Глава 12

В холле нас действительно все ждали. Стоило присоединиться к участникам, как Аурелия отбросила за спину копну светлых волос и принялась что-то шептать на ухо невозмутимому Жозефу. Она гневно сжимала крошечные кулачки и поглядывала в нашу сторону с неодобрением. Разница в их росте особенно бросалась в глаза, но самих чистокровных, видимо, не смущала. Коренастый Лука пытался обратить на себя внимание рыжеволосой Клэр, но та лишь качала головой. Заметив нас, она просияла и помахала рукой. Рядом с ней даймоны, Рафаэль и Эва, смеялись над только им понятным событием, не замечая ничего вокруг. Эва накручивала на палец длинную сиреневую прядь, выбившуюся из хвоста, а Рафаэль разводил руки в стороны, явно что-то изображая. – Ну наконец-то! – воскликнул Натан и жеманно прижал изящные ладони к узкой груди. – Неужели наша сахарная парочка соизволила явиться? Потомок эльфов без фартука был еще худощавее, чем мне показалось на отборочном испытании. Его шелковистые платиновые волосы струились по плечам и доходили до поясницы. Темные брюки с замысловатой вышивкой обтягивали длинные ноги, рукава белоснежной рубашки отличались впечатляющей шириной, а шнуровка на груди обнажала бледную кожу. – Прост-тите, уважаемые! – воскликнул Морис со смущенной улыбкой на лице. – Кузина потеряла заколку. Пришлось искать. Он с виноватым видом обвел всех дружелюбным взглядом. Участники турнира не придали значения его словам и направились к выходу. – Деревенщина, – процедил Натан и, вздернув подбородок, проплыл вслед за сухоньким старичком, комендантом жилого корпуса, мадаром Нетиком, и его помощником, провожавшими нас в Башню поваров. Пока мы шли через двор, я тихонько спросила у Мориса: – Нас что, уже окрестили «сахарной парочкой»? Это из-за того, что мы готовили с использованием сахара? – Не обращай внимания, – отозвался он, неся наши сундуки. – Нат-тан всегда был порядочной сволочью, о его склочном характере легенды слагают. Если не от-твечать на его выпады, он найдет для себя более от-тзывчивую жертву. Просто делай вид, что т-ты искренне опечалена своей оплошностью. – Не уверена, что получится. Притворство – не мое. Морис замедлил шаг и с тоской посмотрел на меня, хотя причин для нее я не находила. – Я знаю, поэт-тому возьму большую часть фарса на себя. Будет достаточно, если т-ты просто промолчишь. – Постараюсь, – со вздохом отозвалась я и поспешила вслед за остальными. Провожатые остановились перед воротами, ведущими во внутреннюю часть замка. Массивные створки мерцали голубоватыми всполохами. Караульные в плащах с серебряными застежками в форме крылатых грифонов преградили путь. – Предъявите допуск, – потребовал один из них. Мадар Нетик поправил монокль и попросил нас надеть броши, выданные после отборочного испытания. Мы принялись цеплять метки участников к одежде. Как только караульные удостоверились, что нас всех пригласил герцог, пожаловав особый знак отличия, ворота открылись сами собой. Когда я проходила через голубоватое марево магической защиты, то почувствовала, как брошка слегка нагрелась. В животе начал зарождаться знакомый жар. Мне вдруг показалось, что я слышу беззаботный смех герцога. Я оглянулась, но за спинами участников турнира никого не оказалось. Наваждение – не иначе. Стоило пройти барьерную стену, как нам открылся потрясающий вид на парк. Ансамбль аккуратно подстриженных деревьев и кустов, проложенных мощеных дорожек и пышных цветочных клумб создавал атмосферу ухоженной красоты. Солнце уже начало заходить за горизонт, и окрестности окрасились в пурпурно-багряные оттенки. На ум пришел Лувр, где прилегающая к музею территория также радовала глаз. Но я предпочитала естественное очарование природы. Ничто не могло сравниться с прогулкой по сосновому лесу, когда небесная лазурь проглядывает сквозь далекие кроны, и начинает кружиться голова от захватывающего зрелища. За парком возвышались башни центрального строения замка, отливающие в лучах закатного солнца янтарем. Мне это архитектурное творение напомнило жилище Дракулы, такое же древнее и внушительное, хоть и