Глава 19 · Личная жизнь

Кожаные штаны пузырями висели на бедрах и коленях. Истинное безобразие. Вот что значит — бегать по крутым лестницам несколько раз в день, да еще и есть простую пищу. Сахара и шоколада тут нет, про снеки и пиво Элен и вовсе не вспоминала очень давно. Зато похудела, ага, хоть и не слишком заметно на первый взгляд. Если б об этом так красноречиво не свидетельствовали штаны, она и не догадалась бы даже при внимательном взгляде в зеркало.

А еще лицо стало свежее и морщин меньше, и щеки уже не висели. И вот тут глупо было думать, что это все экология и образ жизни. Нет, тут сработала самая настоящая магия. И зуб вырос, и колени не трещат уже несколько недель. Элен помолодела. Девочкой юной она не стала, но лет десять на вид сбросила. И это ей ужасно нравилось.

Вот только что делать со штанами? Может, Теодор подскажет? У него ведь есть хозяйственная магия. Но внезапно выручил ее Серж.

— Это фасон такой? — с интересом спросил он, встретив Элен, поддерживающую штаны, в коридоре. — Что, такое вот носят в Пустом мире? Ни разу не видел.

— Конечно нет, дружок. Это я похудела с вашими дурацкими лестницами.

— Так можно ушить.

— У тебя есть швейная машинка?

— Нет, лучше. Набор игл от Алкедо. Самошьющих.

— Гонишь!

— Вовсе нет. Я купил для прошивки переплетов. Весь набор мне не нужен, только три самых тонких и одна большая, для плотной кожи обложек. Пойдемте, я вам помогу.

— О мой рыцарь! — обрадовалась Элен. — Помощь пришла, откуда не ждали.

— Ну полно, — внезапно смутился мальчик. — Вы же теперь почти семья. Как же не выручить?

Элен хмыкнула, но больше ничего не сказала. Только прошла за Шанатором в библиотеку. Он заставил ее встать на табурет, выбрал иглу, вставил в нее нить…

— А что, стишок рассказывать не нужно?

— Нет, иголка и без заклинаний работает. Это же Алкедо. Их продукция самая лучшая. Я другие не беру.

Элен поежилась. Мало приятного, когда между кожей штанов и твоей собственной ползет сталь. Волшебство — это, конечно, замечательно, но не наживую же! Нужно было штаны все же снять. Только уже поздно, процесс запущен. К тому же обнажаться перед юношей в планы Элен не входило. Незачем его шокировать еще больше.

Спустя двадцать минут работа была сделана. Черная мягкая кожа уютно облепила бедра, но не сковывала движений и нигде не давила. Великолепно!

— А закажи мне такие же иголки, — попросила Мэррил довольного Сержа. — Очень удобная штука.

— Вы все равно не сможете ими пользоваться. Они для крылатых.

— Док сказал, магия во мне есть, — сообщила Элен. — Немного совсем, но есть. Для стирального артефакта достаточно, кстати, я проверяла. Но в принципе, я могу к тебе каждый раз приходить. Мне еще два спортивных костюма и несколько футболок нужно ушить.

— Нет-нет, зачем же ко мне, — тут же запротестовал Серж. — Если есть магия — это прекрасно и замечательно. Давайте я отдам вам вот эти три. Мне все равно размер не подходит. Пользуйтесь на здоровье.

Чрезвычайно довольная Элен цапнула подаренные иголки, тепло поблагодарила юношу и вернулась в свою комнату — собираться на свидание с доком. То есть на прогулку, конечно.

Перед уходом заглянула к Агате: та по-прежнему не просыпалась. Док был там, давал указания Джонатану:

— Если что-то изменится, сразу посылайте Теодора за мной. В полдень сделать укол, вы же умеете?

— Разумеется, умею.

— Следите за температурой. Если начнет повышаться, то вот этот пузырек. Влить из пипетки за щеку. Но не должно, девочка в стазисе. Однако если вдруг…

— То посылать Теодора, — кивнул Джо. — Я понял.

— Тогда я ухожу. Вы разумный юноша, я оставляю Агату с вами со спокойным сердцем.

Джонатан фыркнул и раскрыл выпрошенный у Сержа свод законов Эйлерана. Пока есть время, он напишет претензию к компании, уволившей Агату.

