ГЛАВА 10

– Мадам, вернемся к началу ваших отношений с Реми Мартеном, – командным тоном приказал Моранси. – Как вы с ним познакомились?

Надин со слезами на глазах затряслась, но робко начала рассказывать:

– Я… я… в чайной сидела. – Мой ироничный фырк заслужил укоряющий взгляд от мужчины. А я не виновата, что с фантазией у бывшего беда. – Он меня пирожным угостил. На следующий день позвал в парк. Там бабочку поймал и назвал моим именем. – Тут и Моранси не удержал отстраненное выражение лица. – Где-то после трех недель встреч он мне признался, что на его шее сидит наглая девица, которая по недоразумению родила от него ребенка. Бросить свое чадо он не может. Не по-людски это. Но предложил мне подружиться с Мари, чтобы у нее вопросов не возникало, и при необходимости быть в курсе ее перемещений. Так время для встреч удобнее находить. Заодно и к ребенку присмотреться. Он намекнул, что в будущем хочет его отобрать, и тогда мы втроем построим новую семью.

– Какая прелесть, – усмехнулась я. – Нет, ну правда. Это сколько еще дур ходит по земле?

– Много, – припечатал уполномоченный. – Неужели вас не смутила история с Агатой Гренье? Вы же были в курсе происходящего. Мы сами слышали обсуждения с Мари Жобен. Явно же, что мужик аферист.

– Каждый крутится, как может, – она гордо задрала подбородок. – Там были только деньги, а со мной – любовь!

– Я даже не знаю, что меня пугает больше, – доверительно признался Моранси. – То, как вы в это верите, или то, насколько вы наивны. Теперь о кларнете. Когда и при каких обстоятельствах вы слышали о нем?

– Реми попросил у меня материал из архива, – пожала она плечами. – Для друга-журналиста. Мол, он статью пишет.

Поль Моранси еще минут тридцать пытал Надин, пребывающую в полуобморочном состоянии. Подробности их мерзкой дружбы с Жобен перекрывали разве что мерзкие описания отношений с Реми.

Больше всего умиляло то, что к Мари она относилась с брезгливой снисходительностью, а вот мою персону ненавидела от души. Мотив меня поразил глубиной своего идиотизма – если бы я сдохла, то и проблем у ее любимого не было бы.

Извиняться я не стала.

А затем мы пережили нашествие Эдгара Моро. Это человек поразительной энергетики, который умел заполнять собой любое пространство. В комнате сразу стало тесно от его стрекотни. Как выяснилось, ушлая дамочка сама залезла к нему в кровать. А кто будет отказываться-то от халявы. На ребенка ему хватило лишь взглянуть, чтобы признать свою кровь.

– Но зачем ей это было надо? – тихо спросил Флоран, когда излишне шумный, но довольный отец унес ребенка.

Ответ на этот вопрос знала даже я. От того только смешнее становилось, ведь бывший супруг так и не догадался.

– Господа с островов считаются наиболее плодовитыми, – охотно пояснила я. – Ну и… лучшими любовниками.

– Ерунда какая, – обиделся за местных мужчин помощник.

Моранси успокаивающе потрепал его по плечу и, подхватив меня под локоть, пошел на выход.

– Слушаем дальнейший план действий, – торжественно объявил он, когда наша команда расселась в мобиле. Флоран и Жан теснились на заднем сиденье, а мне опять досталось место рядом с водителем. – Сейчас мы едем к Гренье. Там побеседуем с Карлом. Он как раз должен проснуться после лекарств. Затем мадам Агата идет домой. Уже практически вечер. К вам скоро придет мастер для замены замка. А мы с вами, ребятки, начнем активные поиски Мартена и Демари. Крайний срок для нас – завтрашнее утро. Мадам Агата, не исключено, что ваша милейшая персона тоже понадобится. По моим скромным расчетам, кларнет мы найдем уже к обеду. Все понятно?

Сзади исполнительно сопели, выражая желание ринуться на борьбу с преступностью. А у меня возник вопрос:

– Господин Моранси, – проворковала я мягким голосом, – ладно ваши ребятки, но какой интерес меня везде с собой брать?

Уполномоченный по особо важным делам хитро улыбнулся и многозначительно ответил:

– Потому что для вас есть занимательное предложение.

– Ого, – я удивленно округлила глаза. – Вы меня сегодня определенно балуете, господин Морнаси.

– Просто Поль, – галантно разрешил перейти мне на неформальное общение уполномоченный. А так и не скажешь, что хам. Точнее об этом быстро забываешь.

