Глава 23 · Бизнес-план

Идею сделать из ее родового гнезда ретро-отель Агата отвергла с искренним негодованием и ужасом. Ей показалось это святотатством. Это дом предков, оплот стаи, призрак рода Шанаторов. И к тому же — репутация у рода такова, что никто не приедет в отель, где когда-то зрел заговор против короны.

— Я бы приехала, — меланхолично заметила Элен. — Прикольно же. Любопытно. Но вообще ты преувеличиваешь. Заговор был триста лет назад. Даже Мэррилы уже вернулись. Все давно забыли про суды и приговоры. Люди склонны жить своей жизнью, а не чужой.

— Все равно, — упрямо хмурила темные брови девушка. — Я не позволю! Это мой замок, а не… а не цирковая арена!

— В «Серых крыльях» открыли школу для крылатых, — напомнил Джонатан. — Ты же там и училась.

— То школа. Это почетно.

— А отель — прибыльно. Я прикинул — это совершенно новый формат для Эйлерана. Здесь не принято строить элитные санатории или гостиницы. Богатые люди имеют дачи на берегу моря или снимают домики. Те, кто победнее, могут остановиться на несколько дней в местных гостиницах. Поверь, будет бомба.

— Спасибо, бомбы уже были, — резко ответила Агата. — Хватило.

— Да я не в том смысле!

— Неважно. Я против. К тому же у нас нет на это денег, а Мэррилам влезать в дела Шанаторов я не позволю. Подачек мне не нужно!

Джонатан выразительно поглядел на мать: он же говорил! Элен едва заметно кивнула.

— Ты права, детка, — успокаивающе зажурчала она. — Денег у Шанаторов даже на ремонт водопровода пока нет. И взять их совершенно неоткуда. Так что даже если разработать бизнес-план, мы сможем тут все отремонтировать лет через тридцать.

— Именно.

— Можно найти инвесторов, — не сдавался Джонатан.

Агата накрыла его руку своими тонкими пальчиками и елейно улыбнулась:

— Прости, Джо, я не домашняя кошечка. Я гуляю сама по себе. Не пытайся меня прогнуть под себя. Во-первых, надорвешься, во-вторых, все равно не выйдет.

Джо только скрипнул зубами.

На запах еды пришли Серж, Дамьен и Теодор — чумазые и голодные. Они честно занимались ремонтом.

— Кто готовил? — спросил храбро Теодор, сунув нос в миску с салатом.

— Я, — сказала Элен. — Курица, картошка, салат.

— Я помогал, — быстро добавил Джонатан.

— Ну мы сейчас умоемся и придем, — обрадовались работнички. — Можете пока накрывать.

Элен фыркнула и достала из шкафа щербатые тарелки.

— Нужно поменять посуду. Попрошу Дамьена добыть.

— Не стоит рисковать, — тут же возразил Джонатан. — Контрабанда из других миров карается сурово.

— Да брось, я же мотоцикл не прошу. А жаль. Всего лишь тарелки. И сковородки. И…

— И от пятнадцати до пятидесяти лет. И тем, кто причастны — тоже срок.

— Никто не узнает.

— Все старые замки открыты для Высочайшего. Никто не может гарантировать, что он не заявится без приглашения — проверить, что тут вообще творится. Думаю, он увидит много интересного.

Элен тяжко вздохнула.

— Ладно. Подарю вам на свадьбу сервиз на сорок персон. И набор кастрюль. Бесит меня уже эта тотальная нищета.

— Зато с кухней, — едко прокомментировал Серж, успевший умыться и переодеться к ужину. — Вы же так хотели кухню, тааннет.

— Чтобы вас, дураков, кормить нормально, — парировала Элен, с грохотом ставя на стол тарелку. — Что-то не нравится? Можешь слетать до деревни, там трактир и ночью работает.

