Глава 11

Лидия. – Капучино на миндальном молоке? – широко улыбается парнишка-бариста. – Да. И шоколадное печенье. Голодать из-за Ростика я не собираюсь, потому решаю скрасить ожидание вкусным кофе. Расплачиваюсь за еду и возвращаюсь в машину. Настраиваю радио и откидываюсь на спинку кресла. Надо бы нанять частного детектива, но я не в том положении, чтобы разбрасываться деньгами… Пью кофе и просматриваю объявления об аренде квартир. Только какой в этом смысл, если я не планирую оставаться в городе? Но бежать тоже не выход… Впереди бракоразводный процесс и суд. Заседания, на которых я обязана присутствовать. Да и не хотелось бы мне рубить сплеча… Худой мир лучше доброй войны, ведь так? Поглядываю на широкие, деревянные двери и едва не захлебываюсь обжигающим глотком, завидев знакомую, высокую фигуру… Ростислав, а рядом с ним… девушка… Брюнетка улыбается и держит моего мужа за локоть. Они беззаботно болтают и идут к машине. Рост не заметит моей "старушки". Во-первых, она неприметная, а, во-вторых, я припарковалась за пышным кустом туи. Двигатель работает. Видеорегистратор записывает, как Ростик и его дама сердца  чинно прогуливаются по скверу университета. Тянусь вмиг похолодевшими пальцами к ручке… Я думала все… Переболела, пережила… Но нет… Дыра в сердце. Грудная клетка ноет, словно в нее с размаху попал футбольный мяч. Судорожно вздыхаю и распахиваю дверь. Хочу записать их разговор. Подслушать. Господи, видел бы меня папа… Он бы брезгливо плюнул и махнул рукой. Что мешает мне просто подать на развод и уйти? Я сама мешаю… Собственноручно довела себя до такого… В бесправных отношениях нельзя уйти вот так, запросто… – Милаша, давай дома поедим? – предлагает предатель. Увеличиваю масштаб и пытаюсь заснять их наглые рожи, прячась за кустом. – Ро-ост, родной… Тогда суши? Или пиццу? Божечки, о чем она говорит? Ростик никогда не ест фаст-фуд. Только здоровая, домашняя еда… – Суши, милая. Поедем уже, я сгораю от нетерпения. Дамочка возится возле тачки. Плащик снимает, задние двери распахивает, любовно погружая в салон какие-то папки и сумочку. Благодаря ее медлительности я и слышу их беседу… Их слова оседают в горде нестепимой горечью – "милая, дорогая, родной". Рост выглядит обычно. Нет горящего взгляда, румяных щек или сбившегося дыхания… С таким же лицом он признается мне в любви или привычно лжет. А вот Милаша… Интересная особа, ничего не скажешь. Красивая, с копной блестящих, каштановых волос, струящихся по спине, в идеальном, подчеркивающем фигуру платье. Опускаю взгляд на свои повседневные туфли… У Милашки они лаковые, на тонкой шпильке… И макияж, и прическа идеальные… И белье, наверное, тоже? Она вся – образчик мужской мечты. Но мой предатель-муж спит со мной… С простушкой Лидой без отличительных особенностей. Они садятся в машину. Дожидаюсь, пока Рост отъедет на безопасное расстояние, и выхожу из укрытия. Несусь к зданию университета. Распахиваю двери и заваливаюсь в деканат. – Я… Я ассистент Ростислава Антоновича Волгина. Мне нужно ему кое-что передать, вернее, не ему, а… – Да вы успокойтесь. Он закончил читать лекцию. Вы позвоните, может, он недалеко отъехал? – Мне нужен не он, а Мила… – А, Милаша Черникова? Это ординатор первого года обучения, Ростислав Антонович ее курирует. Вы про нее говорите? – воркует секретарша, раскладывая на столе папки. – Да. Завтра она зачитывает важный доклад. Мы разминулись, а мне… Вот, – вытягиваю перед собой папку с Ванькиными рисунками. – Здесь расчеты, графики… А у нее телефон выключен. Скажите мне адрес Милочки. Иначе… Меня уволят, понимаете? Даже слезу приходится пустить для верности… – Ну, ладно. Не плачьте вы так. Милаша недалеко живет. Проспект Рокоссовского, дом семь, квартира триста двадцать. – Спасибо вам, добрая девушка. Вы меня спасли. Поеду, отдам папку. Сердце толкается в грудину, в ушах шумит… Он поселил эту дрянь в элитном доме. Мне даже