Эпилог

Устало откинувшись на подушки, с тревогой глядела на попискивающий в родовой крови комочек.

Бледный Итан, выразивший желание участвовать в родах своего первенца, едва держался на ногах, черными от беспокойства глазами, как и я, вглядываясь в малыша, которого только приняла Элиань.

― Ваши Величества, у вас мальчик. Здоровенький малыш. Поздравляю! ― закутывала в пеленки, которые ей моментально подали повитухи.

Наш с Итаном облегченный вздох. Покачнувшись, король на нетвердых ногах подошел к улыбающейся Элиани и, кусая губы, осторожно взял младенца на руки, изучая покрасневшее личико. Пищащий от возмущения комочек притих.

― Итан? Дай мне его, пожалуйста! ― протянула нервно руки.

― Можно? ― покосился на Элиань, и после того как та уверенно кивнула, понес ребенка мне.

Подрагивающими пальцами неуверенно взяла комочек, приложила к груди. На меня уставились серьезные темно-изумрудные глазенки.

― Какой хорошенький, Итан, ― ворковала, поглаживая кончиком пальца пухлую щечку, и ахнула, когда младенец схватился цепко за мой палец. ― Итан, смотри! Какой властный, кошмар.

― Весь в меня, ― пошутил Софаара, аккуратно присев на постель.

― Ха. Это точно. В гневе ты настоящий властный пластилин.

Супруг отпустил тихий смешок, а затем очень властно приказал дежурным служанкам:

― Передайте управляющей, чтобы готовили большие семидневные гуляния. У Магсофара появился наследник престола!

― Как прикажете, Ваше Величество, ― поклонились мне: ― Ваше Величество. Юный принц. С вашего позволения.

И умчались. А мы вернули всё внимание нашему комочку.

― Итан, как мы его назовем? Только, давай, не как кейн Харды!

Супруг отпустил тихий смешок. Просто неделю назад у мамы с Сансейтом родилась девочка. Наследница темного дома. И вот её назвали Даркнес. Нормально так, да? Отличились.

Вообще, прикольно получилось, что мы с Серафимой родили почти в одно время, хотя… чему тут удивляться, если брачная ночь у нас была тоже почти в одно время, с разбежкой в несколько дней. Опять-таки просто кое-кто до брачной ночи не дотерпел и родил вот на неделю раньше.

― Как тебе Максимель? Эльфийско-магианское имя. Означающее «величайший».

Поболтала это имя на языке. Максимель Софаара.

― Неплохо, но слишком мягкое, нет? Гляди, изумрудик уснул!

― Изумрудик⁈

― Ты видел его изумрудные глазищи? Жаль, нельзя короля Изумрудным назвать.

― Полли, ― укоризненно. Итан задумался. — Изумрудом нельзя, зато можно Махалат. Есть такое имя. Оно обозначает любой драгоценный зеленый камень. Хм. Как тебе Инзет Махалат Софаара?

― Внушительно. Почему Инзет?

― Так звали моего прадеда. Хороший был правитель. Сильный.

― Вот как. Ну, добро пожаловать в этот мир, малахитик. И не закатывай так глаза, папочка. Я наедине, а так, конечно, Его Высочество Магсофарский Инзет Махалат. Властитель магов и людей. Очень внушительно?

― Очень. Спасибо за сына, любовь моя. Надо с кейн Хардами связаться, пусть порадуются. Может, навестят.

…И навестили. Только через пару недель, когда малыш хоть немного окреп и я уже не так боялась хоть ненадолго отпускать малахитика из своих цепких, безмерно счастливых рук.

Иногда я смотрю на звездное небо и безмолвно благодарю за потрясающий шанс обрести себя и свою семью, пусть и в другом, не менее прекрасном мире. И я верю: все близкие, что покидают нас, обязательно в конечном итоге обретают своё счастье и свой шанс на хеппи-энд.

От Автора в виде небольшого бонуса

В течение нескольких месяцев все границы вокруг Эльтерона были закрыты, предварительно в землю остроухих были сосланы все эльфы, кто не прошел проверку на вшивость.

Много дней обличительная запись замыслов Элионских с кристалла вещалась по всем странам, ужасая народ.

Впрочем, никаких негативных желаний в сторону самой эльфийской страны особо не возникало, ведь дело затрагивало только сильных мира сего, до которых простому люду и не было никакого дела.

Посол Вортель и вся делегация также были сосланы восвояси с позором, впрочем, сам посол был нисколько не против того, он собирался участвовать в свержении сумасшедшей королевы и спасать свою любимую Грезеллу.

Судя по доходящим до Магсофара слухам, у него это успешно получилось.

На эльфийский престол взошел новый король, избранный народом, положив начало новой династии, прежнюю лишили всех регалий и сослали на задворки королевства, кроме самой королевы, её народ всё-таки линчевал.