— Будет вам посуда, тааннет, — вздохнул Дамьен, тоже усаживаясь за стол. — Полагаю, из госпиталя уже доклад отправлен, что я порталом приходил. Не сегодня-завтра прибудет комиссия. Возьмут меня под белы крылышки… и на учебу. По контракту. Денег-то у меня нет. Буду потом отрабатывать много лет. И отказаться нельзя, не выйдет.

— Иначе — тюрьма, — веско добавил Теодор.

Все замолчали, уткнувшись в тарелки.

— Когда свадьба, Агата? — спросил Серж чуть позже.

— Когда Мэррил полетит, — буркнула невесело девушка. — Слушай, Джо. Инвесторы, говоришь? Это как? Мы им потом ведь долю прибыли должны будем отдавать? А Мэррилы могут инвестировать? А если у дяди Югора в долг попросить?

— Анхормы на мели. Им нечего нам дать даже в долг. Анна, конечно, старается… Но ее одеялами дыры в Холодном замке не заткнешь, — Джонатан серьезно кивнул погрустневшей Агате. — Я думал про Алкедо. Они богаты и успешны.

— И никогда не свяжутся с Шанаторами.

— Зато охотно заключат контракт с Мэррилами. Наша Марго выходит замуж за их наследника.

— И кому будет принадлежать… отель? — неприязненно спросила Агата, сцепив пальцы так крепко, что они побелели. — Если деньги принесут Мэррилы? Если идея — Мэррилов? Если у руля — Мэррил?

— Ну… замок же Шанаторский. Придумаем что-нибудь.

— Знаешь что! — Агата поднялась, пошатнувшись. — Мне твоих подачек не надо. Свадьба отменяется. Жили мы без Мэррилов и дальше проживем. Как-нибудь справимся. Дамьен, отнеси меня в спальню. Прямо сейчас.

За столом повисло красноречивое молчание. Элен смотрела в окно. Теодор и кузены недоуменно переглядывались. Какой отель, какие инвестиции? Они ничего не поняли. Но Агату послушались, унесли ее.

— Истеричка, — пожал плечами Джонатан. — Мать, ты чего в картошку добавляла? Ее есть невозможно.

— Лук. Медвежий.

— Гадость. Салат еще остался? Курица, кстати, ничего. Хотя и недосолена.

— Знаешь что? — мгновенно вспыхнула Элен.

— И ты тоже истеричка. Ладно. Тогда я уеду сегодня же. От Большой щуки ходит автобус, на нем и отправлюсь. Чем быстрее я решу эту проблему, тем лучше будет для всех.

Агата ревела. Ее просто выворачивало наизнанку. Так плохо не было даже в больнице, там пострадало тело. Сейчас же — душа. И гордость. Она чувствовала себя использованной. Джонатан ее совсем не любит! Она для него — лишь ступенька к новой цели. Может быть, хорошая, удобная, даже желанная. Но ступенька. Когда она принимала его предложение, то даже не подумала о том, что сама станет Мэррилом. Было совершенно понятно, что нет, она останется Шанатором, главой рода. Кто, если не она? Джонатан не полезет в ее дела, а она — в его.

Какая же дура!

Рябчику понятно, что Мэррил никак не останется в стороне. И тут дело не только в советах. Нет! Он просто перехватит у нее управление, подомнет Шанаторов под себя. А она лишь женщина, слабая и глупая, которая, конечно же, подчинится.

Видимо, у нее не только с магией плохо было, но еще и с мозгами. И не удивительно — если какой-то частью тела долго не пользоваться, то она ослабевает, а иногда и вовсе атрофируется. Агата страдала больше года. Мозг у нее тоже… страдал.

В дверь постучали.

— Неприемный день, — крикнула девушка. — Джо, проваливай. Не желаю тебя видеть.

Конечно, желала. Конечно, ждала. Надеялась. Верила. Ей так нужно было сейчас утешение, что она даже не задумывалась о том, что Джонатан должен ее успокаивать и защищать от самого себя.

