Глава 21

Оставаться одной не страшно. Я привыкла. Всю жизнь одна, после смерти матушки. Но именно сейчас мне внезапно стало одиноко. Я свободная ведьма. Всегда могла идти, куда хотела, делать что хотела. Сейчас этого выбора у меня нет. Я бродила из угла в угол, не имея возможности даже выйти на улицу. Стены давили, но ещё больше давило чувство беспомощности. Я металась, словно дикий зверь в клетке, привыкший жить на свободе. Пусть свобода была номинальной, меня не привязывали насильно к одному месту, чуть большему, чем мой лесной домик.

Заняться было совершенно нечем. Я пересмотрела все стены, изучила картину с цветами, заправила кровать, полежала на ней, снова заправила. Сидела у окна, глядя на дворцовый сад. Несколько раз переложила пуфики у стола. Время тянулось нескончаемо долго. Ближе к обеду ко мне пришла Заура и принесла еду. Поставила на стол и молча вышла, произнеся всего пару фраз:

– Добрый день, госпожа.

– Приятного аппетита.

Я спросила её, не может ли она рассказать, как там устроились тётушка Хлоя и девочки. Девушка лишь улыбнулась и промолчала. Видимо, старшая горничная уже провела с эльфийкой строгий инструктаж.

Я без энтузиазма поковырялась в тарелках и попила ароматного чая. Затем снова начала ходить по домику. Так тянулось почти до вечера, пока в мою комнату не пришла Анира. Она принесла ужин, улыбнулась, и у меня на сердце сразу стало заметно теплее.

– Нас приняли хорошо, – сказала девушка, присаживаясь рядом. Она подставила мне тарелку с похлёбкой ближе. – Это мама готовила. Старшая кухарка сказала, что хочет посмотреть, на что она способна. Всем понравилось.

Я не сомневалась и с удовольствием начала есть похлёбку тётушки Хлои. Мне показалось, что вкуснее я никогда ничего не ела.

Анира сидела напротив меня и слишком отводила взгляд.

– Рассказывай, – сказала я, видя, что она явно о чём-то боится сказать.

Девушка вздохнула.

– На кухне много о вас говорят. У прислуги острые языки. Все шушукаются.

– Что говорят? – заинтересовалась я.

– О ведьме, что спасла драконов, – негромко продолжала Анира. – О том, что попавших сюда ведьм сразу казнили. Говорят, Владыка ненавидит таких, как вы.

– Интересно, за что? – задумчиво протянула я.

Анира покачала головой.

– Я спросила. Мне сказали, он рано стал Владыкой. Вроде как его отец погиб от рук ведьм. А мать после этого умерла с горя. С тех пор ведьмы стали для него ненавистны. А недавно была история. В столицу привезли ведьму. Её захватили на границе. Она была из инквизиторской армии. Так её принародно сразу сожгли. Даже суда не было. Объявили, что так будет с каждым, кто придёт к ним с ведьмовской магией. Вот какая ненависть.

У меня пропал аппетит. Похоже, надеяться на милость Владыки мне не придётся. Но зачем тогда они меня сюда привезли? Чтобы устроить ещё одну показательную казнь?

– К нам Лиза забегала, – быстро заговорила Анира. – Она узнала, что Владыка сейчас находится у целителей. Он раненый. Она не смогла его увидеть. Там, где он находится, никого не пускают. Но Лизка у нас симпатичная и умеет находить общий язык. Она успела познакомиться с молодым лекарем и выпытала кое-какую информацию. Он рассказал ей, что старшие лекари удивлены. Владыка очень торопится выйти, вроде как он заинтересован привезённой ведьмой. Говорят, что через пару дней его отпустят из лазарета.

«Пара дней! У меня всего пара дней, – мелькнуло у меня в сознании. – Любопытно, что его так интересует во мне?»

Анира посмотрела на тарелки и всплеснула руками.

– Вы совсем мало поели. Я оставлю еду. Заберу завтра утром. Может, у вас аппетит проснётся.

Она поднялась.

– Мне пора, нельзя надолго уходить. Здесь строгие порядки.