— Тааннет Мэррил, я вижу, вы уже готовы? Я сейчас переоденусь и спущусь.

— Я подожду вас во дворе, Шелдон.

Погода стояла ясная, ветер дул теплый, южный. Элен жмурилась и подставляла лицо солнечным лучам.

— Ты бы сказала, что хочешь в деревню, — проворчал Теодор, выглянувший следом за Мэррил. — Я б тебя сводил и сам.

— А я тебе говорила, что хочу на лодке твоей прокатиться, что-то ты не схватился за весла, — парировала женщина.

— Так высокая волна еще. Опасно. Но как только погода наладится, я сразу тебя возьму на рыбалку.

Элен закатила глаза. Рыбалка — это прекрасно. Но она хотела другого. Волн, ветра в лицо, соленых брызгов, крепких рук, обнимающих при качке. Глупый Теодор этого никак не хотел понять. Ну, его проблемы.

Посмотрим, как пойдет с доктором.

Теодор сопел недовольно, а Элен молча улыбалась. Появившийся Шелдон прекрасно все понял, хмыкнул и подхватил женщину под руку:

— Осторожнее, тааннет, тут яма на яме, можно и ноги переломать прямо во дворе замка. Такое случается, когда хозяева небрежны.

— Осторожнее, тааннет, — передразнил Теодор. — У нее такие ботинки, что ногу сломать эта женщина может только кому-то другому, пнув его в колено. А ямы починим скоро. Вот выдадим Агатку замуж…

— А если я сломаю ногу Теодору, вы его вылечите, доктор? — проворковала Элен.

— Непременно. Ломайте хоть обе, мне не жалко. Сращивать кости учат на первом курсе. Кстати, с вашим уровнем вы тоже на это вполне способны. Идемте же, у нас не так уж много времени. К вечеру нужно вернуться.

И Элен с доком бодро устремились к старым воротам.

Дорога в деревню действительно была неплоха. Широкая, ровная, хоть и складывающаяся постоянно в ступеньки, она вполне пригодна была для неторопливой прогулки. А места здесь и в самом деле живописные. И лес густой и красивый, и поля уже зеленели.

А на полях суетились люди и ползала какая-то техника.

— Вон там старая часовня, взгляните, — вещал доктор. — Великолепно сохранившийся архитектурный образец. А справа — остов сторожевой башни, в здешних местах таких построек было много. Холодный замок ведь возвели для защиты побережья. Раньше тут и вовсе была высокая стена, но от нее остались только замшелые камни.

— Вы часто тут бываете, да, Шелдон?

— Не особо. Работы много. Но последний свой отпуск провел на побережье. Снимал домик в рыбацкой деревушке к востоку от Холодного замка. Тихо и красиво.

— А семья у вас есть?

— Была. Как и все крылатые, я рано женился, еще в академии. Но мы быстро поняли, что нам не по пути. Моя жена хотела, чтобы я всегда был рядом с ней. А я целыми днями торчал в больницах. Когда дочка немного подросла, жена ушла к другому. Сказала, что отсутствия отца, которого они видят только ночью, да и то не всегда, никто и не заметит. Я, конечно, пытался ее вернуть, обещал меньше работать… И даже отпуск взял тогда. Но было уже поздно.

— А если б она вернулась, вы бы изменились?

— Кто знает. Я бы очень постарался. Во всяком случае, ради дочери. Я много лет потом забирал ее к себе на выходные, возил отдыхать. А потом Мариша выросла, вышла замуж…

— У вас близкие отношения?

— Да. Она тоже врач. Это забавно, но она меня понимает и поддерживает во всем. Мне очень с ней повезло. А вы? У вас только сын?

— Дочь еще, старшая. Анна. Она недавно вышла замуж за Югора Анхорма, может, слышали.

— Та самая Анна? — удивился доктор. — Конечно, слышал. После теракта на канатной дороге о ней писали в газетах.

— Погодите, вы что-то путаете, — покачала головой Элен. — Какой теракт, какие газеты? Это же было больше года назад! И в газетах писали про Агату, при чем здесь Анна?

Доктор остановился посередине дороги и внимательно взглянул на Элен.

— Вы совсем не читаете газет, верно? И визора в Холодном замке нет?