Сабрину и её брата инквизиторский огонь не пощадил, оставив после себя только пепел, значит, их души были слишком черны. Но как обронила Полине Серафима: и за любое воровство огонь мог лишить руки. А уж за желание убить — и подавно.

Остальных Парси на двадцать лет сослали на обычные, добывающие всякие полезности рудники, раскидав по всем таким объектам страны, пожалуй, кроме Адаруша, в него Итан хотел отправить вместо Караэда главу Парси, но сам Караэд сильно сопротивлялся, прикипел он к заброшенным рудникам и покидать их уже не имел никакого желания.

Но…

* * *

― Итан, завтра же вроде как в Адаруше тот самый день? Как насчет того, чтобы навестить Караэда? ― как бы между прочим поинтересовалась у мужа Полина за завтраком.

Сидящие за столом Серафима с кейн Хардом заинтересованно переглянулись. Целительница Элиань, уныло ковыряющаяся до этого в тарелке, замерла, уставившись на чету Софаара.

Отложив новостную газету, Итан нахмурился.

― Разве такая поездка будет тебе безопасна? Ты ведь беременна, Полли, ― позеленевший обожающий взгляд пониже талии.

― Но ведь не больна, ― укоризненно прищурилась Полли. ― Если тебе будет спокойнее, с нами может отправиться Элиань, она целительница.

Сама Элиань поперхнулась воздухом и отпустила смешок. Её, видимо, никто спрашивать не собирался.

― Не знаю… Не знаю…

― Итан, ну, пожалуйста! Я уже устала сидеть в четырех стенах!

― Завтра можем прогуляться по Фиании…

― Не аргумент. И не замена. Ну, Итан, устроим пикник с шашлыками.

― О! А ведь тема, ― оживилась Серафима под недовольное ворчание кейн Харда. Его жена ведь тоже была беременна драконенком, и ей нужен покой. ― Вот чего мне не хватало, так это шашлыков! Поддерживаю!

Полли хлопнула в ладоши.

― Решено. Распоряжусь насчет провианта. Леди Сьера, вы со мной?

― Конечно! Вы во мне сомневались?

Обеих высоких леди сдуло ветром, да так быстро, что и не скажешь об их положении. Итан и кейн Хард со стоном переглянулись, обменявшись понимающими сочувственными взглядами.

С женщинами в положении спорить было не то что нельзя, скорее не безопасно, в этом постулате оба успели убедиться очень хорошо.

― Пожалуй, пойду собирать необходимые вещи, ― пробормотала целительница и откланялась.

― Собственно, шашлыки — не так уж и плохо.

― Угу, но завтра вообще-то ежемесячное совещание…

― Этих совещаний у тебя каждый день по три штуки. Ничего, один раз переживут. Выходной.

Смотритель круглыми глазами таращился на подъезжающий мобиль. Столько венценосных особ на один квадратный метр он не видел очень давно.

Прочистив горло, оборотень нервно одернул застиранный пуловер и быстрым шагом направился к высоким гостям.

― Чем обязан? Снова что-то случилось?

И тут его взгляд выхватил прелестную эльфийку, у него аж дыхание перехватило, таких статных очаровательных женщин он не видел… никогда.

― Нет, ничего не случилось, уважаемый смотритель. Мы к вам на денек в гости.

― О, эва оно как. Неожиданно. Леди, ― бросился к той эльфийке, что вытаскивала из салона объемный баул, ― давайте, помогу, что же вы…

Наткнувшись на ледяной, полный достоинства взор, опешил, затаивая дыхание. А эльфийка, вздернув нос, отозвалась мелодичным, ласкающим слух оборотня тоном:

― Благодарю, у меня есть собственные руки.

Прекрасная особа прошла мимо него, обдав ароматами леса и цветов, что несчастного повело.

― Какая женщина! ― выдохнул тот мечтательно, естественно, не заметив румянца на нежных щеках.

И вдруг она обернулась украдкой, стрельнув глазками куда-то ему под ноги, и глубокомысленно заявила:

― Помогите лучше себе.

― А?

Она пальчиком указала вниз, и оборотень едва сдержал ругательства: по его ноге ползла большая змея. Резко дернув змеюку за голову, сжал, и в одно мгновение в траву полетела обезглавленная тварь. Караэд повернулся к заинтересовавшей особе, но та на него уже не смотрела, с королевой беседу вела.

Зато на протяжении дня оба ловили на себе заинтересованные взгляды украдкой, а однажды чуткий слух оборотня уловил мечтательный женский вздох:

― Какой мужчина… Сильный, отважный, всем бы таких.

Лицо смотрителя озарила коварная улыбка, и на душе расцвели папоротники. Одна маленькая эльфийка одной случайно брошенной фразой развязала ему руки, и он, не будь дураком, медлить не станет.

…На следующее утро в Фианию вернулись не все, а через какое-то время образовалась легенда о похищенной наглым оборотнем эльфийской целительнице, которую тот заточил в своих закрытых безмагических лесах.

Только та целительница была очень даже не против с тем обнаглевшим волком заточиться.