Глава 50

Серафима-к-её-сожалению-всё-ещё-не-Хард

Этот бессовестный эльф сожрал почти всё подчистую! Куда в него столько влезло, я не поняла, хотя теперь становится понятным, отчего конкретно этот остроухий — такой здоровый. Да потому, что жрет как не в себя!

Сочувствую эльфийскому двору, прокормить эту тушу наверняка крайне сложно.

Зато он значительно подобрел, и мы смогли узнать довольно интересную информацию. Надо же, и пытки не понадобились, хотя лично я ощущала себя отпытанной, поскольку осталась голодной и раздраженной.

Порошочек украдкой попросил немного потерпеть, и что, как только эльф уберется обратно спать с кошмарами в тайный проход, он меня откормит, так что пришлось терпеть со стиснутыми зубами.

В общем, так. Наша догадка подтвердилась: во дворце почти всем было известно, что Аполлинари — не родная дочь королевы, её совсем крохой притащил в подоле тоги остроухий король и уговорил свою жену выдать девочку за свою дочь.

Выдать-то выдали, только истинное происхождение принцессы всем было известно. Королева толком и не скрывала своего отношения к малышке, дворец от её гнева трясло несколько недель.

Первыми о грешке короля узнали фрейлины, ну, а потом и все остальные. За территорию дворца, конечно, старались сор не выносить, но знающих эльфов достаточно, и отношение к бастарду всегда было соответствующим.

Зато с короля как с гуся вода. Ну, всё как обычно. Аж бесит.

Родная мать Аполлинари, по словам Вортеля, — какая-то целительница из обнищавших остроухих аристократов, но имени женщины никогда никто не раскрывал, вроде как даже королева его не знает.

И теперь понятно, почему, как только стало возможным, девчонку упекли аж до самого совершеннолетия по сути в монастырь. Как говорится, с глаз долой. Главное, накормленная, одетая, выученная, и то хлеб. Ну, а что относятся как к скоту, а то и хуже, — это уже незначительные детали.

Но самое интересное выяснилось несколько позже. Я аж ошалела, честно говоря, и это — мягко говоря.

Когда кейн Хард раскинул карты с землями рудников и велел эльфу по крови попытаться поискать, в каком конкретно наш король и принцесса… а то, оказалось, кейн Хард послал в действующий магов, но вестей пока не было.

Вот чем они, блин, все занимаются, а⁈ Больше суток прошло, а они нифига не знают, мы и то больше узнали, чем эти Тайные, тьфу.

…От темы снова отошла. Короче, когда порошок повелел, то посол пошел в отказ, мол, кровь короля устарела и по ней он ничего не найдет, хотя, сдается, тот жестко лукавил и цену себе, козел, набивал. Да и смотрел на меня как-то неприятно хитро.

Выгнула бровь.

― Что?

― Зато ваша графиня вполне может нам с поисками помочь.

Выпала в осадок.

― Стесняюсь спросить: это как?

Эльф совершенно точно не знал о нашей духовной связи с Полей и знать не мог, да и не родственница мне Полька кровно, а сейчас мы и вовсе в чужих телах. Но он смог меня поразить и даже насмешить, опустим, что истерично.

― Очень даже просто. Видите ли, графиня : когда я вкусил вашей крови, то ощутил кое-что до боли любопытное…

― Не тяните лассо, Вортель, ― мрачно осадил остроухого гада кейн Хард.

Эльф покосился на него недовольно.

― Вы знали, что не родная дочь своей матери, леди?

― Догадывалась. И?

Эльф удивился, но кивнул:

― И то. Я веду к тому, что у вас с нашей принцессой мать одна. Вы с принцессой Аполлинари единоутробные сестры.

Ошеломленно переглянулись с кейн Хардом. Офигеть!

― Так что если вы предоставите мне каплю крови, то, разумеется, я постараюсь вам помочь.

Молча протянула остроухому маньяку палец, но кейн Хард с убийственным видом его перехватил, сам потянул к своему рту и легонько прикусил, совсем не больно, зато на подушечке выступила жирная кровавая капля.

Эльф имел обиженный вид. Говорю же, маньяк!

― Этого хватит?

― Хватит, ― буркнул остроухий вампир, осторожно смахнул себе на ладонь каплю и, развернувшись к картам, размазал кровь по ладони и протянул руку ладонью вниз над ними, шепча себе нечто под нос. Его конечность, к слову, окутало алое свечение, жутковато и красиво.

Пока эльф магичил, я отвела в сторонку Темнейшего.

