Глава 36

Настя

Я еле сдержалась, чтобы не завизжать от радости как ребёнок. Подхожу к кровати и рассматриваю свои подарки. Здесь есть всё, абсолютно всё для написания картин: качественные кисточки, хлопковые холсты и лучшие, что я когда-либо видела, мастихины. Сажусь на кровать и разражаюсь громким плачем. Это лучше любых платьев, туфель и украшений. Ничего не могло порадовать меня больше!

Не знаю, с чего вдруг я заслужила такое счастье, но Тимура надо поблагодарить. Вытираю слёзы, смотрюсь в зеркало, прохожусь руками по форме… а зачем я это делаю?

Выхожу из комнаты с улыбкой до ушей, поднимаюсь по лестнице и сталкиваюсь с хмурым Сергеем.

— Привет, — говорю тихо.

— Угу, — мычит и кивает.

— А Тимур у себя в кабинете? — спрашиваю, и его лицо ещё больше хмурится.

— Нет, — резкий ответ. — Тебе зачем? — делает шаг ко мне.

— Поблагодарить хотела, — улыбаюсь, вспоминая клад в своей комнате.

— За что? — ещё шаг.

— За подарок.

— Подарок, значит, — отводит взгляд и кивает. — Нет его, — толкает меня и идёт вниз по лестнице.

В последнее время он какой-то странный, может, случилось у него что-то?!

Тимур вернулся домой поздно вечером, слышала, как он громко что-то говорил охране. Но я решила, что сказать спасибо обязана, так что поднимаюсь наверх. Аккуратно стучу в дверь его спальни, после грубого «да» берусь за ручку и толкаю дверь его комнаты.

— Извините, что… — слова застряли в горле.

Тимур стоит спиной ко мне, по пояс голый, и я залипла, глядя на его широкие плечи, на напряжённые мышцы спины и сильные руки, что оставили следы на моём теле.

— Настя? — он повернулся, и я почувствовала, как к щекам приливает жар.

Сделал шаг ко мне, и ком в горле закрыл доступ к кислороду, на меня как лавина обрушились все те ощущения, что я испытывала в примерочной. Внизу живота разгорелся огненный шар, тяжесть давила, мозг плавился, оставляя в голове только одно: хочу.

Я хочу, чтобы он меня трогал, ласкал, сжимал кожу до сладкой боли. Целовал грубо, жадно и одновременно так сладко. Хочу, чтобы он сорвал с меня эту чёртову форму и заставил вновь плавиться от оргазма в его объятиях.

— Что-то хотела? — прозвучал его голос, который меня как головой об стену стукнул. Отрезвил. Привёл в чувства. В реальность. Жестокую реальность.

— Д-да, — голос до того хриплый, что я и сама не расслышала, что сказала. — Хотела сказать… — да соберись ты уже! — Спасибо за всё. Вы не представляйте, что для меня это значит.

— Не за что, — без единой эмоций говорит он. — Что-то ещё? — скрещивает руки на груди, от чего плечи кажутся ещё больше.

— Да, — зачем-то выпаливаю я. — Ужин накрыть? — нашлась, что сказать.

— Нет, — резко и бесстрастно.

Разворачивается спиной и идёт в сторону ванной комнаты, а я так и стою, как заворожённая. Как такое возможно? Трусики намокли похлеще, чем тогда, тело дрожит, изнывает, жаждет его рук… докатилась.

Взяла себя в руки и на негнущихся ногах вышла из комнаты. Закрылась в своей комнате и сама пошла в душ, холодный, чтобы протрезветь, выкинуть из головы эти порочные мысли. Нельзя! Нельзя думать о нём, он… он… такой красивый, его мужской запах дурманит разум, бархатный голос может заставить сделать всё что угодно. И сопротивляться нет возможности. Хочется подчиниться, покорно выполнять всё, что скажет, лишь бы почувствовать снова то безумие.

Лучше бы я вообще не заходила к нему, ждала бы утра, и всё. Нет, попёрлась, приспичило именно сейчас. С этими мыслями я и уснула, а утром зашла на кухню, молясь не встретить его, но удача давно меня покинула.