Глава 44

Всё-ещё-Фима

Дворец мы покинули вообще без всяких вопросов. Даже никто и заикнуться не посмел: а куда это Величество с каким-то мальчишкой лыжи навострил? Косились только настороженно, колени сгибали и старались побыстрее свалить.

Видимо, мрачнейшую ауру кейн Харда зелье скрыть никак не могло. Это я, видимо, в силу своей супружести не чуяла её ни на грамм.

Не менее спокойно катили в королевском мобиле, отгороженные от водителя переливающимся упругим щитом.

― Ты секретаря с главным советником предупредил? Кстати, кто у Итана главный советник? А то я так и не разобралась, да и мне как-то насра… то есть, всё равно было.

Порошочек дернул уголком рта.

― Герхард Совойский. Да, предупредил.

― О, тот самый Герхард? ― поиграла бровями.

Сансейт кивнул.

― Слушай, а этот братец Герхард с сестрицей Гертрудой-Магдаленой не могут стоять за исчезновением Итана? Вдруг это внутрисемейный переворот?

― Об этом я тоже размышлял. Сильно сомневаюсь.

― Это ещё почему?

― Видишь ли, какое дело. Герхарду никогда не был интерес трон.

Скептически хмыкнула. Ну, да, как же, слышали мы такие басни, и не раз.

― Знаю, о чём ты думаешь, но к Герхарду это действительно не относится. Он, как только переступил порог совершеннолетия, отрекся от престола. Конечно, не официально, и в случае смерти Итана, как и всех его пока не существующих наследников, ему, конечно, придется взойти на престол, чтобы избежать смуты и междоусобной войны.

― Так, может, он передумал?

Сансейт уверенно мотнул головой.

― Нет. Я проверял его отречение, копия хранится и в Саруханском дворце, там всё в порядке. С самим Герхардом осторожно на этот счет тоже переговорил, чем вызвал его немалое удивление и подозрения, но тот чист.

― Чист. Хм. Допустим. А Магдалена?

― Магдалена всегда была привязана к братьям. Она — последняя, кого вообще интересует бремя власти. Помню, она Итану как-то сказала, что не желала бы такой судьбы своим детям, какая была у неё самой. Отсутствие родителей и их заботы, тепла. Постоянная, не прекращающаяся муштра.

― В общем и короче, Магсофарских принца и принцессу вполне устраивает своё нынешнее положение.

― Именно.

― Магда тоже подписала отречение?

Кейн Хард уверенно кивнул.

― Ладно. Но я всё равно бы не стала списывать этих двоих со счетов. Ты упоминал о копии, а оригиналы? Вдруг в копиях всё шито-крыто, а в оригинале Магсофар уже завоеван и нет никакого отречения.

― Подозрительная моя, ― выдохнул рядом с ухом супруг.

― Это во мне тебе и нравится, согласись.

― Соглашусь. В тебе мне нравится вообще всё. Разве что кроме этой личины, ― слегка поморщился порошок под мой смешок. ― Как раз в Фиании оригинал, вот только он напрямую связан с копиями. Если имеют место быть исправления в оригинале, тотчас правки переходят и на копии.

― Особенности бумаги? Небось, какой-то магический папирус.

― Нечто вроде того.

― И всё равно, вычеркивать братика и сестрицу Итана из списков гениев зла пока не станем… О, а вон и стена Фиании виднеется. Быстро мы. Короткая дорога, это вещь. Только я сейчас вот вспомнила про «иди», ― помрачнела.

― Не беспокойся. Уж короля своего гвардейцы обязаны признать.

К счастью, Сансейт оказался прав. Нас вежливо стопорнули, побледнели при виде невозмутимой рожицы моего благоверного-и. о.-короля, на меня глянули только лишь мельком, особенно при ледяном венценосном: это мой слуга! И пустили в Фианию с миром, кланяясь в пояс.

Во время проезда мобиля заметила, как с пальцев гвардейцев сорвались вестники, зрелища, конечно, шикарные, огненные животные помчались вперед нас.

― Дворец пытаются предупредить? ― предположила.

― Да. Стандартная процедура. Готовься.

― Да, я как бы уже. Главное — не забыть, что я временно твоя слуга, а не… жена.