― Слушай, я тут вдруг подумала: а ведь выгодно-то сплавить меня подальше либо и вовсе угробить только папочке Парси.

Кейн Хард отрешенно кивнул.

― Тоже не так давно раздумывал над этим.

― Тем более, эта семейка как раз крутилась недалеко от Поли как раз перед их исчезновением. Думаю, они умудрились подкинуть Поле какой-нибудь портальный амулет, который и закинул девочку в место с адамантом, чтобы не сразу нашли, вот только с какой целью? Не тебя ли для Сабрины прибрать?

У Темнейшего поползла золотая бровь к волосам.

― Я, что, для них похож на теленка с веревочкой?

Повела плечом.

― Ты знаешь, папенька Сьеры не отличается умом и сообразительностью. Как и они все. Надо бы эту семейку хорошенько потрясти, Сансейт.

― Займусь этим сегодня же.

― Если ты не против, а ты не против, мой дорогой, я поприсутствую.

Кейн Хард ответил мне горячим взором. Чую, таким макаром мы с ним до свадьбы не доживем, ну, то есть, не дохранимся, короче.

― У меня есть новости для вас, ― прервал нашу беседу напряженным голосом эльф.

Мы тотчас вернулись к остроухому.

― Порадовать нечем. Кровавый поиск стойко указывает, что объекты в районе Адаруша.

― Так. А чем это плохо? ― не поняла я. И уж больно мне не понравилось, как порошочек прикрыл ресницы, будто услыхав нечто реально нехорошее. Остроухий глянул странно.

― Да тем, уважаемая Сьера, что, во-первых, там такая защита от внешнего проникновения, что страшно, потому как принцессу должно было при перемещении просто размазать, если вы понимаете, о чём я. Но так как с ней был король…

― А вы откуда знаете, уважаемый ? Я про размазать, если что.

― Об этом многим известно, ― прервал начинающуюся перепалку кейн Хард. ― Адаруш на всех картах отмечен как режимный объект с опасной маркировкой, ― указал для меня пальцем на руну в виде черепа с алыми глазницами. Ха…

― Так. То есть… Постойте, я не поняла. Сансейт, это что, попытка покушения?

― Верно. По-иному расценивать это никак нельзя, ― очи любимого сверкнули красноречивым зеленым огнем.

― Трындец папаше, ― буркнула мрачно. Инквизитор согласно кивнул и щелкнул пальцами, от него тотчас сорвался зеленоватый звереныш.

― Послал знак своим людям, чтобы взяли Парси под стражу и доставили в темницу для допроса. Тайно пока.

― Понимаю. Но почему-то мне кажется, это ещё не всё.

― Ты права. Дело осложняется тем, что в Адаруш так просто не попасть. Защита снимается по строгому регламенту. Я отправлю запрос, в какой интервал. Нам остается только надеяться, что завоз провизии и иных спецсредств ещё не осуществлялся, иначе нам придется ждать нужного дня.

― А досрочный запрос по форс мажору мы сделать не можем разве?

― На это нужны веские основания.

― А то, что король этой страны там застрял, — это не веские основания?

― Застряли Темнейший и графиня, Инсиль. И лучше бы об этом никому не знать и уж тем более об истинном положении дел, чтобы даже мысль не допускать в жадные головы аристократов о возможности смуты.

Стиснула зубы. В голове крутились только русские могучие.

― Ну, с другой стороны, зато Полька и Итан успеют получше друг друга узнать и, так скажем, вернутся с корабля на бал, ― насмешливо поиграла бровями.

Эльф застонал.

― Как неприлично. Ужасно неприлично, невозможно! Наша женщина наедине с неженатым мужчиной, какой позор!

― Позор, не-уважаемый, — это ваше лицемерие, ― тяжко вздохнула. ― Видела я, как вы заглядывались на магичек, а с одной, по слухам, делили постель. Вот это да, позор.

― Это другое! Мужчинам можно!

― Да, конечно. Тьфу на вас.

Вортель нехорошо сощурился.

― Вы вообще-то, графиня, — кровно тоже наша женщина.

― А вот тут, родной, ты не угадал. Графиня ― леди темного дома кейн Хард, ― предупреждающе сверкнул клыками кейн Хард, и эльфу пришлось заткнуться, а затем и вовсе порошочек отправил его с кошмарами на пол хладный спать.

Так ему и надо. А то, ишь, позор то, позор сё. Вот и пусть в кошмарах позорится, не видим препятствий, ага.