– Господин Поль, – упрямо вынесла я вердикт. А то какой скорый. Один день знакомы, и уже сразу к интиму.

– Так тоже сойдет, – широким жестом разрешил мужчина. И после эффектной паузы объявил: – Мне нужна помощница, и ваша кандидатура, мадам, самая подходящая.

– Что, простите? – я медленно повернула голову и посмотрела на Флорана. Парень до подозрительного сосредоточено изучал пейзаж за окном мобиля. – У вас же есть один.

Моранси криво усмехнулся:

– Мне нужна очень личная помощница. Вот прямо вообще.

– Замуж не пойду, – грубо обрубила я. – По крайней мере, вот так сразу.

Флоран на заднем сиденье иронично хмыкнул. Жан же впал в любимое состояние анабиоза.

– Это-то и хорошо, – покивал с умным видом Моранси. – Значит, вы человек разумный. Или в вашем случае – опытный. Но не в том смысле помощница.

– А можно вашу трость? – я от возмущения топнула ногой. Сидя это хоть было не так эффектно, зато внимание привлекло. – А то бить пощечину водителю за рулем несколько неудобно.

– И травмоопасно, – окончательно развеселился Моранси. – Если попадем в аварию, то пострадаем все. Я уже давно присматриваю толковую помощницу. Понимаете, мадам, мужчина вполне себе брачного возраста не всегда может свободно находиться в женском обществе. Особенно, если, невзирая на чины, за ним ведется охота. Да-да, мадам, в мире еще много отчаянных женщин, которые готовы на титул моей супруги. – Тут у Флорана случился неконтролируемый приступ кашля. Жан решил проблему легким ударом по спине помощника, от чего тот практически сроднился со спинкой водительского сиденья. – Своим язычком вы вполне способны поставить на место любую дамочку. Опять-таки, свой лояльный ретромант. Вы умны, находчивы и сообразительны. Не склонны к истерикам и визгу. Ну, и просто красивая женщина.

– С комплимента следовало начинать, – проворчала я, чтобы скрыть смущение.

– Тогда бы это точно выглядело как предложение руки и сердца, а не работы.

– Резонно, – согласилась я. – Но мне нужно время. Вот так сходу я не намерена принимать никакое предложение. Ни брака, ни работы.

– Резонно, – в тон мне отозвался Моранси. – Я же великодушный человек. Давить не буду. Вот найдем кларнет, и жду от вас положительный ответ, мадам Агата.

– Нахал, – вздохнула я и отвернулась к окну. Уполномоченный с характеристикой был полностью согласен, поэтому промолчал.

Возле дома Гренье нас поджидал Жак, изображая фонарный столб. Вроде по отдельности научилась их различать, но, когда эти двое стоят рядом, глаза опять сбиваются в кучу.

Моранси что-то шепнул амбалам, и те исполнительно бросились куда-то прочь. Флоран же с деловым видом потопал к крыльцу. Мне пришлось прикусить щеку, чтобы не рассмеяться от его попытки скопировать походку начальства. А меня уполномоченный придержал за локоть и прошептал на ухо:

– Скажите тетушке, что ее служанка крутит роман с племянником. Посмотрим, кто насколько в курсе дела.

– А если она ее сразу уволит? – тихо спросила я. Представляю, как наша парочка выглядит со стороны. Вон Элоиз Мало уже чуть ли не по оконному стеклу распласталась.

– Ну и отлично, – благодушно заявил мужчина. – Посмотрим, куда она после этого побежит. Явно же к любовнику.

Пришлось вздохнуть и сознаться в страшном преступлении:

– Я немножко запуталась. Тетушке мы сказали про Клода, чтобы заставить их шевелиться? Так? А теперь еще и Эдит планируем использовать в качестве поводыря? А если они испугаются и залягут на дно? Или вообще сбегут из города, бросив Эдит?

– Риск есть всегда, – признался Моранси. – Но чем больше у нас вариантов для ловли, тем процент провала меньше.

Врачебный мобиль уже отъезжал от дома Гренье и, значит, дядюшка пришел в себя. А кто, если не он, смог прогнать главных своих неприятелей, которые норовят покуситься со шприцом на святое – попу? Карл со своей фобией зачастую перегибает.

Дядюшка хоть и проснулся, но все равно выглядел не лучшим образом. Я даже чуть не расплакалась, когда увидела его резко постаревшее лицо. Первый супруг до самой смерти не то, чтобы скакал козликом, но хромал вполне бодро. Просто не проснулся в одно утро, и все. А сейчас я стояла рядом с кроватью и сглатывала горький ком в горле.

