Эпилог 7. Лиен и Эрик

После того, как древний вампир и его юная волчица приняли совместную ванну, они устроились в мягкой постели. Лиен была слишком уставшей, чтобы думать и анализировать ситуацию. А Эрик был слишком счастлив, чтобы позволить даже крошечной мысли омрачить эти мгновения.

Малышка Ли уснула, убаюканная глубоким дыханием и размеренным стуком сердца своего вампира. И даже не расслышала телефонного звонка.

Эрик с трудом отыскал тарахтящий гаджет, коротко переговорил с братом. А потом шальная мысль посетила неугомонную голову вампира.

А не позвонить ли тестю?

Почему бы и нет? В конце концов, они только что породнились с Правителем Истинных. Такое событие!

Посмеиваясь, Эрик набрал номер телефона волка. Ответит, нет?

Эрик предполагал, что Симир не оставит его наглость незамеченной. Но и упустить такой шанс вампир не мог. Столько лет Симир прятал от него Ли. Более того, умудрился выбить из Эрика кровную клятву о том, что вампир не сунется к Ли до ее совершеннолетия.

А потому, как только телефонные гудки сменились коротким, недовольным «Да!», Эрик заулыбался еще шире.

— Здравствуй, папа! — хохотнул Эрик, стараясь говорить тихо, чтобы не разбудить малышку.

— Упырь чертов! Когда доберусь до тебя, выбью все дерьмо из твоей наглой рожи! — пригрозил Симир, догадавшись, что отныне его дочь стала женой вампира. Как, собственно, и было предначертано Судьбой.

— Да брось, — усмехнулся Эрик, — От Судьбы не убежать.

Симир отвесил еще несколько грозных фраз, красочно описал, как именно поступит с вампиром, когда доберется до него.

— Передавай теще привет! — вместо слов прощания улыбался Эрик. — Кстати, ты уж не обессудь, если первым у нас с Ли родится девчонка. Так и вижу крохотное рыжеволосое чудо.

— Да ты издеваешься! — зарычал Симир.

— Угадал, — расхохотался Эрик, но потом, совершенно серьезно, проговорил: — Я люблю твою дочь, Симир. Больше жизни и больше всего в этом мире, и во всех остальных.

Симир вздохнул. Правитель и без слов вампира знал, малышка Лиен любима этим древним и заносчивым засранцем. К тому же Эрик — один из самых достойных воинов, которых Симир знал, пусть даже тот и был вампиром. Но что поделать, у всех свои недостатки.

— Официальное торжество у нас. Завтра. Если опоздаете, клыки тебе выбью! — пригрозил Симир.

Эрик усмехнулся, сбросил вызов, отложил телефон.

Бросив взгляд через плечо, мужчина понял, что малышка Ли проснулась и, точно мышка, лежала и вслушивалась в разговор между Эриком и отцом.

Эрик заулыбался широко, демонстрируя острые клыки. И еще больше обрадовался, когда Ли ни капли не испугалась его, а лишь смущенно и торопливо скользнула взглядом по обнаженному телу и тут же сделала вид, что собирается спать дальше.

Прикрыла, чертовка, глаза и затихла. Но поздно. Эрик уже учуял ее эмоции.

В одно мгновение оказался рядом, глубоко втянул носом дивный аромат своей малышки и заявил:

— Нужно метку обновить!

И так стиснул руками, моментально пробираясь ловкими пальцами под белоснежный девичий халат, что Лиен перестала претворяться.

Подалась вперед, обхватила крепкую шею руками, втянула носом терпкий аромат своего мужчины и прошептала:

— Я слышала, как ты говорил с моим отцом. Это правда?

— Что именно? — пробормотал Эрик.

Его губы уже скользили по хрупкой шее, спустились к плечу, грозили взять в плен нежную грудь с острой вершинкой.

— О том, что любишь меня, — выдохнула Ли, а ее тело уже плавилось под жадными касаниями вампира.

— Это ни для кого не секрет, — усмехнулся Эрик, но потом взглянул в глаза своей волчице: — Ты моя, Лиен. Моя принцесса. Моя Невеста. Моя жена. Я ждал тебя целую вечность. Я обожаю тебя. Живу ради тебя. И умру за тебя.

— Не нужно умирать! — спохватилась Ли, чуть сильнее вонзила острые коготки в широкие плечи вампира, и тихонько застонала, когда ощутила едва уловимый аромат крови, проступившей под пальцами.

Эрик словно ждал этого. Подставил свою шею под клыки любимой. А Лиен, не помня себя, сомкнула их на пульсирующей венке.

Водоворот чувств закружил, захватил, превратил вампира и его волчицу в абсолютных безумцев. Но ни Эрика, ни Лиен это не пугало. Они были счастливы, находясь во власти обоюдной страсти и нежности.