Глава 15

— Ну, все, все, хватит, а то я сейчас точно разревусь, — говорит Лика, — Я и зашла то к тебе на минуту, а время с тобой летит очень быстро. Ладно, пойду к себе, посмотрю еще журналы и к тому же скоро ужин.

— На который нельзя опаздывать, — сказали мы хором и рассмеялись.

Лика ушла, а мне предстояло немного отдохнуть и спуститься к ужину. Да с таким темпом жизни, я и не замечу, как мне исполнится восемнадцать.

Ужин прошел гораздо спокойнее, чем завтрак. Дарьи на нем не было. Я поняла, что после сегодняшнего завтрака, ее не будет здесь минимум неделю. Не могу сказать, что расстроена, но чувствую себя немного виноватой.

Глеб Александрович только вскользь поинтересовался, как в целом прошел день, чем занималась, и как мне поработалось со Стеллой.

Уже вечером перед сном решила позвонить Алене.

— Привет, крестная, не отвлекаю?

— Ну, что ты, котенок, я очень жду твоего звонка. Как ты, как тебя приняли?

— Все относительно неплохо. Со всеми очень даже неплохие отношения. Но больше всего пока общаюсь с Ликой.

— Ну это и понятно. Вы ровесницы, и у вас есть темы для обсуждения. А как Дарья и твой отец?

— Здесь пока все еще очень сложно. Дарья… Я еще и сама не поняла. Мы не успели толком познакомиться.

Я решила промолчать о разговоре за завтраком. Выносить сор из избы — не самое лучшее качество.

Да, я знала на все сто процентов, что Алена никогда, никому ничего не расскажет, но мне, правда, не хотелось вешать на нее новые переживания за меня.

— А Алексей Глебович очень тактичный. Он идет на контакт. Мы немного пообщались, пока так.

— Понимаю, еще мало времени прошло, но ты привыкнешь. На самом деле он хороший человек.

Ненадолго у нас повисла пауза в разговоре.

— А знаешь, крестная, в честь меня устраивают настоящий бал.

— Это как для настоящих принцесс?

— Ну, не знаю. Сегодня приходила швея, брала мерки, будет шить мне платье.

— Наверное, пригласят много журналистов и фотографов? — спросила Алена.

— Не знаю, но сегодня уже начали подготовку. И еще я очень скучаю по всем вам, по своей квартире, по друзьям, и, конечно, же Раисе Ильиничне.

— Она, кстати, звонила мне, спрашивала о тебе. Ты же знаешь эту женщину. Если тебе будет плохо, она примчится к тебя сразу и устроит грандиозный скандал.

— Да, она такая!

Мы еще немного поговорили, и на прощание я обещала звонить при первой же возможности, а также в ближайшее время позвонить Раисе Ильиничне.

Также, как и вчера, я уснула очень быстро, даже без чтения, и, как всегда, без сновидений.

Время шло очень быстро. Все вокруг напоминало муравейник. В доме были постоянно новые люди: дизайнеры, оформители, даже ведущие, которые занимались абсолютно всем. Продумывалось все до мелочей: какие напитки, закуски будут, какая будет звучать музыка.

Музыканты будут играть на скрипке, флейте, саксофоне. Также будут приглашены дополнительно официанты, так как гостей соберется очень много.

Казалось, работа идет даже ночью. Стелла приезжала пару раз. Платье уже выглядело роскошно и изящно.

Но, чем ближе был бал, тем больше я переживала. Дарью видела всего мельком. Казалось, она, как в темнице, поселилась в своей комнате и абсолютно оттуда не выходит.

Пару раз я созванивалась с Раисой Ильиничной и Аленой, но большую часть своего времени я проводила в беседке или библиотеке. Лика тоже постоянно была занята, не сидела ни минуту на месте.

Библиотека стала для меня вторым домом. Я понимала, что девочкам моего возраста, надо больше гулять с подругами, общаться со сверстниками, но пока мне куда интереснее было проводить именно здесь свое время.

Лика пыталась вывести меня из дома, с кем то познакомить, но я всегда отказывалась.

Когда до бала оставалось всего пару дней, я как обычно по вечерам сидела читала в библиотеке.

Неожиданно в дверь постучали и сразу вошли. Это был Глеб Александрович. Он уже оформил все мои документы, и теперь я официально Мальтова Ангелина Алексеевна.

Несмотря на возраст, его жизнь скучной никак не назовешь. Ему постоянно звонили, он часто уезжал по делам, а любые приготовления к балу всегда согласовывались с ним напрямую.

Как я поняла, он разрешил делать перестановку в доме, но ни в коем случае не трогать сад. Сад — это табу!

— Добрый вечер, Ангелина, опять решила сидеть допоздна? Тебе надо больше высыпаться, режим очень важен.

— Добрый вечер и вам. Спасибо. Просто время здесь пролетает так стремительно, что просто не замечаешь его. Сюда приходишь еще светло, а уходишь, уже все спят.

— Да, ты права. Что сегодня решила почитать?

— Омар Хайям, читаю его на арабском.

— Хороший выбор, нравятся персидские поэты?

— Да, очень, особенно его творчество. Для своего времени он очень талантлив и не только в поэзии, внес огромный вклад и в математические науки и в философию.

— Ты не против, если этот вечер проведешь здесь со стариком?

— Ну какой же вы старик? Скажите еще! Конечно, я не против, буду даже очень рада.

— Прочитай мне, пожалуйста, что читаешь.

— Вам на русском или на арабском?

— Давай на русском. Твой дед знает только английский и немецкий. Дальше с языками не сложилось.

Если б я еще и языки изучал, что тогда делать нашим переводчикам? И у них должна быть работа, — улыбнулся мужчина.

— Постепенно ушло время страсти кипящей

Нет ревнивых речей и трагических поз

Время тихой любви, зрелой и настоящей

Дарит редко букеты тюльпанов и роз

Время тихой любви, — начал повторять за мной мужчина. Я посмотрела на него. Он сидел на диване, смотрел на меня, а в руках держал только трость. Дальше продолжили вместе:

— Это большая забота

По глазам уловить, с полуслова понять

Ведь любовь — как ни странно,

Большая работа,

Если ей дорожишь и не хочешь терять

Время тихой любви за терпение награде,

За бессонные ночи, за трудные дни

Ты со мной, я с тобой и другого не надо

О любви промолчу, ты меня извини.

Закончили мы вместе. Одинокая слеза скатилась по моей щеке. Я увидела, что и у Глеба Александровича тоже заблестели глаза.

— Вы знаете наизусть это стихотворение?

— Я много чего знаю, Ангелин. Память уже не та, что была, но все еще помнит. Это одно из любимых произведений твоей покойной бабушки.