Тетушка изображала примерную жену, сидя на стуле и сложив руки на коленях. Ее добрый и ласковый взгляд определенно желал мне много здоровья и удачи.

Дядюшка говорил еле слышно, было видно, сколько усилий он прилагал, чтобы шевелить губами. Но упорно, с педантичностью, он вспоминал каждую деталь утра. Только вот ничего нового для следствия он сказать не мог. Разве что припомнил, что перед тем как пойти в столовую завтракать, к нему подошла Дениза и попросила денег в счет двух зарплат. Ее сестренке стало гораздо хуже, и срочно потребовалось дорогое лекарство. Дядюшка, не глядя, отсыпал ей монет. А сама служанка нам ни о чем таком не говорила. Но ее понять можно, тетушка так глазами сверкнула, словно Дениза ей лично в карман залезла.

А еще Карлу показалось странным поведением Эдит, которая очень быстро прибежала на его хрип. А смутила уборка в гостиной. А как иначе девушка успела бы так быстро отреагировать? Но дело в том, что в гостиной Эдит должна убирать еще до завтрака. Таково распоряжение Клары. А вдруг заявится гость, который о нормах приличия не осведомлен? Придется его пугать пыльными полками.

Потом нас с тетушкой вообще выставили из спальни Карла. Мужчины захотели пообсуждать какие-то свои секретные дела. Я так поняла, Моранси решил мне дать шанс настучать на служанку. И я его упускать не стала.

– Тетушка, – нежно проворковала я, пресекая попытку к бегству, – а вы в курсе, что Эдит встречается с вашим племянником?

– В каком это смысле? – подозрительно встрепенулась она.

– В самом прямом, – моей улыбке позавидовала бы бешеная собака. – Любовь у них. Это даже соседи видели.

Я знаю Клару уже много лет, поэтому реакция ее для меня неожиданной не оказалась:

– Ах она гадина! – прошипела тетушка. – Захотела на теплое местечко влезть? И подсуетиться уже успела!

С легкой заинтересованностью на лице я ждала окончание метания яда. Все же пропустить кульминацию с увольнением не хочется, ведь надо убедиться, что план Моранси выполняется. И дождалась.

– Я же уже подготовила все для его брака с тобой!

– Эм, – я попятилась от напора, – спасибо, кончено, что заботитесь о моем будущем…

– Да кому ты нужна! – Клара в сердцах сплюнула на пол. Кажется, мы окончательно и бесповоротно сломали психику тетушки. – Это был бы единственный шанс, чтобы Карл простил Клода! – На секундочку успела пожалеть, что не увидела воплощение гениальной задумки в жизнь. Просто интересно, а как бы они меня уговаривали? – Я же еще пару лет назад предупреждала эту вертихвостку, чтобы не смела распушать хвост! А ведь знала, что нужно было тогда ее уволить. С этими пробивными дамочками по-другому нельзя. Да, Агата? – ехидство в голосе тетушки я предпочла проигнорировать.

Первый супруг как-то на мой вопрос, что же дядюшка нашел в ней, раз рискнул связать всю жизнь с Кларой, стал философствовать на тему «кто виноват и что нужно было делать». В юности тетушка была той еще веселой хохотушкой. А Карл и тогда уже был затворником. Их ожидания от брака не совпали. Со временем она начала пить, затем и играть. Характер жены окончательно испортился, и дядюшка просто собрал свои вещи и переехал в другую спальню.

– Так увольте ее, – внесла я нужное нам предложение.

Но Клара вопреки ожиданиям скорбно поджала губы:

– Жалко. Где я еще такую исполнительную и терпеливую служанку найду?

Вот уж не думала, будто тетушка начнет колебаться. Обычно она скора на расправу.

– Они уже свадьбу назначили, – внаглую соврала я. – Эдит у вас же на ближайшие дни отпрашивалась? – Тетушка неуверенно кивнула. – Ну вот. – Эх, врать, так врать. Чего уж размениваться на мелочи. – Но я точно знаю, что она Клода интересует только в качестве служанки в вашем доме. Он опять задумал стащить какую-нибудь безделушку. Но в этот раз дядюшка его точно не простит, вы же понимаете.

– Так! – Клара решительно цокнула языком. – Ни слова больше. Пойду уволю эту мерзавку сею секунду.

Я дама, воспитанная в духе сострадания и сопереживания. Естественно, пропустить такое представление просто не имею права.

