23

— Я как раз хотела с вами об этом поговорить… — начала было она, но сбилась.

Под пристальным, испытующим взглядом Джона ей стало неуютно. Он продолжал давить, чтобы она окончательно смутилась, почувствовала себя голой. И раскололась. Он заглядывал прямо вглубь неё, просвечивая насквозь рентгеновскими лучами своих глаз.

Ещё чуть-чуть, немного дожать.

Но София вдруг выпрямила спину и смело встретила его взгляд, больше не опуская глаза. Бунт?

Так не ведут себя те, кому есть, что скрывать. Джон всё больше и больше сомневался в том, что она шпионка его сына. Слишком открыто девчонка себя вела, слишком искренними были её эмоции. И она по-настоящему расстроилась из-за его недоверия.

«Так кто же ты тогда, София Горцева? И зачем ты на моей яхте? Зачем ты подбираешься ко мне?» — Джон, как ни старался, не мог найти ответов на эти вопросы.

— Я внимательно тебя слушаю и надеюсь, твои ответы меня устроят, — произнёс он с излишней холодностью, которой уже не чувствовал.

«Я думаю, ты ведьма, которая решила околдовать меня. Именно за этим ты и пришла».

Девчонка не успела ничего ответить. Раздавшийся звук мотора отвлёк их внимание. Джон поднялся из-за стола и двинулся на корму. Капитан Нойлз швартовал шлюпку. Сидевший в ней Далтон блаженно жмурился на солнце, как сытый котяра, удачно стянувший со стола сосиски.

Не оглядываясь на Софию, Джон спустился вниз.

Поздоровался с капитаном и внимательно взглянул на Далтона. От его ответа сейчас зависит многое.

— Не терпится? — понимающе усмехнулся индеец, вовсе не собираясь спешить.

— Жду тебя в своём кабинете, — Джону было не до смеха, и излишнее веселье начальника службы безопасности сейчас раздражало.

Девчонка, кажется, осталась наверху. И это хорошо, ему нужно было выслушать Далтона и всё обдумать в спокойной обстановке.

А София была раздражающим фактором. Потому что Джон не понимал многого, что было связано с ней, и это выводил его из себя.

— С ней всё чисто, — прямо с порога начал индеец, безошибочным чутьём понимая, что дальше босса лучше не раздражать. — Абсолютно. Что бы ни задумал Адам, твоя сиделка с этим никак не связана. Кроме того, что он заключил договор с агентством, которое её представляло.

— Зачем мне сиделка? — Джон не требовал ответа, скорее, рассуждая вслух.

Он прошёлся по кабинету, расположенному слева от его каюты и имевшему с ней смежную дверь. Здесь всё было обустроено с классической простотой и строгостью. В интерьере преобладали оттенки красного дерева. А кресло Джона было обито хорошо выделанной кожей того же цвета.

Он подошёл к бару и открыл дверцу. Здесь каждая бутылка и бокал были закреплены в специальной подставке на случай сильной качки.

— Будешь? — спросил он Далтона и продемонстрировал ему бутылку.

Индеец кивнул, и Джон достал ещё один бокал. Плеснул им обоим на два пальца дорогого французского коньяка хорошей выдержки. Один протянул Далтону, а второй согрел в ладонях. Жалюзи были раскрыты, и осиянный солнцем Дьепп представал перед ним как на ладони.

— А может, твоего сына гложет совесть из-за Мередит, и он просто решил позаботиться о тебе? — Далтон тоже подержал бокал в руках, прежде чем сделать из него глоток. А затем на мгновение одобрительно прикрыл глаза.

— Чушь собачья! Вспомни, какое страшилище он мне привёл, — передёрнул плечами Джон, вспоминая их первую встречу с новоявленной сиделкой. Тогда он почти испугался.

— Ну да, вкус у него необычный, — усмехнулся Далтон, но тут же посерьёзнев, добавил. — Если, конечно, он не знал о маскараде.

— С этой девчонкой слишком много непонятного, — вздохнул Джон, — я не могу ей доверять.

— Но очень хочешь, — негромко, скорее, для себя, пробормотал индеец.

— Что ты сказал? — прорычал Кэлтон, мгновенно выходя из себя и включая «злого босса».

— Спасибо за коньяк, — Далтон допил его одним глотком, поднялся с удобного кожаного дивана и направился к выходу. Оставаться здесь дольше не имело смысла.

— Подожди, — теперь в голосе Джона звучало раскаяние. Индеец остановился и обернулся, но не спешил ничего говорить. Они слишком давно знакомы с Кэлтоном, чтобы не понимать друг друга. Извинений он не дождётся. — Как там Адам, справляется?

— Дела идут хорошо, — тут же ответил Далтон, — но контракт с японцами он вряд ли сможет заключить. Там нужен ты.

— С японцами у нас есть время, и Адам будет его тянуть. Надеюсь. — Джон снова отвернулся к окну, показывая, что разговор окончен.

— На верфи не любят Адама, они не довольны, что ты решил оставить его за себя, — проговорил Далтон и направился к выходу, но уже у самой двери повернулся назад.

— Она хорошая девочка, Джон. Не обижай её.

Кэлтон резко обернулся, чтобы послать зарвавшегося индейца туда, куда его давно уже следовало послать. Но тот и сам ушёл, тихо задвинув за собой дверь.

Джон выругался сквозь зубы. Ему не нравилось, когда Далтон читал его мысли и лез, куда не надо. Особенно, когда он не был уверен в правильности своих выводов, но всё равно продолжал переть напролом.

Он знал, что в его компании Адама не особо любят. Но тот слишком рвался наверх, чтобы Джону не захотелось взглянуть, как он справится, если отца вдруг не станет. А такую возможность, отдыхая в больничной палате, Кэлтон-старший не мог не обдумывать на разные лады.

И вообще, Джон не нуждался ни в чьих советах. И с девчонкой он сам разберётся. Может, она и правда ни при чём. Может, она просто наивная глупышка, попавшаяся на удочку его сына. Или не сына? Может, он сам расставляет на неё сети? Окружает со всех сторон паутиной, затаившись в тёмном углу и наблюдая.

София представлялась ему нежной легкокрылой бабочкой. Но сейчас она летела прямиком на огонь, который разгорался внутри Джона. Он уже не мог отрицать, что его тянет к этой девчонке. Так может, стоило оставить излишнее благородство, дать себе волю и удовлетворить наконец низменные инстинкты?

Мнение самой Софии его не особо волновало. Но Джон был абсолютно уверен — ей понравится.