— Это на что вы намекаете?

— Ну, так через три дня после той самой свадьбы в Эль-Валаде снова приключилась авария. А точнее, несколько придурков… Элен, вам плохо?

— Нет, мать твою, мне замечательно! — рявкнула женщина. — Сразу скажи, Анна с Югором в порядке?

Неожиданно доктор шагнул к Элен и крепко ее обнял. Она придушенно зашипела, но вырываться не стала.

— Никто не пострадал, — успокаивающе зажурчал док. — Анна оказалась в кабинке…

— М-м-м!

— С самим Белокрылым.

— … !

— И несколькими детьми. Вскрыли кабинку, вынесли детей.

— А Анна?

— Анна и вынесла. Троих.

— Как?

— У нее переходная форма есть.

— Да откуда?

— Такие подробности в газетах не писали. Я бы вовсе не обратил внимания на новость, но ведь Агата точно так же…

И тут доктор замолчал, осторожно поглаживая Элен по плечу.

— Что «точно так же»? — взвыла женщина. — Анна тоже? Надорвалась? Лежит? Умирает?

— А ну тихо! Не нужно истерик. Да, надорвалась. Да, лежит. Но в целом прогнозы весьма оптимистичные.

— Я ее убью! — принялась вырываться Элен. — И Югора тоже. А прежде всего — эту Высочайшую скотину. Так и знала, что без него не обойдется! Да пусти ты меня уже!

— Если отпущу, что будешь делать?

— Орать и плакать, — честно призналась она. — Потому что Анна далеко, а Агата умирает. Я не могу разорваться.

— Выдумала тоже. Тебе слезы не к лицу. Ты сильная.

— Очень, — всхлипывая мрачно ответила Элен. — Но почему-то не сегодня.

Док поднял ее подбородок, заглянул в глаза, а потом крепко поцеловал. От неожиданности Элен ответила.

— Ну охренеть, что это было? — выдохнула она спустя пару долгих минут.

— Лекарство от истерики, — невозмутимо ответил Шелдон. — Очень действенное, ты заметила? Можно было дать пощечину, но поцелуи приятнее.

— Спасибо, — проворчала она, немного успокоившись, — и вправду приятнее.

— В деревне есть телеграф. Сейчас пошлем запрос в Эль-Валад. Там точно знают, как твоя дочь. Если что-то не так, то я отправлю к ней мою коллегу, хорошо?

— Да. Спасибо тебе.

— Глупости. Пойдем уже. Стоим тут посреди дороги… как две цапли на болоте, честное слово.

Солнечный день утратил для Элен всякое очарование, хотя Шелдон и старался ее разговорить. Он болтал, шутил, даже выбил парочку улыбок, и все равно даже чудесная рыбацкая деревушка с милым названием «Большая щука» не произвела никакого впечатления. Деревня как деревня. Большая, раскинувшаяся по всему берегу спокойного залива. Белые домики, разноцветные заборы. Кое-где цветут вишни… или яблони, Элен не разбиралась. Большие каштаны выпустили пятипалые листья, еще нежные и трепетные. По улицам ходили куры, где-то блеяли овцы. На берегу сушились сети и лежали перевернутые лодки.

Несмотря на кур и вездесущих кошек, деревня выглядела вполне цивилизованной. На двухэтажном кирпичном здании можно было прочитать надпись «Школа», а во дворе стоял небольшой красный автобус. Рядом имелось еще несколько зданий из белого кирпича: очевидно, магазин, почта и медицинский пункт.

— Сначала на почту, — заявил доктор. — Потом обедать. Тут прекрасный трактир.

— Наслышана, — проворчала Элен. — Юные Шанаторы наверняка там должны кучу денег.

— А мы сделаем вид, что с ними не знакомы.

— Ну конечно. Два взрослых, прилично одетых человека пришли пешком со стороны замка. И не знакомы с хозяевами. Сам-то поверил бы?

— Знаешь, Элен, ты удивительная, — неожиданно заявил док. — Пойдём, моя дорогая, отправим телеграмму.

Элен внезапно остановилась, глядя на славный беленький домик с лаконичной надписью на дверях «Прически, брови, маникюр».

— А ты можешь сам отправить?