не столь мрачное. На шпилях развевались синие флаги с серебристым грифоном в центре полотен. Башня поваров находилась в задней части здания, поэтому мадар Нетик и его помощник провели нас по боковой дорожке к неприметной двери под выступающим козырьком. По винтовой каменной лестнице мы поднялись вслед за провожатыми на третий этаж и зашли в просторную комнату, явно выполняющую сразу несколько функций. С правой стороны от двери виднелись вешалки для верхней одежды, с левой – подставка для зонтов и сушилка для обуви. В глубине располагался камин, а перед ним – длинный диван и пара кресел. У широких витражных окон все с тем же грифоном я заметила большой стол и десять стульев вокруг него, точно здесь собрались устроить обед. Из этой довольно необычной комнаты в другие помещения вели пять дверей. К мадару Нетику и его помощнику присоединилась полная розовощекая женщина в синем форменном платье с белоснежным передником и накрахмаленным воротничком. – Позвольте представить вам мадину Боулет, – сказал комендант. – Она отвечает за размещение поваров в этой башне. Именно к ней вы можете обратиться, если у вас возникнут вопросы. – Добрый вечер, дорогие участники! – с улыбкой проговорила мадина Боулет. Она напоминала мою бабушку. Ее серые глаза лучились добротой и заботой, черты лица располагали и вызывали симпатию. – Здесь вы будете жить. Все необходимое вам будут приносить слуги. Я прослежу, чтобы вы ни в чем не нуждались. Если вам что-нибудь понадобится, то я к вашим услугам. Меня можно найти на первом этаже башни. Мы поприветствовали мадину Боулет. Энзо от лица всех нас поблагодарил ее за гостеприимство. Мадар Нетик и его помощник попрощались и ушли. Мадина Боулет тоже направилась к лестнице, но не успела она и пары шагов сделать, как посреди комнаты в клубах голубоватой дымки возник милорд Стаблис собственной персоной. Он переоделся в бордовый костюм и ярко-голубую рубашку с пышным жабо. В руках герцог держал всю ту же серебристую трость, а прядь густых темных волос снова закрывала его левый глаз. Кажется, Стаблис любит эпатаж и яркую одежду. В этом он походил на Натана. Я украдкой покосилась на худощавого потомка эльфов и заметила, как тот смотрит на его светлость с восторгом и обожанием. Видимо, у герцога появился преданный фанат. Мадина Боулет поклонилась и спешно исчезла за дверью. – Приветствую вас в Башне поваров! – воскликнул Стаблис и окинул нас насмешливым взглядом, словно в его распоряжении оказались безмолвные жертвы, призванные развеять его скуку. – Вам посчастливилось пройти отборочное испытание, и теперь вы сможете продемонстрировать свои умения во всей красе. Но прежде чем я расскажу о следующем испытании, вам стоит уяснить ряд правил. Глаза герцога вспыхнули, и он по очереди осмотрел каждого из нас, точно просветил рентгеновскими лучами. При этом у меня в животе опять разлился жар. Видимо, моя магия реагировала на воздействие Стаблиса. Иначе как объяснить, что в его присутствии я неизменно ощущала наличие дара? – Вам запрещено покидать башню без сопровождения слуг, – объявил герцог. – Если вы хотите прогуляться по парку, вам придется обратиться к мадине Боулет и попросить выделить работника. В другие части замка вам вход закрыт. Не рассчитывайте остаться незамеченными. Здесь повсюду есть глаза и уши, и они не всегда ведут себя доброжелательно. На последней фразе его голос стал ниже, в нем появились нотки скрытой угрозы. У меня мурашки побежали по спине, и я поежилась. – Жить вы будете в этих комнатах. – Он обвел рукой пять дверей. – Они рассчитаны на двух участников, поэтому разбейтесь на пары. Морис тут же придвинулся ближе и положил ладонь мне на плечо. Тонкие губы герцога изогнулись в кривой ухмылке. – В моем замке совместное проживание мужчин и женщин, не связанных брачными узами, не допускается. – Герцог поднял брови с явным намеком. Морис скрипнул зубами и отступил на шаг. – Выберите для себя соседа или соседку, с кем вы будете делить комнату, и постарайтесь не поубивать друг друга. Любые склоки, не говоря уже о несанкционированном применении