Глава 17

Утром разбудила меня мама, но, увы…не моя… а Мирского.

– Ярина, поднимайся, – она потрепала меня за плечо, стараясь быстро привести в чувства. – Мы уже опаздываем с тобой, милая.

Она-то тут что забыла? Моя комната стала будто проходной двор. Святая святых, куда даже родители без стука не входили.

– Куда? – сонно проговорила я, фокусируясь на ухоженном, без единой морщинки, лице матери Яра.

– К врачу. Сегодня нужно сдать все необходимые анализы, – ответила она, подавая мне толстовку. – Прими душ. Я буду ждать тебя внизу.

Чудны дела твои, Господи. То угрожают, то к врачу везут.

Может, эти изменения только благодаря этой потрясающе доброй женщине?

Она постаралась?

Боже, спасибо. Да я выполню всё, что она скажет, только бы родители не вынуждали жить с тем идиотом и не выставляли на улицу.

Дрожь берёт…

Вот как у такого хорошего человека мог родится такой моральный урод?

Очень жаль…

Я знала, что той, кто окажется невесткой госпожи Мирской, очень повезёт. Вот бы можно было выбирать свекровей отдельно от мужей…

Так. Стоп! Чего так расплылась в улыбке? Самое время спустится с небес на землю.

Как только за Надеждой Петровной захлопнулась дверь, я тут же подскочила с кровати и ринулась в ванную комнату. Пробыв там совсем недолго, я спустилась вниз, где меня встретили две пары глаз.

– Готова? – отстранённо спросила меня мама. – Тогда поезжай.

А она? Разве с нами не поедет?

И какая-то очень странная. В глаза мне не смотрит.

– У меня дела есть, – пояснила мама, вскользь мазнув по мне взглядом. – А ты в надёжных руках, – перевела взгляд на свою подругу и едва различимо ей улыбнулась.

Что ж, раз так…

– Поехали, – кивнула им и пошла к выходу.

Хорошо, хоть не заводили вчерашнюю песню, и на том спасибо. А там глядишь, всё наладиться.

Во всяком случае утро началось лучше, чем я ожидала, а это хороший знак.

Поехали мы, конечно же, в лучшую клинику города.

Кто бы сомневался! Госпожа Мирская привыкла ко всему самому лучшему, другого даже не стоило ожидать. Хотя я бы предпочла отправиться к нашему семейному доктору. Как-то привычнее, что ли.

Приехав в клинику, меня приняли с почестями как настоящую принцессу и тут же проводили в процедурную, где взяли все полагающиеся в моём положении анализы. А потом… сразу отпустили домой.

Серьёзно… Просто отпустили домой. Без всяких консультаций и обследований.

Да я собиралась дольше. Они издеваются?

– Ярина, я очень надеюсь, что ты не станешь делать глупостей, – прощаясь со мной на улице, сказала мне мама Мирского. – И… знай, что я буду на твоей стороне.

Улыбнувшись, она быстро вложила мне в руки небольшой телефон. – Пригодится.

Оу, вот это было неожиданностью. Даже немного растерялась. А ещё закралось нехорошее предчувствие. Словно что-то важное упустила из виду. Но что?

Сев в вызванное для меня такси и посмотрев на время, я тут же обо всём забыла. На часах было девять утра, а занятия никто не отменял. Стоило поспешить домой, где нужно было забрать сумку с конспектами. Но едва я подъехала к дому, мои планы разбились, как корабль о рифы. В щепки.

У железных ворот моего дома стояла дорожная сумка. Та самая, которую я должна была собрать ещё вечером.

– Не может быть…– прошептала я, выскакивая из машины. – Чёрт!

Подлетев к ней, подняла с земли. Тяжелая. Она была набита под завязку.

– Значит, так? – процедила сквозь зубы, смотря на окна родного дома.

Выгнали. Выставили на улицу как собачонку! И кто? Мои родные мама и папа!

Как удар под дых. До последнего не верила, что они исполнят свою угрозу.

– Девушка, – привлёк моё внимание седовласый водитель такси, смотря через опущенной стекло. – Всё нормально?

Меня трясло, и от него не утаилось мое состояние. Да и лежащая на земле сумка о многом говорила.

– Отвезите меня, пожалуйста, по другому адресу, – повернулась к нему лицом. – На месте оплачу.

Кивнув, водитель снова разблокировал дверь, чтобы меня впустить в салон.

Закинув на заднее сиденье свою сумку, остановилась возле передней пассажирской дверью, собираясь с мыслями.

Куда? Куда мне ехать? В такой час все друзья должны быть в университете. Но заявиться туда с такой сумкой я не могла. Нужно было её где-то оставить.

Верка и Лорка – единственные, кто мог помочь, но… в прошлый раз я рассталась с ними не очень красиво.

Да вот только моё положение было сейчас не таким, когда можно было носом вертеть.