Но меня ловко перехватил Флоран, выскользнувший из спальни Карла.

– Мадам Агата, – заговорщически прошептал помощник, – вы обязаны согласиться на предложение Поля.

– Прямо обязана? – я насмешливо приподняла брови.

– Да, – с серьезным видом кивнул Флоран. – Иначе он начнет вас уговаривать, а это очень губительно для нервов. Ваших и окружающих.

– Угрожаете? – подозрительно прищурилась я.

Помощник тяжело вздохнул и с толикой обреченности посмотрел на потолок:

– Предупреждаю.

Я только кивнула, принимая информацию к сведению, и поспешила вниз по лестнице в помещение для прислуги, где уже набирал обороты скандал.

Эдит стойко держала оборону и отказывалась от каких-либо любовных дел с Клодом Демари. И делала это так невозмутимо, что Клара начала задумчиво коситься на меня. Пришлось ехидным тоном реабилитироваться:

– Вас ночью видели. Сказать, сколько времени вы у мобиля занимались непотребствами?

– Тьфу ты, – в сердцах махнула рукой тетушка. – Дура как есть. Что за идиотизм встречаться в нашем тупике?

– Хорошо-хорошо, – тут же пошла на попятную девушка. – Встречались. Но ни о какой свадьбе разговора не было.

– Серьезно? – я иронично усмехнулась. Чтобы сейчас не сказала Эдит, все будет использовано против нее. Никогда не понимала эту фразу в книгах. Но удалось ее ощутить на практике.

– Я не вру! – служанка в отчаянье принялась заламывать руки. Только делала это весьма фальшиво.

Обычно по средам я добрая и внимательная к людям. А сегодня четверг, поэтому без колебания решила добить эмоциональное состояние Эдит, чтобы она точно побежала за утешением к самому близкому человеку:

– Тетушка, не забудьте проверить ее сумки. Наверняка что-то прихватит. По глазам вороватым вижу.

– Хм, – Клара окинула меня внимательным взглядом, и тон ее стал потеплее: – Это дельная мысль.

Когда фигурка девушки, прижимающей к себе двумя руками вещи и глотающей слезы, стремительно пронеслась к выходу из Тихого тупика, я платочком ей в след махать не стала, а, прищурившись, изучала кусты. Где-то в них крался Жак или Жан. Или, возможно, оба амбала сразу.

С чувством выполненного ответственного поручения, ничем не отличающегося от пакости, я пошла домой. У меня еще мастер должен зайти. Приятно ожидать мужчину, пусть и не своего.

На всякий случай, прежде чем войти, старательно прислушалась к тишине в доме. Затем, вооружившись сковородкой, пошла проверять все помещения. В итоге нашла только одного паука в углу под самым потолком, но кидаться кухонной утварью не стала.

Почему-то внутри дома мне было неспокойно, поэтому я вытащила плетеное кресло на улицу и с видом скучающей дамы принялась листать книгу. Нет, сначала я честно пыталась ее почитать, но рвение быстро пропало после десятого раза возвращения к одной и той же строке.

Мастер, забавный дядька с торчащими пышными усами, сначала решил заглянуть ко мне, а уж потом через дорогу к Мало. Замена замка заняла у него от силы полчаса. Новую связку ключей мне вручили с торжественным бурчанием.

Мимо невысокой ограды моего дома в этот момент прогуливался старик Флавьен. Перегнав курительную трубку из правого угла рта в левый, он ехидно заметил, что хоть он и не специалист, но такой замок вскрыть может на раз. Мастер побурчал и на него.

– И как тебе конфетка, Агаточка? – подмигнул мне старый шельмец.

– Простите, – повинилась я. – Так я ее сегодня и не попробовала. Такой насыщенный день был.

– Это ты зря, – Флавьен так хитро улыбнулся, что стал похож на лиса. – Специально для тебя берег ее. Ты съешь конфетку и сразу несколько забот отпадет.

– Обязательно, – клятвенно пообещала я. – А почему вы сказали, что меня преступники захотели бы убрать в первую очередь?

Старик на меня с укоризной взглянул и протянул:

– Ну-у, это же совсем просто, Агаточка. Могла бы и сама догадаться. Ретроманты опасны тем, что ваш дар непредсказуемый. Нету полного контроля над ним. Да и от эмоционального состояния вы сильно зависите. Проколоться только из-за того, что случайно коснулся, скажем, стула, на который потом так же случайно присел ретромант. Ты можешь найти преступника, совершенно не ища его. А в таком громком деле прокол может дорого стоить. Поэтому ты, Агаточка, самый неучтенный фактор. А его следует убрать. Но ты не расстраивайся. Кушай конфетку.