магии, будут караться выдворением с турнира. Я обернулась к рыжеволосой Клэр, белокурой Аурелии и широко ухмыляющейся Эве. Аурелия стояла с неприступным видом, точно ее оскорбляла сама мысль о том, чтобы делить с кем-то комнату. Эва теребила шаровары и бросала призывные взгляды на мужчин, словно не слышала про раздельное проживание. Только Клэр казалась дружелюбной и заинтересованной в выборе соседки. Я ей улыбнулась и подошла ближе. – Не хочешь поселиться вместе? – спросила я. Клэр мне подмигнула и со смешком ответила: – С удовольствием! Иначе той белобрысой селедке не поздоровится. Она успела наговорить мне кучу гадостей в ванной, как будто мыться позволено только ее высочайшей персоне. Клэр закатила глаза и уперла пухлые руки в широкие бедра. – Отлично! Тогда я попрошу кузена перенести наши вещи в комнату. Морис как раз договорился с Энзо о проживании и кивнул на мою просьбу. Другие участники тоже зря времени не теряли. Жозеф и Натан перебросились парой сдержанных фраз и отошли чуть поодаль, давая понять, что определились с размещением. Луке достался в соседи бритоголовый Рафаэль. Только Аурелия игнорировала попытки Эвы обсудить с ней совместный быт. – Ваша светлость! – с нотками отчаяния в звонком голоске воскликнула Аурелия и прижала ладошки к аппетитной груди, обтянутой нежно-розовым шелковым платьем. В ее огромных голубых глазах блеснули слезы. – Я не могу жить в одной комнате с кем-то еще! У меня стойкая непереносимость чужой магии. Это может серьезно подорвать мою концентрацию, и я не смогу достойно выступить. – Как жаль, госпожа Аурелия, – покачал головой герцог и изобразил на лице искреннее сожаление. – Как… – Вот именно! – обрадовалась чистокровная фея, не дав герцогу закончить мысль. – Мне срочно нужна отдельная комната. Уверена, такой чуткий и рачительный хозяин как вы, ваша светлость, не оставит даму в беде. – Как жаль, что мне придется с вами проститься, – с нажимом договорил Стаблис то, что хотел. – В моих правилах нет исключений. Если только я сам не решу их внести. Он бросил в мою сторону переполненный предвкушением взгляд. Я тут же сделала вид, что занята изучением интерьера. – Но позвольте… – попыталась протестовать Аурелия, багровея на глазах. – Не позволю, – отчеканил герцог. – Либо вы делите комнату с мадиной Эвой, либо можете немедленно забирать вещи и быть свободной. По щекам Аурелии потекли слезы. Ее прекрасное лицо приобрело выражение светлой грусти, словно вся несправедливость мира обрушилась на ее голову. Энзо и Лука начали роптать, но в открытую спорить с герцогом не решились. – Хорошо, – выдавила Аурелия, расправив плечи. – Я не опозорю свой народ и с честью выдержу все трудности этого турнира. – Похвальное рвение! – Стаблис сверкнул ослепительной улыбкой, обозначившей очаровательные ямочки на его щеках. – Я с радостью оценю ваш поварской талант. Кстати об этом. Первое испытание турнира пройдет послезавтра утром и будет состоять из двух этапов. Детали обсудим в день испытания, а сейчас вам нужно решить, с кем в команде вы будете. Дальнейшее участие в турнире предполагает умение работать в паре. Морис придвинулся ко мне вплотную и с вызовом посмотрел на герцога. Тот одарил его снисходительной усмешкой, которая даже близко не коснулась разноцветных глаз. – Пары могут быть смешанными, – уточнил Стаблис. – Здесь все на ваше усмотрение. – А в одиночку участвовать нельзя? – раздался взволнованный голос Натана. Он стискивать в длинных пальцах кружевной носовой платок и выглядел так, точно готов был разрыдаться. Герцог и бровью не повел. – К сожалению, нет. Я составил задания таким образом, что одному человеку физически невозможно все сделать без посторонней помощи. Если кто-то не согласен или испытывает схожие с госпожой Аурелией проблемы, то лучше скажите сразу. В комнате воцарилась тишина. Никто не горел желанием вылететь с турнира. – Прекрасно! Тогда завтра вы должны сообщить состав команд. А сегодня вас ждет заселение и изысканный ужин от моего повара. Участники турнира оживились и начали перешептываться. Натан поделился слухами о