42

К счастью, Джон быстро вернулся. А то я уже начала себя чувствовать пупырчатой лягушкой рядом с этой утончённой леди.

Но Кэлтон быстро поставил её на место.

— Мередит, я же просил не курить рядом с людьми. Если не ценишь своё здоровье, отнесись уважительно к нашему.

Она ничего не ответила, но порозовевшие щёки говорили сами за себя. Мередит потушила сигарету в пепельнице, которую тут же подхватил вернувшийся Уиллфред, протянув взамен бокал с мартини. И она сделала вид, что увлечена напитком.

— Минут через пятнадцать мы придём в подходящее место, — повернулся он ко мне.

— Супер, я пока приведу себя в порядок, — я чмокнула Джона в щёку и отправилась в свою каюту. Хотелось поцеловать его по-настоящему, чтобы вернуть уверенность в себе. Но в присутствии Мередит я стеснялась проявлять свои чувства.

В каюте я первым делом стянула пропитавшийся потом купальник и надела новый, насыщенного винного цвета, один из тех, что купил мне Джон. Затем расчесала волосы и подошла к зеркалу.

И уверенности мне это вовсе не прибавило. Обгоревшая кожа на спине и плечах всё-таки слезала неопрятной тонкой плёнкой. Волосы были какими-то взлохмаченными, несмотря на то, что я несколько минут водила по ним щёткой, надеясь добиться такого же сияющего эффекта, как у Мередит. Лицо без косметики бледное и невыразительное.

Я проигрывала ей по всем пунктам. Не удивлюсь, если Джон хорошо подумает, взвесит все плюсы и минусы и выберет её в конечном итоге. А я отправлюсь домой несолоно хлебавши. К Мишке и его хамоватой невесте…

Настроение плавно опускалось под плинтус. Не помогали никакие призывы взбодриться и держать нос по ветру.

От приступа самоуничижения меня отвлекли приглушённые возгласы. Я подбежала к окну и раздвинула жалюзи.

Джон уже находился метрах в пятидесяти от яхты, разбивая лазурную гладь воды сильными красивыми гребками. Мередит барахталась гораздо ближе к борту. Но её движения далеко не были такими изящными, как обычно.

Но самое страшное располагалось как раз между ними. Две тёмных спины с плавниками быстро двигались по поверхности воды. И они приближались к Мередит, которая истошно визжала.

Акулы!

Я никогда раньше не видела живых акул. Только на картинках или изредка, краем глаза в документальных фильмах. Даже ужастики с их участием старалась не смотреть, потому что эти кровожадные хищники всегда кого-нибудь сжирали, заставляя перед страшной кончиной истошно кричать. Вот как сейчас Мередит.

Не могу сказать, что она мне нравилась. Даже, скорее, наоборот. Но равнодушно наблюдать, как её сожрут самые страшные хищники моря, я не могла. К тому же Джон был совсем недалеко от Мередит. Что если акулы не наедятся и переключатся на него?

Мысль обожгла паникой. Адреналин ударил в кровь, заставляя действовать спонтанно, но решительно. Я схватила первое, что попалось под руку, и бросилась спасать своего возлюбленного. Ну и Мередит заодно.

Через борт уже свешивался обеспокоенный Адам. Его невеста продолжала визжать и била по воде руками, пытаясь так отпугнуть хищников, которые пока не предпринимали попытки напасть, а плавали взад и вперёд вдоль борта. А Джон спешил на помощь к Мередит. Ох, мой храбрый Джон. Даже в момент наивысшей опасности ты думал не о себе. Как же сильно я любила тебя сейчас и боялась потерять.

Джон почти доплыл до Мередит. Но в этот момент одна из акул развернулась и ринулась к ним. Времени на раздумья не оставалось. Нужно было что-то немедленно предпринять.

Я не вспомнила о своём оружии. Просто осознала, что держу нечто в руке и швырнула это в акулу. Чёрная ваза из моей каюты полетела вниз, набирая скорость, и ударила пытавшегося тащить Мередит Джона по голове. Он безмолвно погрузился под воду, оставив после себя лишь пузыри, расходившиеся кругами белой пены.

И вот тогда на меня напал ступор. Я только что убила своего возлюбленного. Своими собственными руками!

Пока я осознавала степень собственной вины в разрушении своего счастья, Далтон прыгнул со второй палубы и ушёл глубоко в воду. Спустя несколько томительно долгих мгновений он появился на поверхности, держа на руках безвольно обвисшего Джона.

Одна из акул снова оказалась поблизости, но Далтон лишь похлопал свободной рукой по сияющему серому боку, оттолкнулся от него и потащил Джона к борту. А акулы уплыли в открытое море, периодически выпрыгивая из воды и показывая свои казавшиеся красивыми в отдалении тела.

Я бросилась на нижнюю палубу. Босые пятки дробно стучали по деревянным ступенькам. В этот момент я даже не думала, что могу споткнуться и упасть. Мне нужно было немедленно убедиться, что с Джоном всё в порядке.

Когда я ступила на палубу, он лежал на боку и надсадно кашлял. Боже! Неужели он успел наглотаться воды?

Я бросилась было к нему, но путь мне заступил Далтон, перегородив дорогу мощным предплечьем.

— Нельзя, — только и произнёс он. Словно собаке скомандовал.

— Далтон, пусти, я хочу убедиться, что с Джоном всё в порядке, — ещё не понимая в чём дело, попыталась пробиться сквозь этот живой шлагбаум.

Но индеец неожиданно заломил мне руки за спину. Плечи пронзило болью. Я вскрикнула.

— Далтон, осторожнее с ней, — хрипло приказал Джон, тем не менее не делая попытки подняться с места и вступиться за меня.

— Я буду очень аккуратен, — ответил индеец и, продолжая удерживать сзади за запястья, толкнул меня к лестнице.

В этот момент Мередит, о которой все благополучно забыли, наконец поднялась на нижнюю палубу. Её глаза были прищурены и полыхали злобой.

— Ты пыталась убить Джона, — прошипела она тяжело дыша.