Глава 27

Работа не идет, хоть ты тресни, так как все чувства, кажется, обостряются до предела. Даже в кабинете витает ее запах. Такой нежный, сладковатый с привкусом… дерзости. Тьфу ты, черт, какая же чушь мне в голову лезет.

Так недолго из адвокатов переквалифицироваться в поэты.

“Она была слишком наивна, а он слыл дерзким пареньком…” – тут же всплывают строчки из стихов, которые мы с пацанами еще в школе сочиняли от нечего делать. Больше, конечно, рифмы подбирали, но получалось смешно.

А потом мы выросли. Стихи, как и девочки с косичками, юные и наивные, остались в прошлом.

Хорошие были времена! Золотые!

– А-аа! – слышу я из коридора и тут же подрываюсь.

Вот хотел же держаться от Ульяны подальше. Одного “а-аа!” достаточно, чтобы я забыл о своих принципах.

– Что… – я запинаюсь, наблюдая, как девчонка сидит на пороге ванной и трет затылок, кривясь и постанывая.

– Ногу подвернула, – Ульяна зажмуривается, все так же сидя на попе на кафельном полу.

– Ты какая-то ходячая неприятность, – я усмехаюсь и подхожу к девчонке поближе. – Идти сможешь? – присаживаюсь на корточки рядом с ней.

– Слушай, вот какое тебе дело, а? – Ульяна поднимает на меня глаза. – Могу я ходить. Не могу я ходить. Ты ушел работать? Вот и работай! – выдает довольно грозно напоследок и пытается встать, но тут же снова усаживается на пол. – Да что ж такое!

– Будешь язвить, – я намерено делаю паузу, чтобы девчонка впечатлилась и моим тоном, и моей хмурой физиономией, – закрою тебя на ночь в ванной.

– Очень страшно, – теперь уже Ульяна трет ушибленную ногу, а я тяжело вздыхаю.

Кто бы сейчас знал, какая у меня борьба в голове происходит! И ведь всякая чушь лезет в голову, а я все равно сопротивляюсь.

Нет! Мне нельзя давать слабину. Не пойму, чем она меня берет постоянно?

– Не дерзи! – строго приказываю, но девчонка и глазом не ведет.

И еще раз нет! Да что за черт в меня вселяется! Нафига она мне нужна?

– Тебя работа ждет, – ворчит девчонка, а я в ответ довольно грозно рычу:

– Подождет!

И третий раз – нет! Ну, какая из нас пара? Бред же чистой воды!

А красная лампочка в голове вдруг резко потухает…

Я наклоняюсь, подхватываю девчонку на руки, слыша лишь слабое “ой”, а после несу ее в спальню. Надо же, руками обвивает меня за шею, хотя еще совсем недавно дерзила прямо в лицо. В ней столько противоречий, что я, порой, теряюсь. Она непредсказуема.

Наверное, этим и берет…

– Джентльмен! – смеется Ульяна, когда я укладываю ее на кровать.

– Надо было все-таки в ванной…

– Молчу, молчу! – быстренько соглашается девчонка, перебивая меня. – Просто…

– С тобой просто не бывает, – я усаживаюсь на кровать и беру ее лодыжку в руку.

– А с тобой?

– Со мной всегда сложно, – ощупываю ногу девушки, а после поднимаю на нее взгляд. – Больно?

– Терпимо, – моя спутница морщится, но молчит, не издавая ни звука. – Подвернула, – смотрит мне прямо в глаза. – К утру пройдет.

“Бежать!” – тут же красная лампочка снова мигает в голове.

Да побыстрее! Нельзя здесь оставаться, иначе…

– Тогда спокойной ночи, – я отпускаю ногу девушки встаю с кровати. – Приятных снов.

– А ты? – слышу в спину и делаю девчонке ручкой.

– А я работать!

Было бы сказано, но я упорно час сижу над одним делом и перечитываю два абзаца, так и не понимая значения всего того, что там написано. Надо просто подождать, когда Ульяна заснет. А еще лучше, остаться ночевать в кабинете. Хотя бы прилечь на диван, так как ни один закон все равно в голову не лезет.

А глаза закрываются. Я просто полежу полчасика. Надо выбросить эту дерзкую девчонку из головы.

Как же она так резко ворвалась в мою размеренную жизнь!

С такой, как Ульяна, только свяжись – вмиг забудешь о спокойном сне. Одни неприятности. И куча проблем…

Телефонный звонок разрывает тишину, и я открываю глаза. Черт, как же шея затекла! А ведь прилег всего на полчасика.

– Мать честная! – я смотрю на время и не верю своим глазам.

Десять утра! Капец, я проспал! Еще и телефон трезвонит – кому ж я так срочно понадобился?

– Константин Игоревич, добрый день! – тараторит Марик бодрым голосом.

Вот черт, а я чуть было не забыл, что его брата пообещал вытащить из полиции. Придется сегодня тащиться в город, хотя так же не хочется.

– Привет, Марик, – я ворчу, разминая шею, а после и спину. – Помню о твоей просьбе, не переживай. Только скинь данные брата и номер отделения, куда его увезли.

– Все сделаю, вы тоже не переживайте, но я насчет вашей просьбы, – Марик запинается, а я почему-то замираю.

Сердце пропускает парочку ударов. Господи, что за бред?

– Не молчи, – подгоняю паренька, а он лишь громко вздыхает мне прямо в ухо. – Что?

– Ершовой Ульяны Викторовны двадцати лет отроду в нашем городе не проживает, – пауза, а я мне хочется громко заорать. – Вы уверены, что правильно данные девушки записали?

– Разберусь, – бросаю со злостью пареньку и добавляю напоследок: – Жду информацию о брате.

Сейчас разберемся, что я правильно записал, а что нет.

Только вот опоздал я. Или проспал.

Моя спальня пуста. Как и дом.

Я швыряю телефон на кровать и медленно сжимаю пальцы в кулаки…