Глава 45. Тимур

Маргарита с Эсмой ушла. А я остался в комнате с неутоленным желанием и с лёгким непониманием.

В нашей семье, точнее в семье дяди, не принято было обсуждать подобное — женские дела и все такое.

Я, конечно, об этом знал. Помнил как плохо раз в месяц маме было. Вот она мне, кстати, и рассказала что с ней и почему.

Это нормально. Это естественно. Но не для дяди. Ни разу ни одна из моих сестер при нем не жаловалась.

То что Маргарита проявила сочувствие и ушла с Эсмой, я понимал. Мне даже это понравилось. Она ведь могла просто равнодушно сестре таблетку дать.

Черт, с каждым днем куколка все больше и больше мне нравиться начинала.

И это странно. В голове крутилось — она не та, за кого себя выдает. Но глубже в эти мысли я не погружался. Пока и поверхности больше, чем достаточно.

Уже час девчонки трещали о чем-то в гостиной.

Дверь спальни я не закрывал и слышал лишь женские голоса. О чем именно они говорили — не понятно.

Спустился к ним, когда уже понял, что пора собираться на вечер. Я-то оденусь быстро, а вот у куколки этот процесс больше времени занимал.

Девочки сидели рядом друг с другом, не припомню, чтобы Эсма так близко людей в свое личное пространство допускала. Да еще сестра улыбалась! За то время, что я у дяди гостил, я не видел такой долгой и искренней улыбки на ее лице.

— Тебе лучше? — спросил я у Эсмы.

— Да, спасибо. И, извиняюсь, если я помешала… — Эсма взгляд от меня отвела, а Маргарита в этот момент погладила сестру по плечу.

— Все нормально, — сказала куколка, а затем на меня посмотрела: — Пора собираться?

Я молча кивнул. Маргарита с места поднялась и пошла к лестнице. Проходя мимо меня, она на мысочки встала и чмокнула меня в щеку.

Бля, я опешил от этого. От того тепла, что по телу разлилось. От обыденного жеста, так, между делом. Между прочим. Простой до невозможного поцелуй…

На несколько, твою мать, чертовых секунд, я поверил, что все происходящее сейчас по-настоящему. Что мы с куколкой действительно вместе, принимаем у нас дома дорогих моему сердцу гостей…

Чертовщина. Помрачение.

Но мне это понравилось!

— Марго хорошая, — прервав мои мысли, произнесла Эсма. — Честно, брат, я думала, что твой вкус на женщин намного хуже.

— Почему?

— Папа говорит, что Россия тебя испортила.

Фыркнул. Рядом с сестрой сел.

— Не всему, что говорят родители стоит верить.

— Мне можешь об этом не говорить. Я папу лучше других знаю. Но тут я думала, что он прав. Ты другой, Тимур… как это правильно сказать? О, обрусевший.

— Я родился в России. Я детство свое провел здесь. Меня воспитала русская мама. И да, Эсма, я считаю себя русским… только Иналу об этом не говори.

Эсма засмеялась. И мне было радостно слышать ее смех.

— Тебе нравится этот дом? — поинтересовался.

— Конечно. Он красивый. Большой. Только еще не уютный, в том смысле — видно, что люди здесь толком еще не жили. Но это временно. Поправимо.

— А ты бы смогла здесь жить?

Эсма опустила глаза, тяжело вздохнула и произнесла:

— Не начинай, Тимур. Папа итак скрипя зубами отпустил меня с Ананой. Она его уговорила, сказала, что мне нужно развеяться. И если бы к папе не приехала Сария с семьей, меня бы здесь не было. Папа не может быть один.

— Ты слишком добрая, Эсма. Ты не обязана…

— Обязана, — перебила она. — Прости. Обязана. Папа мне помог. Забрал к себе. После того, что я сделала.

— Ты ни в чем не виновата. Вины Инала тоже хватает. Это он выдал тебя замуж за такого человека.

— У меня не было выбора.

— Был. И есть. Я же сказал, что помогу. Главное, чтобы ты этого хотела. А я вижу, с дядей ты жить не хочешь, — уверено заявил, коснувшись руки Эсмы. — Так что если ты и вернёшься в дом отца, то только для того, чтобы забрать сына.

В глазах Эсмы слезы застыли. Она ничего мне не ответила, но я чувствовал, я понимал — с отцом она жить не хочет. Сестра уткнулась носом мне в плечо, глубоко вздохнула.

Я обнял Эсму. К груди прижал. Она вдруг плакать начала. Искренне, от души. Долго она плакала. А мне так нестерпимо больно становилось от каждой ее пролитой слезинки. Я не останавливал сестру, выплакаться позволил.

— Тимур, — раздался голос Маргариты сверху, — ты мне помочь обещал.

— Иди, — отстранилась Эсма. — Все в порядке.

Сестра вытерла глаза и щеки, а потом улыбнулась.

Хоть и пребывая в сомнениях, но я поднялся. Оглядываясь на Эсму, на призыв Маргариты пошел.

Она меня у лестнице ждала. Одетая в бордовое платье. И уже накрашенная и с причёской. Как только я рядом оказался, куколка спиной повернулась и подняла густые волосы, которые лежали идеальной волной.

Молния платья на спине лишь до середины застегнута. Я шагнул ближе, схватился за крошечный замочек и вверх его потянул.

— Тебе пора одеваться, — произнесла ласково Маргарита, повернувшись ко мне лицом.

— Побудь с Эсмой, — попросил я и невольно коснулся губами ее виска. Захотелось. Ответить нежностью на ее нежность.