Шелдон проследил за ее взглядом и усмехнулся:

— Конечно. Тогда встретимся в трактире. Только не задерживайся.

Элен решительно толкнула дверь. Звякнул колокольчик.

— Какая интересная изба-цирюльня, — пробормотала Мэррил, оглядываясь.

Большая чистая комната, светлые стены, зеркало в светящейся раме. Кресло с невысокой спинкой на ножке, полка с флаконами и склянками. На стенах — черно-белые портреты, если так можно назвать самые разные затылки людей. Стильно и оригинально.

— Тааннет… Мэррил, я полагаю? — поднялась с диванчика юная девушка с ярко-красными волосами. — Наконец-то я увидела вас вживую.

На вид девушке было лет двадцать. Но могло быть и триста.

— Откуда?

— Ну, все в деревне знают, что вы в гостях у Шанаторов. А Серж с Дамьеном раз в месяц у меня стригутся. Сами понимаете…

О, конечно, она понимала! Сплетни в маленькой деревушке разносятся быстрее пожара. И лучшее место для обсуждений противной гостьи — это парикмахерское кресло.

— Сможете выбрить мне виски?

— Высокие небеса, наконец-то нормальный клиент! Маникюр? Брови? Педикюр? Массаж лица?

— Сколько это по времени и деньгам?

— Полный комплекс триста ависов. Пока стрижёмся, все будет сделано. У меня технологический салон. Многим это не по душе, но я обожаю технический прогресс!

— Начинайте, — милостиво позволила Элен.

— Разувайтесь и подкатайте брючки. Где покупали? Огонь, я тоже такие хочу! Ботинки отпад! Можно такие по каталогу выписать? Шнуровка прочная? Подошва — самое то по нашей грязи!

Под ненавязчивое щебетание девочки Элен разулась и уселась в кресло. Под ноги ей поставили тазик с водой.

— Смотрите, тут автоматический массаж и обработка стоп. Ногти выровняет и отполирует. Красить будем?

— На ногах? А какие есть цвета? Хочу красный.

— Выбирайте палитру.

И в руки Элен сунули полоски с оттенками красного.

— Виски докуда бреем? Как насчёт окраски прядей? Ага, я вижу, какая была форма раньше. Милая тааннет, кто ж вас так оболванил в последний раз? Больше никогда не давайте этому человеку ножницы в руки. Так, брови…

Под непрерывную болтовню мастера Элен совершенно расслабилась. Наблюдать за процессом было любопытно. Вода в ванночке для ног нагрелась и бурлила, ножницы сами собой порхали где-то возле затылка, а девочка деловито прыгала вокруг Элен с щипчиками.

— А на руках ногти не красим, — попросила Элен. — Просто приведём в порядок. Скажите, а на дом вы выезжаете?

— Вылетаю. Но дороже будет вдвое.

— Нужно будет договориться.

Агате непременно стоит подстричься, ибо визит к стилисту всегда добавляет здоровья, если не физического, то душевного. Во всяком случае Элен совершенно успокоилась и даже расслабилась. Давно она не занималась собой и теперь откровенно кайфовала.

— Все готово. Тааннет восхитительна.

— Деточка, вы чудо! — удивленно выдохнула Элен.

Стрижка была идеальна — точь-в-точь как она любила. И ногти, и брови, и цвет прядей — бирюзовые с темно-синими кончиками. А самое главное — выглядела Мэррил на добрых двадцать лет моложе. Вот что значит настоящий мастер!

— Что вы делаете в такой глуши? В столице у вас была бы стая клиентов!

— Не люблю столицу, — сморщила носик девочка. — Жила там двадцать лет, устала. Да и знаете, все эти снобы… бесят. А у меня теперь муж — рыбак. Самый лучший в мире. Заработок не намного и меньше, а жить гораздо дешевле. Дом свой, мама рядом опять же. Не поверите, некоторые клиенты из столицы прилетают к нам сюда. И отдохнуть, и подстричься.

— Очень даже поверю, — кивнула Элен. — Я тоже вернусь.

— Прилетайте, конечно. Всегда рада. С вас триста ависов.

Элен дала ей пятьсот и с умилением вспомнила, что Серж столько брал за два месяца работы… Вот дурачок. Что бы он без неё делал!