том, что личный повар его светлости готовит умопомрачительные кушанья. – И вот еще что, – повысил голос герцог, давая понять, что пока не закончил, – на отборочном испытании одна участница особенно меня впечатлила, и я хотел бы даровать ей небольшое поощрение. Сердце подскочило в груди и забилось в бешеном темпе. Неужели Стаблис говорил обо мне? Аурелия сделала шаг вперед. Слезы на ее щеках с нежным румянцем волшебным образом исчезли. Кажется, не одна я считала свое блюдо особенным. – Мадина Олия Фабьер, прошу, – провозгласил герцог и взмахом руки указал на место подле себя. Рядом со мной Морис едва слышно выругался, но удерживать меня не стал. Я пересекла разделявшее нас расстояние и замерла в метре от Стаблиса. Он усмехнулся, но комментировать мое поведение не стал. – Я давно не пробовал ничего нового, но тебе удалось меня удивить. За это я готов исполнить любое твое желание. Даже если оно будет выходить за рамки приличий. Он прошелся по моей фигуре долгим изучающим взглядом, точно ученый, нашедший редкий экземпляр для опытов. Морис побагровел, явно сочтя слова Стаблиса оскорбительными. – Вы упоминали о ст-трогих правилах, ваша светлость. Вам не кажется, чт-то вы сейчас поставили мою кузину в очень неловкое положение. Все же т-там, откуда мы родом, подобные заявления не могут остаться без внимания ст-таршего. Я отвечаю за честь и достоинство моей кузины. И я… – Хотите вызвать меня на поединок? – Герцог повернулся к Морису и посмотрел на него исподлобья. От ужаса я задрожала. Если Стаблис спровоцирует Мориса, то тот вполне может принять полузвериную форму. Его схватят и отправят в карающий легион. Хуже не придумаешь. – Конечно же, нет, ваша светлость! – выпалила я с самым беззаботным видом, какой только могла изобразить. – Мой дорогой кузен просто переживает за меня. Я рано осталась без опеки родителей, и он буквально заменил мне отца. Согласитесь, его тревога более чем оправдана. Я впервые в большом городе, не говоря о турнире и огромной ответственности. Я никогда не готовила для высшей аристократии. На Мориса я старалась не смотреть, удерживая искрящийся весельем взгляд герцога. – Тогда я прощаю дерзость твоего заботливого кузена, Олия. Мое предложение в силе. Ты можешь сообщить свое решение в любое время. – Я хотела бы попросить сейчас! – Я не собиралась давать Морису лишний повод для переживаний. К тому же если все пойдет по плану, завтра меня здесь уже не будет. – Сейчас? – удивился герцог. – Тогда я буду рад тебя выслушать. – Могу я посетить вашу библиотеку? У вас ведь есть в замке библиотека? – спросила я запаниковав. Мало ли, здесь в среде аристократов не принято собирать книги. Герцог от души расхохотался. Я вспыхнула и переступила с ноги на ногу. – Великолепно! Ничего более оригинального я не слышал. Завтра вечером после ужина я обещаю показать тебе свою личную библиотеку, – сказал он таким тоном, словно собрался не книги на полках демонстрировать, а постельное белье на своей кровати. – Благодарю, – пролепетала я. – На этом все, – обратился герцог к притихшим участникам турнира. – Завтра у вас день отдыха и подготовки к первому испытанию. Всего доброго. Он перехватил трость повыше и, помахивая ею, направился к лестнице, но не дойдя до ступенек пары шагов, растворился в голубоватой дымке. Пока я в изумлении таращилась на то место, где только что был Стаблис, другие участники пришли в движение и начали расходиться по комнатам. – Давай займем вот эту, – сказала Клэр, потянув меня за рукав к ближайшей двери. Я кивнула и поспешила за ней и Морисом. За моей спиной послышалось гневное шипение: – Что он нашел в этой замарашке?! Я узнала пропитанный возмущением голос Натана. – Она настоящая дешевка! – даже не стараясь говорить тише, высказалась Аурелия. – Ни внешности, ни таланта. Как она вообще прошла отборочный тур? – Хватит болтать, – оборвал их разговор Жозеф. – Пора занять комнаты. Мне его надменный вид не особо нравился, но в этот момент я испытывала к нему даже благодарность. Если бы он не вмешался, эти двое вполне могли бы еще долго поливать меня грязью.