я, после чего посмотрел в сторону лагеря.

Хотя, прежде чем ей так говорить, нужно было посоветоваться с остальными.

И лучше это сделать именно сейчас.

— Поговорим об этом позже, — сказал я дочери Избранника Угла, пока та не начала спорить, и больше не говоря ни слова, пошел в сторону лагеря, где должны были быть мои друзья.

И первая мысль, которая посетила мою голову была — «Они что, думают, что отдыхают на курорте?», так как веселились Жумельяк и компания, будто сейчас они пребывали не в одном из самых опасных мест в этом мире, а на каком-нибудь званом ужине, ну или охоте, где уже заранее была затравленная дичь и ее оставалось только убить.

— О! Люк! — радостно воскликнул сын кардинала, который сидел в компании Де’Жориньи и Де’Аламика за накрытым столом, на котором помимо мяса, которое, видимо, приготовил им мой Фредерик, были и еще различные яства, которые неизвестно где были взяты.

Судя по всему из артефактов с пространственной магией.

— А что за повод? — поравнявшись с друзьями, я оглядел накрытый стол, а затем смерил их хмурым взглядом.

— У меня День Рождения! — громко пробасил Жуль. — Присоединяйтесь, дружище! Мы без тебя не начинали! — добавил он и поднявшись, похлопал меня по спине.

Жумельяк и Пересмешник сочувствующе посмотрели на меня и виновато улыбнулись, вот только в отличии от них, проявления чувств здоровяка Де’Жориньи уже давно были мне не в тягость. Мое тело не только было хорошо развито физически, но я уже давно начал практиковать постоянную «подпитку» всех мышц магической энергией, чтобы всегда держать их в тонусе.

При этом, я не только делал себя сильнее, но и улучшал свои навыки контроля магической энергии, и неплохо преуспел в этом за последнее время.

— Какой вы жесткий, — тем временем, произнес Жуль. — Будто по каменной колонне постучал, — удивленно добавил он, смотря на меня.

— Может, это ты, дорогой Жуль, стал слишком мягким? — усмехнулся я, и ответил здоровяку той же монетой.

— Ого! — удивился маг земли, когда от моего хлопка с ним случилось тоже самое, что раньше со мной, когда он излишне проявлял в мою сторону свою «внимательность».

— Ты чего, Жуль? — с бревна, которое тут служило импровизированной лавкой поднялся Пересмешник. Несмотря на то, что Анри не обладал такими выдающимися размерами, как Де’Жориньи, лекарь все-равно был хорошо развит физически и шириной плеч, опережал, что меня, что сына кардинала. — Только не говори, что Люк, сильнее тебя, — усмехнулся он и на его лице появилась хитрая улыбка.

— Возможно, — неуверенно ответил Жуль и пожал плечами.

— Ой, да не может этого быть! — махнул рукой Де’Аламик. — Если ты так считаешь, то предлагаю устроить состязания в сиде! — неожиданно предложил лекарь, но его идею никто не поддержал.

— Ой, только не сейчас! — махнул рукой Жуль. — Мясо остывает, да и еда испортится! Давайте лучше отметим, а потом посмотрим! — добавил здоровяк и я с Жумельяком кивнули.

Уж что-что, а состязаться в силе с друзьями, я сейчас хотел меньше всего…

— Садись! — тем временем, произнес Де’Жориньи и сделав пригласительный жест, предложил мне место рядом с магом воздуха.

— Спасибо, — ответил я здоровяку. — А где Франсуа? — поинтересовался я.

— Я его приглашал, но он отказался, — ответил мне Жуль. — Можешь, сам его позвать. Может, он хотя бы тебя послушает, — добавил здоровяк. — Он в палатке с иллерийской девчонкой.

— Хорошо, тогда я схожу и спрошу, — ответил я собеседнику и усмехнулся про себя.

Ведь, наверняка, он знал как имя младшей Сервантес, но при этом, все-равно, решил не называть ее по имени.

Ну, хотя бы собакой или псиной не назвал, хотя и мог.

Ненависть к Иллерийцам слишком сильно укрепилась в таких людях как, например Жуль или Анри, которые большую часть своей жизни воевали.

И я не мог их за это судить или в чем-то винить. Я и сам прекрасно понимал, что бывает, когда ты вынужден день за днем сражаться против врагов, просто в их случае, он имел одно лицо — Иллерия, а в моем их было очень много.

— Я сейчас вернусь, — сказал я друзьям и пошел в сторону палатки с пленницей.

И надо сказать, что застал я Франсуа и Венеру за довольно интересным занятием.

— О, Люк! — Каратель повернулся в мою сторону и улыбнулся.

— Что вы делаете? — спросил я, смотря на иллерийку и бывшего наемного убийцу, которые с книжками в руках, что-то читали друг-другу.

— Разыгрываем пьесу! — радостно ответила девушка. — Хотите присоединиться? — спросила она, смотря на меня взглядом, полным надежды.

— Нет, спасибо, — покачал я головой, а затем смерил Франсуа удивленным взглядом.

Мол, серьезно? Пьесы разыгрываете? Посреди Проклятых земель, рядом с Городом, наполненным ожившими мертвецами?

Перечислять вопросы можно было бесконечно, но факт оставался фактом.

— Заняться все-равно нечем, — спокойно ответил Каратель, который даже бровью не повел, поймав на себе мой взгляд.

— Тебя друзья приглашали присоединиться к празднованию дня рождения Жуля, — ответил я Франсуа. — Не знал, что ты такой театрал, — добавил я и усмехнулся.