Поэтому, я взяла в руки телефон и набрала одну из них.

– Вер, – вместо приветствия сказала я, услышав в трубке её зевок. – У меня проблемы.

– И тебе привет, – ответила Селиверстова сонным голосом. – Дело дрянь?

Поражаюсь её интуиции. Без слов меня понимала. Хотя, в свете последних событий не трудно догадаться, что просветов не предвидется.

– Родители выставили меня на улицу, и мне жить негде, – выложила на одном дыхании.

В трубке раздались шорохи и небольшая пауза, после которой я услышала:

– Так и знала.

– Что? – переспросила её, не понимая из-за шума на фоне.

– Ночью твои предки звонили моим. Просили не пускать тебя жить к нам, – объяснила она.

– Серьёзно? – ошарашенная новостью переспросила на автомате.

– Серьёзнее некуда, – ответила подруга. – Думаю, они звонили не только нам… Так что…

Не может быть! Этого просто не может быть… Бред.

Услышав такое, даже лишилась дара речи.

Хотелось горько заплакать, но в эту самую секунду раздался звук входящей смс.

От мамы. С адресом. Тем самым, куда я должна была поехать.

Дерьмо…

– Яра, прости, – добавила Верка. – Мне очень жаль.

– Ты не виновата, – всхлипнула я, схватившись за ручку двери автомобиля, чтобы не упасть. – Всё нормально.

– Ненормально, Яр, это ненормально. Давай ко мне. Я тебе денег дам. Сколько смогу, – твёрдым голосом произнесла Верка. – Что-нибудь придумаем.

Этого мне сейчас хотелось услышать от неё больше всего.

– Спасибо, – всхлипнула громко, а потом решительно села в такси. – Я уже еду.

Мир рушился. Тёмные тучи заволакивали небо. Но маленькая светлая точка в виде уверенного голоса подруги не позволяла мне расклеиться. Держала на плаву, не давая погрузиться в тянущую на дно депрессию.

К тому моменту, когда я подъехала к дому Селиверстовой, туда явилась Лорка, и едва я вышла из такси, она накинулась на меня, крепко прижимая к себе.

– Яра, ты только держись, – всхлипывая, приговаривала она. – Всё наладится.

Наша эмоциональная подруга всегда воспринимала чужое горе и беды как свои собственные.

– Да чего вы сопли развели?! – поморщилась Верка. Выйдя из своей новенькой красной машины, окинула нас взглядом. – Дурочки.

Фыркнув, она направилась к водителю такси, чтобы за меня расплатиться. – Никто не умер. Подумаешь из дома выставили… – произнесла она буднично, будто у нас это происходило каждый день. – Прорвёмся.

Мне бы её силу и уверенность. Только Веркин оптимизм и позитивный настрой не давали мне расклеиться.

– Мои и вам звонили? – спросила я Иванову, на что она тут же кивнула.

Поверить не могла в это… какой-то кошмар.

– Отец сказал, чтобы я не помогала тебе. Пригрозил денег лишить, – ответила она сдавлено, виноватым голосом.

– Не расстраивайся, Лор, я всё понимаю, – улыбнулась ей через силу. – Сама справлюсь.

А что я могла? Не ставить же под удар подруг?

– Закончили? – рявкнула позади меня Верка, когда такси, удаляясь, зашелестело покрышками. – Тогда поехали.

– Куда? – в один голос спросили мы с Ивановой.

– Как куда? – хмыкнула она. – Смотреть твоё новое жилище.

Моё лицо вытянулось от удивления, а слёзы застыли в глазах.

– Какое ещё жилище?

Что она придумала? Теперь я к каждому своему шагу подходила взвешенно.

Чтобы не ухудшить и без того своё плачевное положение.

– То, где ты должна жить с Мирским, – ответила Верка. – Какое же ещё…

Поспешила я доверить свою жизнь Селиверстовой. Ой, поспешила.

– Рехнулась? Я ни за что туда не поеду, – задохнулась от абсурда.

Вот ещё! Это не хватало.

– Уж лучше буду жить на улице. На скамейке в парке, чем с ним.

– Ты не спеши так пузыриться, а лучше послушай меня, – ухмыльнулась она так, как это делала, когда в её голове был гениальный план. – Кто сказал, что Мирский поедет туда? Он может слиться. Но это уже его проблемы.

– И? – уставилась я на неё.

– Живи там, – ответила она тут же. – Ничего не нарушаешь. Родители ведь этого желают? И деньги вернут, и крыша над головой.

А ведь она дело говорит. Поживу там какое-то время, раз они этого так хотят. С меня не убудет.

– А если Яр всё же придет и решит жить там? – спросила её Лорка, своим предположением портя сложившуюся в моих мозгах малину.

– А если всё же явится, то мы устроим ему райскую жизнь. Со всеми вытекающими… – довольно потёрла она свои ладони. – Сам убежит, сверкая пятками. Мы уж постараемся.