Он прошел в комнату, сел на край кровати. Она гордо отвернулась.

— Я уезжаю, — тихо сказал Мэррил. — Постарайся не натворить глупостей, пока меня нет.

Она гордо промолчала.

— Агата, все не так, как ты себе надумала. Я правда тебя люблю. Поверь мне. Я никогда не сделаю ничего тебе во вред. Иначе это была бы не любовь, правда?

— Тебе я не нужна, — жалобно прошептала девушка. — Только замок.

— Глупышка.

Он обнял ее, целуя в волосы и задумчиво улыбаясь. Ее слова стали ответом на множество сложных вопросов.

— Что тебе привезти в подарок из столицы?

— Платье. Красное. И сервиз на сорок персон. И кастрюлю.

— Понял. Будут вам и кастрюли, и платье, моя тааннет. Не злись на меня. Я пока не могу рассказать тебе свой план. Не хочу давать ложную надежду. Возможно, у меня ничего не выйдет.

— Ты про Алкедо?

— И про них тоже.

Она трагически вздохнула и позволила наконец себя поцеловать. До конца все равно не доверяла, убедившись вновь: Джонатан не из тех, кто позволит собой манипулировать. Как же с ним сложно!

Агата рассчитывала на послушного мужа, который будет советоваться с ней во всем. Но Мэррилы ведь не такие. Достаточно посмотреть на Элен. Впрочем, обычно у сильных и властных матерей вырастают покорные и мягкие сыновья, с которыми несложно договориться. Здесь это правило не работало: не то кровь оказалась сильнее воспитания, не то Элен вырастила настоящего мужчину. Наверное, это хорошо.

Вот только триста лет самостоятельности тоже в окно не выкинешь и в печку не засунешь. Агата привыкла командовать, привыкла принимать все решения сама. Привыкла жить одна и рассчитывать только на себя. Пожалуй, не такая уж и хорошая из нее выйдет жена.

Теперь она вдруг поняла, почему крылатые женятся рано. А если затягивают со свадьбой, то потом быстро разводятся. Людям проще — они гибкие и ценят каждое мгновение, а не раздумывают годами и десятилетиями. Еще недавно Агата радовалась очередному новому дню, а сейчас, зная, что уверенно идет на поправку, вдруг раскапризничалась. Как-то это неправильно, наверное. Разве мало ей было урока?

— Я люблю тебя, Мэррил, — мягко сказала она, когда Джонатан уже взялся за ручку двери. — Возвращайся побыстрее, я буду ждать.

Он кивнул и вышел.

Девушка поворочалась в постели — снова лежать было теперь невыносимо. Села в кресло, уставилась в окно. Спустя какое-то время замок словно опустел — Джо ушел. Глава рода всегда чувствует, как кто-то из близких приходит или уходит. Выходит, магия и вправду возвращается. А еще — Джонатан стал Агате очень дорог.

Как же сложно выбрать, что важнее — своя маленькая и убогая стая или любимый мужчина! Откровенно говоря, Агата считала кузенов слабаками и неудачниками. И ничем она была им не обязана, ведь она и без того содержала их много десятилетий. Она предлагала им пойти учиться, выкраивала деньги на очередной ремонт, дарила подарки. А что в ответ? Ладно еще Серж, он тихо-мирно реставрировал книги и никогда не жаловался, но Дамьен, воспользовавшись ее отсутствием, едва не вляпался в крупные неприятности! Портал, контрабанда, ну кто бы мог подумать! Почему не признался?

Не доверял? Или просто — эгоист, думающий только о собственном комфорте?

И ради этих двоих она хотела отказаться от мужчины, который в кои-то веки собрался решать ее проблемы?

И теперь понятно, почему Крылатые не спешат взрослеть. Быть взрослой — страшно, скучно и порой больно. А иногда и вовсе уголовно наказуемо.