Глава 63

Софаара

За стремительно убежавшей и заметно огорченной девушкой хлопнула дверь. Итан нахмурился. Кто эта принцесса такая? Всё время их беседы тет-а-тет он ловил когнитивный диссонанс.

Младшая дочь Элионская — весьма похожа. И лжи в её словах он не чуял вообще. Она совершенно точно что-то не договаривала, но не лгала, да и призналась, что сказала не всё, чем весьма его удивила.

Вот только эта девушка ментально совершенно не походила на леди, которая всю жизнь провела за стенами благородного пансиона, и её речь… В общем, у него Аполлинари вызывала одно стойкое недоумение.

И это имя — Аполлинари — ей совершенно не шло.

Да и как? Как изнеженная принцесса, по словам смотрителя, могла броситься вытаскивать его, бессознательного здорового мужика, пусть не из-под завала, но близко? Уму не постижимо.

Он бы охотно поверил, если бы она билась в истерике и всё такое, но, судя по всему, биться в истерике и падать в обмороки — это не про принцессу Элионскую. Странно. Очень странно.

Всё странно!

Опять же, по словам Караэда, у них имелось генераторное средство связи, почему не вызвали помощь? Уж кейн Хард, узнав о случившемся, как минимум Тайных на уши бы поднял, в этом маг не сомневался.

Вопросов много. Очень много.

И самый главный. Кто она такая? Эта принцесса? Софаара поднес руку ко лбу и остолбенел, вглядываясь в витиеватую весьма знакомую татуировку.

― Что?.. Брачная вязь? Но как? Кто?

Виски обожгло резкой болью.

Застонав, Итан схватился за голову, широко распахнулись потемневшие маговские глаза, перед которыми хаотично мелькали обрывки недавнего прошлого.

Уже через несколько минут он убедился во многих словах тех двоих. И всё же ему открылось вовсе не всё.

Чтобы не смущать Полю, он, всё ещё переживая головную, вполне закономерную боль, повернулся к стене лицом, чуткий слух мага уловил и насторожившую возню в коридоре, а затем тихий надрывный женский плач.

Сердце неприятно кольнуло. Он никогда не был нарциссом, во всяком случае старался в это верить, и всё же он понимал: и без того настрадавшаяся девушка плачет из-за него.

― Прости, что тебе пришлось пережить тяжбы из-за меня. Я постараюсь тебя вспомнить, Полина.

Маг нахмурился. Почему он назвал её сначала Полей, теперь Полиной? Аполлинари… Полли — ещё да. Но Полина? Ладно, он и с этим разберется.

Слышал, как она забежала в комнату тихой мышкой, затем прогнулась постель. Постепенно женское дыхание выравнивалось. Ему отчаянно захотелось обнять хрупкую фигурку, заключить в свои руки, закрыть собой от всех бед. И Итан не смог противиться тому острому желанию.

Осторожно привлек заснувшую малышку к себе, коснулся волос у скулы, потеребив вызывающие его непомерное любопытство черно-белые волоски тихим вздохом:

― Кто же ты, моя принцесса?