Я обняла девочку и попросила её обнять за меня матушку. Она пообещала и уверенно направилась к двери. Я внимательно смотрела, как девочка спокойно её открывает.

– Анира! – позвала я.

Она повернулась.

– Подожди, – попросила я, вдруг озарённая догадкой.

Я встала и прошла к девочке, стоящей на пороге.

– Выйди за дверь, а потом снова войди.

Она посмотрела на меня удивлённо, но спрашивать не стала. Сделала шаг за порог и снова вошла в домик.

Я уловила лёгкую вибрацию магической энергии.

«Вот оно! Значит, замок поставлен только для ведьмы».

Я сузила глаза, пытаясь рассмотреть незнакомую мне магию. Она была едва уловимой и проявлялась, когда стояли рядом с ней. Магия немного изменяла пространство, и если глянуть на неё сквозь магическую призму, можно было уловить серебристую паутинку. Я протянула руку, прикасаясь к ней; та изменилась, становясь плотной стеной.

– Анира, встань на порог, – попросила я.

Девочка доверяла мне и послушно выполнила просьбу. Магическая стена расступилась, приподнимая края и пропуская Аниру. Я шагнула и встала рядом с ней. Стена пошатнулась, задрожала, вибрируя, но не затянулась.

«Она не может причинить вреда никому, кроме меня», – усмехнулась я. Развернулась и вернулась обратно в дом.

– Что-то не так, Рейя? – спросила Анира.

Я улыбнулась.

– Всё хорошо. Просто хотелось ещё раз обнять тебя. Я здесь совсем одна.

Девочка с теплом посмотрела на меня и сама порывисто обняла.

– Я верю, что они не посмеют тебя тронуть, – сказала Анира и шмыгнула носом.

Я поцеловала её в волосы. А про себя подумала:

«Я тоже теперь верю. Если всё получится, они не успеют меня тронуть».

До ночи я сидела у двери, внимательно изучая магическую патину замка. Я пыталась найти заклинание, способное затуманить его и думать, что я человек. Получалось плохо. Я попробовала изменить колдовскую структуру паутины; она вспыхнула, обжигая меня. Пришлось отскочить, рискуя сжечь волосы и одежду.

В задумчивости я прошла к кровати и улеглась, глядя в потолок. Магические светильники окутывали комнату в мягкий ночной свет. Итак, я определила, что сама выйти не могу. Замок поставлен хороший, не позволяющий на него воздействовать. Мало того, агрессивно отвечающий на попытки взлома. Все, кроме меня, свободно входят в мой домик. При этом образовывается прорыв замка. Ценная информация. Вот толку от неё! Если еду мне будут приносить Анира или Хлоя, это никак мне не поможет. Ведь если я сбегу в их приход, то им не поздоровится.

Я села и глубоко задумалась. Что-то мне подсказывало, что теперь ко мне будут приходить только они. Драконы умны. Поэтому и охранников у двери нет. Зачем? Драконы понимают: Хлою с дочерями я не подставлю, а чужих ко мне больше не впустят. Казалось бы, свобода близко, бери и беги. Вот только я не смогу бежать, зная, что после этого пострадают те, кто были ко мне так добры. Разве смерть одной ведьмы стоит смерти тётушки и девочек?

Я рухнула на подушку.

«Ведьма не должна думать о других! Она должна делать всё для собственного выживания». Эти слова были написаны в старой книге, которую мне давала читать мама. Слова, которые отпечатались в моей памяти, но не подействовали на мой характер.

«Ну почему я не могу придерживаться этих правил? Плохая из меня ведьма. Мягкосердечная. От этого и страдаю. Ничего, как только сожгут, так сразу все мои страдания закончатся», – с тоской думала я.

Но видимо у богинь на этот счёт были свои планы. Едва я начала им молиться, прося открыть мне ведьмовские пути, и вдруг дверь открылась.

«Кто бы мог прийти ко мне ночью?» – подумала я, ощущая смесь из удивления и осторожного интереса, когда взгляд мой устремился на входящих.