навигатором можно не пользоваться – дорогу я знаю… И что делать теперь? Подняться и заявить о себе? Или… Решаюсь посоветоваться с Вадимом Семеновичем, перед тем, как наделать глупостей… Глотаю остывший кофе и привожу себя в чувства. Дыши, Лида, дыши… Ты знаешь правду. Муж изменяет, это не ошибка. Врет, целует другую, спит с ней, а потом приходит в мою постель… – Вадим Семенович? Я узнала адрес его любовницы. Сейчас Ростислав находится в ее доме. – Не вздумай лезть к ним. Сделай парочку снимков, когда он будет выходить, и… Молчи, Лидочка. Пока молчи, ладно? Я тут кое-что раскопал про твое семейство… Они могут быть опасными. Действуй деликатно. – Хорошо, я и не планировала скандалить. Когда мы увидимся? – Я позвоню. Руки не слушаются… Меня трясет. Внутри словно что-то рассыпается. Крепче сжимаю руль и набираю в легкие побольше воздуха… Так и еду к проклятому дому – с дырой в груди… Включаю поворотник, жму на тормоз, сигналю замечтавшейся девчушке в огромных наушниках. Полумертвая, тлеющая внутри, раздавленная… Он умер для меня. Хотя нет, ну, кому я вру? Если бы умер, не было так больно… Как он может, не понимаю? Целует своего сынишку, а после возвращается к ней? Спит со мной, говорит, что любит, а потом… Даже думать не хочу, чем они сейчас занимаются. Наверное, Рост зажал ее в прихожей… И шагу не дал ступить. Расстегнул пуговицы плаща и забрал сумку из ее ослабевших рук. А мы в прихожей обсуждаем покупки. Подгузники, каши, подтекающий в кухне кран… Я сетую на уличную пыль, каждый день оседающую на белоснежной мебели, а Рост жалуется на капризных пациентов. Между нами давно нет никакой романтики… Испарилась… После нашей свадьбы заболел Василий Федорович, я стала все дни пропадать у него, предпочитая сексу сон. Паркуюсь возле подъезда и ищу взглядом машину мужа. Ее нет… Странно, они ведь раньше меня отъехали? Наверное, вселенная надо мной сжалилась? Иначе, как объяснить тот факт, что удача сама идет мне в руки? Я была уверена, что не застану мужа и любовницу вместе. Максимум, на что я рассчитывала – заснять Роста выходящим из подъезда. Спустя пятнадцать минут голубки появляются. Ростик деловито распахивает заднюю пассажирскую дверь и выуживает огромные пакеты из супермаркета. Значит, Милаша готовит… А я зря на девушку бочку катила. Она, оказывается, не только умница, но еще и хорошая хозяйка. Из пакета торчит хвостик ананаса. Хороший выбор. И для потенции самое то… Сглатываю чудовищную, затопившую меня ревность, и запечатлеваю их на камеру… Снимков недостаточно, чтобы заподозрить мужа в измене. Информативных маловато, да… Ну, обнимает Рост кого-то, помогает с покупками, так это ничего не значит… Друг попросил, коллега, декан. Он все что угодно может придумать в оправдание. Отправляю наиболее удачные кадры Вадиму Семеновичу. Он перезванивает тотчас. – Удача на нашей стороне. Можешь поговорить с соседями, спросить, часто ли этот мужчина посещает квартиру Миланы? Свидетельские показания не помешают. – Мне к ним стоит наведаться? – спрашиваю сдавленно. – Нет. Семейка Волгиных те еще… Ты знала, что до тебя у Ростика была жена? – Н-нет… Вы что-то путаете. – Не путаю. Она утонула. Несчастный случай, но я подозреваю, что ей помогли. – Есть доказательства? – сжимаю смартфон, наблюдая, как довольная парочка скрывается в дверях подъезда. – Ее родители подавали в суд. Требовали возбудить уголовное дело и узнать, как утонула Лариса. Она ведь плавала хорошо, имела юношеский разряд. Такого просто не могло быть. – А зачем Волгиным избавляться от нее? – И я думаю, что незачем. Но можно использовать это дело, как способ давления на них. Дело-то резонансное. – Хорошо. Поступайте, как считаете нужным. Тогда я сижу еще немного и… – Дождись, когда он выйдет. И лишь потом иди к соседям. С ними можно говорить начистоту, можешь даже слезу пустить. – Сильно стараться не надо. – Все будет хорошо, Лид. Все пройдет, вот увидишь.