Было забавно наблюдать за тем, что один из лучших наемных убийц прошлого выбрал разыграть пьесу с врагом, вместо выпивки.

Да, Каратель не был им другом, но все же…

— Мне не хочется, — тем временем, ответил дядя Люка Кастельмора. — Плюс, кто-то же должен быть в лагере трезвым. Ну, кроме тех девушек Иных, — добавил он.

— Логично, — кивнул я. — Ладно, тогда не буду вам мешать, — сказал я Карателю и Венере, после чего покинул их палатку и вернулся к друзьям.

— Что, до сих пор играют пьесу? — усмехнулся Пересмешник. — Не знал, кстати, что твой дядя так хорош в иллерийском, — добавил лекарь и на его лице появилась эмоция, которую я редко видел на нем.

Это была зависть.

Едва заметная, но все же…

— Ой, да ладно тебе прибедняться, Анри, — произнес Жумельяк. — Ты владеешь языком иллерийских собак ничуть не хуже! — произнес маг воздуха.

— Но и не лучше! — заметил Пересмешник. — Я…

Де’Аламик явно хотел сказать что-то еще, но его опередил Де’Жориньи.

— А, давайте уже пить⁈ — предложил здоровяк и мы с друзьями переглянувшись, засмеялись.

— Мне нравится твое предложение, дорогой друг! Поэтому, даже спорить не буду! — радостным голосом произнес Пересмешник и немного подвинулся, чтобы его крупный боевой товарищ сел рядом с ним. — Ты-то, надеюсь, от выпивки отказываться не будешь? — посмотрел на меня лекарь.

— Не буду, — покачал я головой. — Но прежде, я должен вам сказать, что-то очень важное, — произнес я серьезным тоном и веселье вмиг покинуло лица друзей и они заметно напряглись.

Я обвел их взглядом.

— А знаете, это подождет! — произнес я. — Не хочу портить праздник дорогому Жулю! — добавил я и взял со стола бокал. — Наливайте! — добавил я, решив, не говорить им сегодня не самую приятную новость.

Пусть, сегодня повеселятся и отдохнут, все же, день рождения бывает не каждый день, и они заслужили отдых, ведь в таких условиях они оказались исключительно из-за меня…

* * *

Земли Галларии.

Тузула.

Призрак осмотрелся.

Повсюда лежали трупы подосланных к нему убийц, которым не повезло попасться ему под руку в эту темную ночь.

Самое забавное, что справился он с ними ни разу не использовав свою магию, причем сделано это было не по собственной прихоти — все же Астор был очень рациональным человек и не любил растрачивать свои силы попусту, а из-за того, что магия так и не вернулась к нему.

При этом, напавшие на него, тоже не могли использовать заклинания, что говорило о том, что что-то «отключало» ее в определенной области.

Как это было, например, в том форте, где он попал в плен к иллерийским собакам.

— Ну, и что дальше? — громко произнес Призрак, который стоял на крыше.

Вокруг него были лишь трупы, но кто-то же должен был управлять тем артефактом, ну или чем-то, что блокировало всю магию.

Несколько секунд стояла полная тишина, а затем невдалеке кто-то захлопал.

Мгновение понадобилось Де’Арсия, чтобы достать метательный нож и кинуть его туда, откуда до него доносился звук, а спустя пару секунд лучший убийца Галларии услышал то, как его оружие звонко упало на черепичное покрытие крыши.

— Браво! — послышался из темноты голос. — Так и знал, что ты меня не разочаруешь! — добавил некто, кто не спешил показываться на глаза Призраку.

Призрак тяжело вздохнул.

Он не хотел терять своего времени, поэтому, не долго думая бросился в сторону, откуда раздавался голос.

— Астор! Стой! — голос, который показался лучшему убийце страны знакомым.

— Лазар? — произнес Де’Арсия.

— Да! — послышался ответ и на лунный свет вышел никто иной, как сам владелец Черного рынка Тузулы.

Призрак выругался.

— И на кой понадобился этот дешевый балаган? — спросил Астор, убирая клинок в ножны.

— Ну, я бы не сказал, что он был дешевым, — усмехнулся его собеседник. — Это лучшие наемники, которых мне удалось найти в Тузуле, — добавил Де’Лейн, и Призрак ощутил, как магия вернулась к нему.

Убийца осмотрелся по сторонам, а затем посмотрел в сторону тени, которая окутывала владельца Черного рынка.

— В следующий раз, за подобное, я найду тебя и убью, — холодным голосом произнес Астор, так как подобные «проверки», а это точно была, именно, проверка, его сильно утомляли и раздражали.

От верной смерти спасало человека перед ним только то, что это был сам Лазар Де’Лейн, который сейчас нужен был Астору, как никто другой.

— Ахх-ха, — хозяин Черного рынка усмехнулся. — Спорное утверждение, — произнес он и Де’Арсия по наитию потянулся к рукояти своего клинка, а тем временем, его собеседник продолжил. — Как ты уже понял, я здесь не просто так. Мне нужна от тебя одна услуга, а взамен, — он сделал небольшую паузу. — Ты можешь просить у меня, что хочешь! — закончил аристократ и на губах Де’Арсия появилась довольная улыбка.

— Говори, — ответил хозяину Черного рынка Призрак.

— Не здесь, — покачал головой Лазар. — Встретимся у меня в поместье. Думаю, там мы оба будем очень быстро, — добавил он, а в следующее мгновение тьма поглотила его.

Не прошло и пары секунд, как исчез и сам Астор, и только несколько трупов на крыше, стали подтверждением того, что этой ночью здесь произошло сражение.

А трупы, как известно, еще те молчуны…