Элоиз Мало в доме напротив уже притоптывала на крыльце последние минут десять. Пришлось посоветовать мастеру поторопиться, а то старушка его заклюет насмерть, если потеряет терпение. Интересно, а это можно считать, будто он погиб при исполнении задания?

Не зря Эмон Флавьен мне столь старательно подбивал на возможный визит к зубному врачу. Надо посмотреть, что там за конфетка такая.

Из маленькой напоясной сумки я достала сладость в ярко-желтой упаковке и скривилась. Лимонная. Терпеть их не могу. И, между прочим, старик это прекрасно знает. Он уже давно выучил вкусы людей, проживающих в Тихом тупике. И ни разу не ошибся, предлагая мне леденцы только с вишневым вкусом.

Откинувшись на спинку плетеного кресла, я прикрыла глаза и сжала конфету в кулаке.

Можно сказать, что мне повезло. Судьба у сладости была короткой. Но занимательная картинка все же имелась. Обычно фон действия смазанный, но по общим чертам можно угадать улицу рядом с табачной лавкой, где отоваривается Флавьен. Вот он протягивает горсть угощений Клоду Демари. Затем старик поднимает конфету возле одного из домов поблизости от лавки.

Из мира видений меня резко выдернул чей-то беспардонный язык, который мало того, что облизал мне пальцы, так еще и стащил улику!

– Клара! – раздался окрик Денизы. – А ну, выплюнь!

Но было уже поздно. Конфета исчезла в пасти собаки вместе с фантиком.

– Ах ты, нехорошая девочка, – еле заметно покачала я головой. По телу разлилась усталость. Сегодняшний день выпил из меня все соки. Вот где была такая нагрузка, когда я в двадцать лет решила, что слишком пухлая. А ведь одну капусту тогда жевала под смешки первого мужа.

Клара положила мне морду на колени и состроила виноватое выражение. Дениза уже спешила к нам с обрывком поводка в руке.

– Простите, мадам Агата, моя вина, – служанка полностью отзеркалила эмоции Клары. Осталось ей только голову мне на колени положить. – Я не заметила, что наша девочка погрызла поводок. Вот он при рывке и порвался.

– Чего уж, – я потрепала Клару между ушей. – На такую лапочку злиться не стоит. Она же не со зла, а исключительно по дурости. Кстати, Дениза, ты слышала, что Эдит выставили сегодня на улицу?

– А кто ж не слышал, – усмехнулась служанка. – Мадам Гренье до сих пор огонь изрыгает. Эта идиотка хотела прихватить с собой пару фамильных серебряных ложек.

– Серьезно? – я от удивления чуть не свалилась с кресла. – Эдит настолько недалекая? Я же при ней советовала сумки потом протрясти.

– Да вот я тоже удивилась, – Дениза, не стесняясь, присела прямо на траву.

– А рядом с вашей комнатой никто не крутился, пока Эдит вещи собирала?

Служанка пожала плечами:

– Я с Кларой в ее комнате сидела. Но вроде видела мелькнувшую в коридоре макушку паренька… помощника Моранси.

Есть подозрение, что не я одна жаждала приложить побольше усилий, дабы окончательно расстроить Эдит. Только вот подбросить хозяйское имущество мне в голову не пришло. А жаль.

– А с тобой Поль Моранси говорил повторно? – встрепенулась я. Были же у нас вопросы к служанке.

– Нет, – помотала она головой. – Он как с господином Гренье поговорил, так и уехал.

От досады я громко цокнула языком. Клара подняла мордочку и заинтересованно уставилась на меня глазами-бусинками. Мобиль Моранси оставил в начале тупика, поэтому его отъезд пропустила.

Меня, вроде как, можно считать членом команды? По крайней мере, туда активно зазывали. Так почему бы мне и не поучаствовать в расследование по мере моих скромных сил и находчивости? А потом как предъявить с апломбом Моранси возможное место обитание преступников, а также, вдруг что интересного узнаю от Денизы.

– Тогда, я думаю, ты будешь не против пообщаться со мной, – послала я вежливую улыбку девушке.

Кларе надоело спокойно сидеть, и она с веселым лаем принялась носиться вокруг нас, напрыгивая на служанку. Неплохой антураж для беседы. Отбиваться от нас обеих будет Денизе трудно.