Глава 3

Пока младший спасал куклу, старшие братья Лимьер пытались выяснить, что же произошло. – Теренс так хотел заполучить Сандру, что раздобыл новую куклу. Возможно, даже сделал, ее кожа еще немного светится, – сказал Брендон. – Мы, в свою очередь, хотели ему подсунуть Сандру, так что поменялись легко. Но… как теперь узнать, что он сделал? Почему глаза куклы стали вдруг живыми? Она разговаривает! – взъерошил волосы Брэйд. – Давай посмотрим, как дела у Сандры, – предложил Брендон, направляясь в кабинет. Включив защиту, мужчины вынули из стола большую шкатулку, подняли крышку и уставились на хрустальную пластину. Брендон быстро, как музыкант, пробежался по рукояткам, шарикам и точечкам, спрятанным в шкатулке, и на пластине проступило изображение. – Спальня, – негромко сказал Брэйд, заметив странные фестоны по краю пластины. Изображение дергалось, доносилось какое-то бульканье и рычание. Брендон покрутил ручки настройки, переключая на режим “полумрак”, и стало понятно, что над куклой нависает магистр Теренс. – Фу, – Брейд оценил красное лицо старика с выпученными от усилий глазами. – Так и думал, что магистр куклу сразу в спальню поволочет, но он еще и “Септим”[1] принял! Фу! – Не фукай, можно подумать, сам бы от красивой игрушки отказался. Давай-ка посмотрим, что вокруг есть. Если это личная спальня Теренса, есть шанс обнаружить улики… Мужчины всячески крутили шкатулку, морщась, когда в поле зрения попадало красное от усилий лицо магистра, но ничего не нашли. – Ладно, пошли узнаем, как там Бирн справился! Они столкнулись в холле на первом этаже. Брэйд сразу недовольно зыркнул на Викторию – она шла босиком по мраморным плиткам холла и явно мерзла. – Бирн! – недовольно рыкнул старший, подхватывая куклу на руки. Младшенький дернулся, взъерошил волосы: – Ой, я не подумал… Тебе холодно? – Очень, – поежилась Вика. – Ну да, последствия отравления… А еще ты совсем не похожа на куклу, у них снижена температурная реакция… – Куда вы шли? – недовольным тоном уточнил Брэйд. – Вообще на кухню. Ку… А как тебя зовут, кстати? – Виктория… – Виктория захотела есть, кажется, ее организм подвергся изменениям, – с вдохновением ученого начал объяснять младший. – Куклы же просто бледнеют и слабеют, когда приходит пора заливать гель! – Заливать гель? – содрогнулась Вика. – Можно меня просто покормить? Бульоном хотя бы, если есть подозрения, что желудок не справится! Вид у мужчин был немного странный. – Не просто говорит, а делает выводы и перебирает варианты, – сказал Брендон. – Давайте попробуем покормить, а потом в лабораторию, надо понять, что изменилось. Кухня оказалась небольшой Особенно Вике понравился стол с тремя удобными мягкими стульями вокруг. Брэйд сел, не выпуская ее из рук, Брендон полез в красивый деревянный шкаф, из которого пахнуло холодом, и начал доставать продукты, Бирн щелчком пальцев зажег огонек на непривычного вида плите. – Это вы бульон только варить будете, – скуксилась Вика, – я очень сильно есть хочу! – Не волнуйся… Виктория, – с заминкой сказал Брендон, – это наша личная кухня, тут есть запас бульона. Нам часто приходится быстро восстанавливать силы, да и всякие зелья лучше усваиваются в животном белке. Пока Вика соображала, что же ей сказали, Бирн взял кастрюльку с ручкой, открыл холодный ящик и бухнул в кастрюльку что-то типа холодца. Девушка не сразу поняла, что это просто замороженный бульон. Пока будущий суп подогревался, Брендон нарезал бутерброды и заваривал напиток, похожий на чай, в специальном кувшине с крышкой. Бирн же крошил в бульон какие-то травки, сыпал порошки, потом подумал и вбил сырое яйцо. Размешал, посмотрел пристально и перелил результат своих усилий в глубокую чашку: – Пей! – сказал он, поставив чашку перед Викой. Девушка с подозрением взглянула на предложенное блюдо, но есть хотелось так сильно, что она не выдержала – взяла чашку и попробовала. Было немного похоже на щавелевый суп с яйцом. Мелкими глотками Вика начала пить горячий бульон, прислушиваясь к себе. Сначала жидкость пробежала внутри горячей струйкой, потом тепло расползлось на все тело, щеки зарумянились, она даже немного вспотела от горячей еды! – Не может быть! – Бирн схватил ее за руку, когда Виктория поправляла простыню под мышками, чтобы скрыть влажные пятна. – Куклы не потеют! – Мелкий, – несколько раздраженно сказал Брэйд, – я думал, ты понял, что наша… гостья – человек. – Но как? Она выглядит как самая настоящая кукла! – Уже нет, – хмыкнул Брендон, внимательно разглядывая девушку. – Она разрумянилась, вспотела, губы стали полнее и ярче, глаза блестят, и, как я вижу, у Виктории бьется пульс. – Где? – На шее, – кивком головы указал средний. – Таким образом, думаю, понятно, что Виктория не кукла. Но почему Теренс привел ее на прием, как куклу? – Он думал, что я кукла, – пожала плечами Виктория и вдруг спросила: – Можно мне чаю? Хочется пить. – Тсай? – Брендон указал на кувшин. – Давай налью тебе чашечку, а ты нам расскажешь все, что помнишь о магистре. Мелкими глотками отпивая приятный на вкус травяной чай, Вика рассказала мужчинам, как очнулась в непонятном зале, как ее мыли, одевали и везли на прием. – Значит, он действительно создал новую куклу, а в нее каким-то образом вселилась душа, – задумчиво сказал Брендон, помешивая свою порцию тсая. – Но как? Ответа у Вики не было, поэтому она потуже затянула простыню и шмыгнула носом. – Ой, только не простуда! – спохватился Бирн. – Кукол лечить одна морока, а ты вообще непонятно кто. Давай-ка допивай тсай – и в лабораторию! Поспишь там, пока я буду тесты проводить! В лабораторию Вике не хотелось, а вот спать – очень даже. Поэтому она быстро допила то, что оставалось в кружке, и Брэйд немедля поднял ее на руки и понес. Кажется, она заснула прямо у него на руках, как в детстве, когда большой и теплый папа переносил ее, задремавшую возле него, в кроватку. И от этого ощущения было так хорошо!